Структура учебного курса




страница13/13
Дата22.04.2016
Размер3.76 Mb.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   13

8.2 Алмазно-бриллиантовый рынок и компания De Beers

С начала 30-х годов мощь De Beers держалась на двух китах: контроль над основ­ными ис­точни­ками алмазов и система одноканального сбыта. Благодаря этому De Beers была главным и все прони­кающим оператором мирового рынка, остальные компании играли второстепен­ную и подчиненную роль.

Этот рынок до сих пор не обрушился от растущего предложения только потому, что он официально и с согласия большинства участников был монополизирован: две трети мировых продаж сырых алмазов кон­тролирует южноафриканский гигант De Beers. Чтобы спасти рынок от обвала, эта компания остав­ляла в своих запасниках немалую долю алмазов, кото­рые покупала у других производителей (вклю­чая рос­сийскую "Алросу"). Покупала, просто чтобы не пустить камни на рынок: ограничено предложе­ние - держится цена.

Но возможности De Beers хоть и велики, но все-таки ограничены (общая стоимость алма­зов, хранящихся на складах CSO, в 2000 году превысила 5 млрд. долларов). Ведь и алмазы, в отличие от той же нефти, не расходуются в топке, а накапливаются: продан­ные, обработан­ные и проданные опять лежат у кого-то в сейфе ровно так же, как сырые и непроданные - у De Beers. И бриллианты из сейфов точно так же давят на рынок, как свежедобытые и только что ограненные.

То, что прибыльность алмазного бизнеса в 1996-97 упала ниже ставки LIBOR, соста­вив всего 4%, глава De Beers Ники Оппенгеймер объясняет исключительно внешними обстоя­тельствами. В 90-е годы продажи изделий с бриллиантами были в стагнации. То­гда как продажи других предметов рос­коши росли темпом 10% в год. Причин тому в De Beers видят несколько.

Во-первых, система распределения алмазов слишком сложна. Во-вторых, расходы на мар­кетинг недостаточны. В-третьих, слабо используется рыночная мощь брэндов: в об­ласти изделий с брилли­антами они добавляют 13% стоимости, тогда как в часовой отрасли – 50%, а на рынке парфюмерии – 80%. В-четвертых, появились новые факторы давления на алмазный бизнес, такие как угроза массо­вого производства синтетических ювелирных алмазов и кампа­ния на Западе против "конфликтных" алмазов, а также ши­рокие знания клиентов о "кухне" алмазного бизнеса, в частности о ценооб­ра­зовании.

Правда, можно назвать еще одну причину, о которой менеджеры De Beers умалчи­вают: двадцать лет лидеры алмазной отрасли неправильно оценивали перспективы развития миро­вого алмазного хо­зяйства. De Beers легкомысленно отнеслась к другим предметам роскоши, а также к спросу на прин­ципиально новые ценности, в первую оче­редь – персональные компь­ютеры с недорогим доступом в Интернет. В результате и сама De Beers, и ее западные конку­ренты (BHP и RTZ), да и "Алроса" сде­лали ставку на наращивание мощностей по добыче алмазов – с уверенностью в том, что все алмазы найдут своего покупателя.

Отражается на бизнесе и невысокая деловая репутация менеджеров компании. По мнению бро­керов Лондонской алмазной биржи, в De Beers часто используется "нестан­дартный" стиль управления – работая с полуколониальными африканскими партнерами, представители корпорации поднаторели в даче взяток чиновникам и сотрудничестве с вооруженными группировками, но не в изучении конъюнктуры рынка или управлении финансовыми пото­ками. Наконец, обстановку вокруг De Beers накаляют панические на­строения клиентов компании в гранильных центрах, главным обра­зом в Израиле, вызванные изменениями в структуре корпорации.


Таким образом, в середине 90-х годов одноканальная система стала разрушаться изнутри. Монопольные позиции De Beers в производстве алмазов несколько ослабли. Появились новые мощные независимые производители сырья в Канаде, которые претендуют на само­стоятельные роли в алмазном бизнесе. В крупнейших мировых центрах алмазной торговли появилось много товара от мелких независимых производи­телей, в основном из стран Аф­рики. Особую позицию уже давно за­нимает на рынке ав­стралийский производитель алмазов Argyle Diamonds (партнер De Beers с 1982 по 1996), прекративший сотрудничать с монопо­лией и перешедший на вертикально интегрирован­ный бизнес в кооперации с группой индий­ских компаний, занимаю­щихся огранкой алмазов и амери­канскими розничными се­тями. В то же время происходят серьезные изменения на рынках брилли­антов и ювелирных изделий с ними. Появились новые технологии обработки алмазов, меняется гео­графия размещения гранильной промышленности. Развивается торговля через Интернет. Складываются долго­времен­ные альянсы производителей необработанных алмазов, бриллиантов и ювелирных изделий с целью укрепления позиций на рынке посредством создания и продвижения собст­венных торговых марок.

Еще одним толчком к переменам послужил финансовый кризис 1997 года, после которого объем продаж упал на треть. Упали в цене и акции De Beers. Этим обстоятель­ством восполь­зо­вались аме­риканские инвестиционные фонды (Brandes Investment, Tempelton Investment, Pa­cific Financial и дру­гие), которые скупили в сумме около 20% акций корпорации и стали оказывать существенное влияние на "семейное" руководство Оппенгеймеров.

В 2000 году южноафриканская корпорация De Beers приступила к преобразованиям, до этого в течение 60 лет структура ал­мазного рынка оставалась неизменной.

Эксперты и рыночные аналитики говорили о трех возможных сценариях, по которым про­изойдут изменения в корпорации. Первый – революционный сценарий – заключа­ется в принятии решения о ликвидации корпорации, что примирит De Beers с антитре­стовским ведомством США и откроет прямой доступ на североамериканский рынок. В розничную сеть пойдут маркированные бриллианты (логотип De Beers и серийный номер наносятся лазером по секретной технологии, еще никем не раскрытой). Фирмен­ные изделия продаются по двойной цене – так же, как часы Rolex или одежда Gucchi. По экспертным оценкам, в пер­спективе корпорация сможет захватить 50% рынка розничных продаж изделий с бриллиан­тами (сейчас его объем оценивается примерно в 50 млрд. долларов).

Чтобы соответствовать антитрестовским требованиям США, достаточно сократить за­купки у партнеров (Ботсваны, Намибии, России) до одной трети их производства. При этом сущест­венного пересмотра потребуют лишь договоры с Ботсваной и Намибией. Торговое соглашение с Россией подвергнется небольшой корректировке – оно и сейчас предусматри­вает обязатель­ную продажу ал­мазов De Beers только на 550 млн. долларов в год, что состав­ляет 37% от текущего производства "Алроса". При этом основная масса алмазов будет посту­пать на мировой рынок обычными путями, например, через откры­тые международные тен­деры под контролем независимых фирм.

Жертвуя монопольным положением, De Beers выстраивает вертикальный бизнес с глубо­кой пе­реработкой алмазного сырья и продажей готовой продукции – только в этом случае и цены ан ал­мазы останутся стабильными, и финансовое положение компании улучшится.

Речь, прежде всего, идет о налаживании масштабного производства бриллиантов. Для этого можно купить несколько гранильных заводов, а также построить заводы в Намибии и Ботсване, о чем давно просят правительства этих двух государств. Также придется наладить производ­ство юве­лирных изделий с бриллиантами. По мнению экспертов, лучше всего организовать ювелирные за­воды в Юго-Восточной Азии и Индии, в том числе в зонах сво­бодного предпри­нимательства. С ди­зайном проблем не предвидится – за последние двадцать лет в рамках международного ювелирного конкурса International Diamond Award компания "подружилась" со всеми ведущими ди­зайнерами мира. Весьма важным кажется заключение союза с крупными торговыми се­тями, такими как Jan Bell Marketing, Friedman's Zales, OroAmerica, в области розничных продаж.

Иными словами, De Beers, отказавшись от монополии, делает ставку на "высший пило­таж" ме­неджмента в системе олигопольного рынка. Точные параметры бизнес-плана в рамках этой страте­гии неизвестны. В первом приближении можно рассчиты­вать, что прибыльность компании будет доведена до 15 - 20% -- это 2 млрд. долларов чистой прибыли в год от алмаз­ного бизнеса. Правда, при недостаточно квалифициро­ванном менеджменте есть риск бан­кротства компании.

Второй сценарий, т.н. эволюционный. Главное в этой стратегии то, что сохраняется одно­канальная система сбыта алмазов. Модернизируется лишь сбытовая тактика. Недорогие алмазы будут по-прежнему в гранильные центры централизованно, с помощью торгов для из­бранных клиентов. Все элитные алмазы размером свыше 2 карат, а их не так уж и много, De Beers оставит в своей собственности. В этом случае компания будет перерабатывать их на уже имеющихся заводах. Готовая продукция будет поставляться оптовыми партиями в уже развитую торговую сеть (по такой схеме уже работают Tiffany и Cartier).

Таким образом, извлечение дополнительной прибыли для De Beers возможно и без разру­шения старой структуры корпорации. При таком плане развития финансовые показатели компании будут, скорее всего, медленно улучшаться, и прибыль от алмаз­ного бизнеса соста­вит не менее 10%. Хотя это и не очень много, зато и без особого риска. Осторожность и медлитель­ность De Beers в рамках эволюционной стратегии на руку также ее конкурентам и партнерам – у них будет достаточно вре­мени для подго­товки "асимметричных" ответов. Правда часть из них компания может нейтрализо­вать.

Существовал еще третий, "смешенный" вариант, который, по мнению экспертов, и должно было выбрать правление De Beers. На публичном, пропагандистском уровне это было бы преподнесено как эволюция.

Руководство De Beers не стала ничего придумывать нового. Вся стратегия – не­сколько приемов, успешно сра­ботавших в последние годы в аналогичных областях бизнеса. Руково­дство корпорации планирует, во-первых, изменить собственную сбытовую политику, чтобы улучшить финансовые показатели; во-вторых, улучшить имидж бриллиантов с целью их успешной конкуренции с другими предметами роскоши в долгосрочной перспективе; в-третьих, реализовать потенциальные возможности брэн­динга. При этом используется опыт са­мых успешных компаний в индустрии роскоши, таких как LVMH,Gucci, Hermes, Bvlgary.

В результате появилась новая стратегия De Beers, с помощью которой компания рассчи­тывает не только сохранить вес в сырьевой области, но и стать ведущей силой всего алмаз­ного рынка. Руково­дство компании заверяло заинтересованных лиц в том, что ее перестройка станет благом для всего ал­мазного бизнеса. Специалисты Гохрана, внешнеторгового объеди­нения "Алмазювелирэкспорт", компании "Алроса" и Россий­ской ассоциации производителей бриллиантов не готовы разделить это мнение. Наобо­рот, ожидается обострение конкурентной борьбы во всех сферах АБК: от добычи до розничной торговли. Особо острой, по-видимому, будет схватка за североамериканский рынок, на которой приходиться 50-65% розничных продаж изделий с бриллиантами.

Между тем, как предостерегают эксперты в лондонском Сити, одна из целей ре­формы De Beers со­стоит в том, чтобы создать "двухэтажный" мировой алмазный рынок и оттеснить остальных производителей алмазов, в том числе и Россию, на "нижний" этаж. По замыслу De Beers, те 50% объема алмаз­ного рынка, которые добываются на собственных рудниках, будут отнесены к "добропорядочным" или "премиальным" алмазам. Всем остальным странам, включая Россию, придется довольствоваться репутацией поставщиков "гряз­ных" алмазов.

Поскольку в эту категорию войдут также нелегальные поставки, с помощью которых фи­нансируются мятежи и войны на африканском континенте, на "низкокачественную" часть рынка ляжет также тень "политически аморальной".

По мнению экспертов Сити, De Beers пытается сделать "хорошую мину при плохой игре", то есть с максимальной выгодой выйти из трудной ситуации, связанной с потерей монополь­ного контроля на мировом алмазном рынке.

Основополагающей частью новой стратегии является отказ корпорации от роли ми­рового монополиста по поставкам алмазов. Но несмотря ни на что, De Beers все еще контролирует не менее половины мировых потоков алмазного сырья. Будучи крупней­шим в мире производи­те­лем, эта компания заинтересована в стабильности и предска­зуемости мирового рынка. По­этому, объявив, что больше не претендует на роль миро­вого монополиста, De Beers тем не ме­нее заявляет, что будет прилагать усилия по стабилизации рынка, и желает, чтобы они были поддержаны другими производителями. Помимо прочего это предполагает реализацию необработанных алмазов "новыми" производителями через Центральную сбытовую органи­за­цию De Beers на основе торговых соглашений. Такие соглашения на предстоящее пятилетие компания уже заключила с Ботсваной и Намибией - крупнейшими, помимо России, произво­ди­телями алмазного сырья.

De Beers, даже отказавшись от титула монополиста, хочет выступать с одной сто­роны в качестве главного организатора системы регулирования рынка, с другой – выступает в каче­стве одного из его субъектов. С теоретической точки зрения, выступая в первом качестве, De Beers должна быть удовлетворена и таким положением, когда все добываемые российские алмазы обрабатываются в России, на свободный мировой рынок поступают только брилли­анты, ведется согласованная ценовая политика. Но если есть хоть какие-то излишки сырья, а не готовой продукции, то они должны продаваться только через De Beers. Это связано с тем, что регулирование мирового алмазно-брилли­антового рынка возможно только через его сырьевую часть, но не через конечную продукцию. Очевидно, что при таком положении вещей обработка 80% российских ал­мазов в нашей стране и экспорт 20% через De Beers, что соответствует, как указыва­лось выше, интересам отечественной гранильной промышленно­сти, должны были бы устроить De Beers.

Однако вторая ее натура - роль субъекта рынка, продавца и перепродавца необрабо­танных алмазов - требует пропустить через свою сбытовую организацию как можно больше алмазов с целью получения максимальной торговой прибыли. Безусловно, значительная ее часть по­крывает издержки, связанные с регулированием рынка, но другая образует чистую прибыль компании, а иными словами, плату других компаний за регулирование рынка.

Ради исполнения своих планов De Beers приняла на себя обязательство сократить текущие расходы на 15%, которые в 1999 году составили 1млрд долларов. В частности бюджет на рекламу снизился с 186 млн. долларов в 1998 году до 162,5 млн. в 2000 году. Решено было "стать главным поставщиком для клиентов" (supplier of choice). Речь идет о том, чтобы избранным клиентам поставлять алмазы в тре­буемом ассортименте, а не так, как раньше – смесью необходимых и ненужных, или, другими словами, сделать так, чтобы компа­ния в глазах любых участников рынка была тем продавцом, к которому они бы предпо­чли обратиться в первую очередь. И на­конец, выдви­нут лозунг: "Необходимо исполь­зовать известность марки De Beers ". Ведь что ни говори, а это са­мая известная, знаме­нитая и престижная марка в алмазном мире, поэтому весьма логично попытаться извлечь из нее максимум выгоды. Тем более, что первые торго­вые эксперименты, прове­денные в нескольких магазинах Англии (предлагались изделия с брилли­антами, на которых стояло клеймо De Beers) продемонстрировали готовность покупа­теля перепла­чивать за имя.

В то же время, пока с De Beers не сняты антитрестовские ограничения (в США, где по­треб­ляется более половины всех изделий с бриллиантами, мировому монополисту с 1947 года запрещено торго­вать напрямую), корпорация вынуждена "придерживать" раз­витие одно­именного брэнда. Летом 2000 года был представлен другой фирменный брэнд – "Forever­mark". Однако и он пока держится в ре­зерве из-за угрозы иска со стороны России (дело в том, что СССР, начиная с 50-х годов, участвовал в финансиро­вании рекламного слогана De Beers "a diamond is forever", который используется в новом брэнде).

В результате De Beers предпочла действовать "с заднего крыльца" и приобрела ка­надскую ком­панию Winspear, которая через Aber Diamonds является партнером самой известной ювелирной фирмы в США Tiffany. Очевидно, De Beers намеривалась участ­вовать в развитии Tiffany как глобального брэнда, в начале как поставщик алмазного сырья, в будущем – как сов­ладелец. Кроме того De Beers вошла в альянс с модным домом Escada по созданию юве­лирной коллекции Escada Cut (посредником и парт­нером выступает антверпенская фирма Pluczenik).

В рамках мультибрэндовой тактики создаются и новые ювелирные брэнды – с по­мощью связей семейства Оппенгеймеров, основных совладельцев De Beers. В США фирма LKI развивает брэнд Lazare Diamond,а фирма Leo Schachter Diamond – брэнд Leo Cut. В Японии консорциум из трех фирм (Nagahori, Imayo, Kashikey) представил на ры­нок новое оригиналь­ное изделие "Алмазный бриллиант" под зарегистрированной торговой маркой Diamond Line Bracelets. Наконец, De Beers вкладывается в развитие и создание региональных брэндов. Так в Индии запущен для внутреннего рынка брэнд Nakshatra.

Эффективному управлению корпорацией мешали разногласия между акцио­не­рами. Как я уже упоминал, после кризиса 1997 года упали в цене и акции De Beers. Этим обстоятель­ством воспользовались аме­риканские инвестиционные фонды (Brandes Investment, Tempelton Investment, Pacific Financial и дру­гие), которые скупили в сумме около 20% акций корпорации и стали оказывать существенное влияние на "семейное" руководство Оппенгей­меров. Глава корпорации Ники Оппенгеймер решил оконча­тельно прибрать De Beers к рукам, чтобы получить возможность бо­лее компактного и скоростного управления компанией. Это важно, поскольку одна из проблем De Beers – множество менеджеров и уровней принятия решений, затягивающих процесс реструк­тури­зации. И в феврале 2001года акционеры De Beers получили предложение о продаже всех своих ак­ций по цене на 25% выше рыночной - по 40 долларов за акцию. По оценке Financial Times, сумма сделки могла бы достичь 16 млрд. долларов. Рынок отреаги­ровал на это известие положительно: за один день акции De Beers выросли на 17% - до 38 долларов.

Предложение исходило от консорциума, объединяющего холдинговую компанию Оппен­геймеров Central Holdings Ltd (доля в консорциуме - 45%), совместное предпри­ятие между De Beers и прави­тельством Ботсваны Debswana Diamond Company Ltd (10%) и крупнейшую в мире компанию по добыче металлов платиновой группы Anglo American Plc (45%). Все эти три структуры в той или иной степени находятся под контролем Оппенгеймеров, и все они находятся в родстве посредст­вом, так сказать, пе­рекрестного владения акциями. Например, De Beers имеет 35,4% Anglo American Plc, а Anglo American владеет 32,2% акций De Beers.

Для большинства сотрудников компании эта новость стала полнейшей неожиданно­стью. Точно так же отреагировали и западные аналитики - они, мягко говоря, удивлены. Общее мнение сводится к следующему: сделка запланиро­вана для увеличения влияния семьи Оппен­геймеров на De Beers

Именно поэтому миноритарные акционеры решили посопротивляться. В ответ предложение было пересмотрено: каждая акция De Beers оценивалась в 43,17 доллара, и в рамках этой суммы каждый дер­жатель получал бы 0,43 одной акции Anglo American, 14,4 доллара наличными и 1 доллар в качестве дивидендов De Beers. Об­щая сумма сделки могла составить 17,6 млрд. долларов, что выше цены, предложенной консорциумом первоначально на 1,6 млрд. Однако рынок был несколько разочарован - сразу после объявления о сделке бумаги De Beers не­много подеше­вели, по­скольку аналитики надеялись, что Anglo American предложит ак­ционерам не 43, а 47-48 долларов за акцию. Сопротивление продолжалось пока консорциум не увеличил предложение до $48,33 за акцию (эта цена соответствует бир­жевым котировкам). 18 мая акционеры De Beers 94,1% голосов одобрили сделку по продаже южноафриканского алма­зодобывающего гиганта консорциуму, представляющему интересы семьи Оппенгеймер. За рекордные для ЮАР $18,7 млрд., De Beers попадает под полный контроль вышеозначенного семейства. После за­вершения сделки акции De Beers будут выведены с фондового рынка, т.к. корпорация превратится в ЗАО (Ltd), ее бумаги больше не будут котироваться на бирже.

Структура капиталов участников сделки позволяет сказать, что Debswana и Anglo-American нахо­дятся под контролем Оппенгеймеров, а De Beers пока нет. У них доста­точно акций, но нет воз­можности принимать единоличные решения – другие акционеры могут, единолично или объединившись, не то что блокиро­вать решения Оппенгеймеров, но контро­лировать их. Теперь семья получет больше ответственности и больше прав. По заключении сделки проходящая серьезная реструкту­ризация всего алмазного бизнеса De Beers пойдет "как по маслу": компании не придется прислуши­ваться к мнению акционеров. И хотя ей придется взять на себя все финансовые риски, но и доходы останутся в ее и только ее распо­ряжении.

Новую компанию De Beers Investments (DBI), которая будет создана на базе De Beers, воз­главит Нико­лас Оппенгеймер, а Central Holdings, созданная 112 лет назад, ста­нет управляю­щей компанией DBI. Официальной причиной для сделки стал тот факт, что несмотря на рост про­даж алмазов и бриллиантов за последние три года, возросшая прибыль De Beers никак не отра­зилась на росте котировок акций. Прибыль De Beers в прошлом году достигла 1,9 млрд. дол­ла­ров, уве­личившись более чем в два раза по сравнению с предыдущим годом (832 млн. дол­ларов).

Известно, что на слияния такого рода обычно уходит по несколько лет. Вряд ли слияние произойдет раньше 2002 года, полагают некоторые эксперты. Следующим шагом может стать создание нового гиганта, куда будут слиты все ак­тивы и покупате­лей, и De Beers. Через несколько лет на фондовом рынке может появиться одна из крупнейших в мире компаний. Схема такая: слить три бизнеса, "вылечить" их, полу­чив возможность принимать некоторые непопулярные у акционеров волевые решения, а за­тем выйти на рынок с акциями новой компа­нии, которые будут стоить вдвое дороже, чем акции каждой в отдельности. Есть и еще один нюанс. Сейчас антимонопольное за­конодательство США запрещает De Beers выходить со своей продукцией на чрезвы­чайно привлекательный и емкий алмазный рынок. Эксперты пола­гают, что в случае создания новой компании этот запрет потеряет свою силу.

По крайней мере другого способа легально выйти на американский рынок похоже уже и нет. Надежда на то, что удастся договориться с американским антимонопольным комитетом, уменьшается с каждым месяцем. Серьезный удар по планам корпорации был нанесен в апреле этого года. В американский суд был подан иск по обвинению De Beers в завышении цен на бриллианты. Этот судебный процесс может сделать абсолютно бессмысленным недавний добровольный отказ De Beers от мировой алмазной монополии. Корпорация пошла на этот шаг, рассчитывая поладить с антитрестовым законодательством США.

Против политики De Beers на американском рынке выступил один из жителей Нью-Йорка. В своем иске, направленном в федеральный суд Нью-Йорка он обвинил компанию в том, что она способствовала росту цен на бриллиантовые ювелирные ук­рашения на американском рынке, ограничив свои поставки в США. Истец требует от De Beers денежной компенсации, а также запрещения судом подобной практики.



Чуть ранее, в январе 2001 года (если точнее, то 16 числа) было объявлено о создании совмест­ного предприятия по добыче и продаже алмазов. В рамках крупномасштабной реорга­низации в декабре 2000 года De Beers заявила о возможной продаже своей торговой марки и выводе на рынок готовой ювелирной про­дукции при помощи потенциаль­ного партнера. В результате та­ким партнером оказался один из ведущих производителей предметов роскоши французский концерн Moet Hennessy Louis Vuitton (LVMH), занимающийся продажей предметов роскоши и владеющий практически всеми веду­щими домами моды в Париже, в том числе Cristian Dior, Givenchy, Christian Lacroix, Louis Vitton, Kenzo и Hennessy. Представи­тели обеих компаний со­общили, что предпо­лагаемый годовой доход нового предприятия составит около 50 млрд. долларов. Доли LVMH и De Beers в этом проекте равны, однако компании не указали точную сумму своего участия в СП. В то же время, как сообщали некоторые западные ин­формацион­ные агентства со ссылкой на источники, близкие к руководству предприятий, объем инвести­ций каждого концерна составляет около 100 млн. долл. По условиям договора, De Beers передает права на свою торговую марку новому СП. Несколько удивил тот факт, что De Beers не собирается играть особой роли в оперативном управлении новым предприятием. Руководителем СП станет финансовый директор LVMH Мирон Ульман. Предполагалось, что СП – его собирались назвать Rapid World Ltd – откроет магазины в самых престижных городах мира. По условиям соглашения, рекламой нового предприятия бу­дет заниматься Diamond Trading Company (DTC) - отделение De Beers по продажам и марке­тингу, которое потратит, предположительно, на эти цели в 2001 около 180 млн. долл. Все бы ничего, но эта новость вызвала понятное волнение на алмазном рынке: De Beers – организация, которая диктует торговцам цены, а добытчикам – объемы добычи алмазов. Чего ожидать розничной ювелирной торговле, когда эта организация явится со своей невероятно раскрученной маркой, с большими деньгами и доступом к лучшим кимберлитовым трубкам мира. Концерн, конечно, уверял, что не будет давать ювелирам, которые станут работать на это СП, никаких преференций в смысле доступа к сырью. Но, по-видимому, Европейская комиссия не поверила данному заявлению и в заявлении от 18 апреля сообщает о начале расследования относительно правомерности создания данного совместного предприятия. Комиссия пола­гает, что этот шаг еще больше укрепит позиции De Beers на рынке сырых алмазов, что надо полагать весьма резонно. Сомнения Еврокомиссии должны разрешиться примерно к 18 августа – расследование займет четыре месяца. А пока De Beers ожидает решения своей участи. Решение не в пользу корпорации грозит ей крушением всех планов. De Beers и так имеет с антимонопольным законодательством США настолько серьезные разногласия, что ее директорам запрещено появляться в этой стране (не стоит забывать и о процессе). Закрытие напрямую и европейского рынка может вылиться в банкротство компании. Как на это отреагирует мировой рынок, можно только догадываться.
России, которая занимает первое место по объему разведанных запасов алмазов и доля которой на мировом рынке до сих пор составляла 20% всей стоимости добывае­мого в мире ал­мазного сырья, тоже придется пересмотреть свои перспективы в мировом алмазно-бриллианто­вом сообществе.

Впрочем, пока что все планы российского правительства по развитию алмазно-брил­лианто­вого ком­плекса чудесным образом находят свое воплощение. В первую очередь речь идет об идее на­чать ак­тив­ное развитие отечественной гранильной промышленно­сти и со временем пре­вратить Россию в ми­ровой гранильный центр. В правительстве уверены, что теперь Россия смо­жет изме­нить условия торгового соглашения с De Beers и тем самым больше загрузить сырьем отечествен­ные предприятия. В соответствии с пра­вительственной концепцией реформы ал­мазно-бриллиантового комплекса добыча алмазов в России к 2005 году должна увеличится до 2 млрд. долларов в год по срав­нению с почти 1,5 млрд. долларов, производство бриллиантов должно вы­расти в 1,7 раза, а про­дажа ювелирных изделий с бриллиантами — в 2 раза.

Говоря о российском АБК, прежде всего подразумевается крупнейшая алмазодобы­вающая компания "АЛРОСА", второй по величине после южноафриканской DeBeers производитель ал­мазного сырья.

АК "Алроса " добывает 99,7 процента российских алмазов, в том числе из коренных место­рожде­ний 98,7 % , из алмазоносных – 1%. По массе компания производит около 20 % мирового объема алмазов, по стоимости – 26%. Балансовые запасы алмазов представ­лены коренными и рассыпными месторожде­ниями республики Саха (Якутия) и составляют более 82 % всех промышленных запа­сов России. В бли­жайшие годы доля Якутии в балансовых запасах еще больше воз­растет за счет разведки новых ме­сторож­дений, доразведки запасов глубоких горизонтов ряда эксплуатируемых рудных тел. По са­мым скромным оценкам это по­зволит суще­ственно увеличить подготовленные к эксплуатации запасы алмазов и увеличить суммарную обеспеченность горнодобываю­щих предприятий сырьем до 45-50 лет.

На внешний рынок алмазное сырье поступает в виде основных и контрольных пар­тий, формируемых за счет собственных алмазов, алмазов Гохрана, от которых отказа­лись на внутреннем рынке. Основные партии представляют собой 95 % партий алмаз­ного сырья, предназначенного на экспорт, и реализуется фирме "Cine and West East Ltd.", которая является контрагентом по торговому соглашению с корпорацией De Beers.

Контрольные партии (5%) продаются через ГУПВО "Алмазювелирэкспорт". Эти продажи позволяют компании отслеживать тенденции формирования цен мирового рынка на сырые алмазы. Через ГУПВО "Алмазювелирэкспорт" осуществляются также продажи технических алмазов.

В связи с изменениями на мировом рынке перед руководством "АЛРОСА" стоит важная задача: сохранить лидирующие позиции России на миро­вом рынке, степень ее влия­ния на него. Необходимо по-новому организовать алмазный рынок. Нарушение почти вековой моно­полии De Beers России действительно в каком-то смысле невыгодно: она удерживала мировые алмазные цены от об­рушения и даже смогла спасти рынок производства сырья для предметов роскоши после мирового финансового кризиса 1997 года. Еще несколько лет назад специалистами "АЛРОСА" в качестве одного из возможных сценариев развития мирового алмазного рынка рассматривалось разрушение одноканальной системы, созданной когда-то De Beers, и практически, до последнего момента контролируемой ею. Поскольку De Beers и "АЛРОСА" являются не только торговыми партнерами, но и крупнейшими производителями алмазов в мире, заинтересованными в стабильности рынка, около полугода на­зад между компаниями начался активный обмен имеющейся информацией в области исследова­ний рынка. В итоге в начале июня в Москве, в период работы Наблюдательного комитета, еще до официального объявления о новой стратегии De Beers были сформулированы основные положения и выводы относительно дальнейшего развития мирового АБК, вытекающего из новой стратегии De Beers.

Компания с 1997 года создает торговые представительства за рубе­жом, совершенст­вуя сбытовую сеть. Есть отделения в Бельгии (Антверпен - один из планетар­ных центров ал­мазной торговли) и в Англии, в мае открылось представительство в израильском городе Рамат-Гане (предполагается продавать там свои бриллианты), готовится открытие представительства в США. С по­мощью этой сети российский производитель сможет лучше улавливать тенденции мирового рынка, проверять пра­вильность действий De Beers в области цен. И эта же сеть способна помочь в тот момент, когда, может быть, придется отказаться от услуг De Beers. С 1998 года "АЛРОСА" входит в бриллиан­товый бизнес, стремясь торговать не сырьем, а готовыми изделиями. В 2000 году она пла­нировала самостоятельно произве­сти бриллиантов на 40 миллионов долларов, а в 2001-м - уже на 150 миллионов. "АЛ­РОСА" участвует в деятельности и других гранильных предприятий. Например, компания – крупный акционер созданного в Орле гранильного предприятия "Орел-алмаз". Работает по совместной программе с барнаульским заводом "Кристалл", где пы­тается за­действо­вать его мощности для обработки своего сырья и наладить затем совместный сбыт.

В ближайшие пять лет АЛРОСА увеличит добычу алмазов на 20%. Об этом сообщил вице-пре­зидент компании Семен Зильберг, рассказывая о пятилетнем плане развития, ут­вержденном наблюдательным советом компании. В 2001 году компания добудет алмазов на 1,623 млрд., в 2005-м - на 1,934 млрд. долл. в действующих ценах, причем рост будет постепенным, По-видимому, не­много вырастут продажи на внутреннем рынке. Предпола­гается, что доля российских покупателей составит 50-60% в объеме реализации алмазов. Предположительно, в 2001 году российские ог­раночные предпри­ятия купят у компании сырья на 820 млн. долл. Не­трудно подсчитать, что к 2005 году эта цифра превысит 900 млн. долл.

Наращивая добычу, АЛРОСА рассчитывает нарастить и свой экспорт. Сейчас реша­ется вопрос, каковы будут дальнейшие отношения между De Beers и АЛРОСА. В конце декабря 2000 года Россия и De Beers создали рабочую группу для выработки новых под­ходов к сотрудничеству в связи с отказом De Beers от одноканальной системы регулиро­вания алмазного рынка. В состав рабочей группы, ко­торая начала работать с января 2001 г, вошли по 4 представителя от России и De Beers. С российской стороны в группе работают 2 представителя АК "АЛРОСА", один представитель от правитель­ства Республики Саха (Якутия) и один представитель Гохрана России. "Для De Beers конкуренция тоже принесет мало ра­дости, так что у нас общие интересы - поддержание доходов, развитие отрасли" - как заявил В.Штыров, президент "АЛРОСА",- "новая позиция De Beers требует от компании "АЛРОСА" адекватных решений. В крайней точке своего проявления новая ситуация мо­жет привести к конкурентной борьбе наших компаний, других участников рынка". У De Beers есть крупное пре­имущество пе­ред "АЛРОСА", заключающееся в том, что себе­стоимость производства алмазов в силу при­родно-климатических и горно-геологических условий вдвое меньше, чем в России.

De Beers стремится заключить новое торговое соглашение с Россией, поскольку ком­пания заинтересована в том, чтобы максимальное количество алмазов, добываемых в мире, продава­лось через единый канал - новую сбытовую компанию Diamond Trading Company (DTC, торговая марка De Beers). "АЛРОСА" также рассчитывает иметь единый с этой компа­нией канал сбыта. В этих целях компания планирует войти на правах акционера в DTC. Данный шаг предполагается сделать в связи с объявленной новой стра­те­гией De Beers.

По заявлению президента "АЛРОСА" Вячеслава Штырова, в будущем есть не­сколько вариан­тов развития отношений между двумя лидерами мирового алмазного рынка. Один из них предпо­лагает сотрудничество в качестве двух крупных промыш­ленных групп с верти­кально интегри­рованным бизнесом и системой долгосрочных отношений с традиционными партнерами. Этот вариант будет работать, если все крупные участники алмазного бизнеса договорятся регулиро­вать рынок при помощи со­глашения по примеру ОПЕК.

Другой вариант предполагает изменение условий имеющегося между "АЛРОСА" и DeBeers двусто­роннего торгового соглашения. В этом случае традиционные отношения между компа­ниями будут продолжены, но на ином качественном уровне, считает Вячеслав Штыров

De Beers хочет заключить новое соглашение не на три года, как сейчас, а на пять, и увеличить объем закупаемых в России алмазов. Тот факт, что АЛ­РОСА именно сейчас обнародовала свое намерение нарастить и до­бычу, и экспорт, наво­дит на мысль, что партнеры уже договорились и что пожелание De Beers учтено.

В противном случае планы АЛРОСА могли бы показаться чересчур рискованными, по­скольку ис­кать нового партнера (или партнеров), готовых покупать у нее алмазы, в ус­ловиях весьма жесткого пяти­летнего плана - это самоубийство. Вряд ли найдется же­лающий дать гарантии в течение пяти лет по­купать не просто камни по своему выбору, а так называемый пол­ный срез - все, что добывают из недр, включая и рентабельный, и нерентабельный товар, как это делает De Beers. Других таких компаний в мире просто не существует. А в ближайшие пять лет у АЛРОСА будет потребность в чрезвычайно надежном партнере.

Дело в том, что на это время запланированы весьма серьезные инвестиции в основ­ное произ­вод­ство, т.е. в добычу алмазов. Капи­тальное строительство потребует 2,8 млрд долл., из которых 0,6 млрд. - заемные (это американские кредиты под гарантии Ex-Im Bank, обеспечением выступают произведенные АЛРОСА брилли­анты). В основ­ном эти деньги пойдут на строитель­ство подземных рудников на старых месторождениях, а также на ввод в эксплуатацию новых трубок и россыпей.

Одновременно компания увеличит объем геологических работ. За пять лет она вло­жит в разведку 6,5 млрд. руб., из которых 5 млрд. - в Западной Якутии, а остальное - в Восточной Си­бири и евро­пейской части страны.

В 2002 году АЛРОСА введет в эксплуатацию трубку "Комсомольская" (открытый способ), в 2003-м - трубки "Нюрбинская" и "Ботуобинская" (открытый способ), а также россыпь "Самур", в 2004-м - рос­сыпь "Горная", в 2006-м - подземный рудник "Айхал", в 2007-2008-м - подземный рудник "Мир" и трубку "Дальняя" (открытый способ), в 2010-м - подземный рудник "Удачный".

Объем добычи АЛРОСА в 2000 году составил 1,623 млрд. долл., объем реализации алмазов и брил­лиантов - 1,542 млрд. долл. Бриллиантов было произведено на 89 млн. долл., что на 44 млн. больше, чем в 99-м. Прибыль от реализации составила 19,5 млрд. руб., балансовая прибыль - 16 млрд. руб..

В 2001 году добыча компании составит 1,640 млрд. долл., а совокупная реализация алмазов и брил­лиантов - 1,736 млрд., причем бриллиантов выпустят примерно на 150 млн. долл. Вся группа ком­па­ний АЛРОСА (это собственно АК, ее "дочки" "Алмазы Ана­бара" и "АЛРОСА-Нюрба", а также ан­гольская "Катока") добудет алмазов на 1,836 млн. долл., реализует продукции на 2,056 млрд. долл.

К концу 2000 года у АЛРОСА на­считы­валось 36 дочерних и зависимых предприятий. Среди них нет ни одного убыточ­ного (в 1999-м были - строительные и торговые, но не алмаз­ные). В 2001 году эти дочерние предприятия получат дохода на 14,5 млрд. руб., их чистая при­быль составит 1,7 млрд. руб. Они заплатят АЛРОСА 214 млн. руб. дивидендов, АЛРОСА в свою оче­редь инвестирует в них 3,3 млрд. руб. Еще 700 млн. руб. капвложений будет сделано из соб­ст­венных средств этих предприятий.

В сентябре 2000 года "АЛРОСА" приступила к созданию собственной сбытовой сети, цен­тральным звеном которой станет выстовочно-торговый комплекс "Алмазный двор", расположен­ный в центре Москвы. Здесь будут продаваться эксклюзивные изделия с сер­тифицированными бриллиантами. Мелкосерийные изделия среднего класса "АЛРОСА" собирается производить с ювелирными заводами и авторскими мастерскими. Для всех проектов компания будет поставлять бриллианты собственного производства.

В тоже время известно, что руководство АЛРОСА и ее основной акционер – государство по-разному видят место России на мировом алмазном рынке. De Beers настаивает на увеличении минимального объема поставок российских алмазов до $750 млн. ежегодно (сегодня эта цифра составляет $550 млн.). Россия же хотела бы уменьшить поставки De Beers до $450 млн., а затем, ежегодно уменьшая их на $50 млн., довести до $250 млн. в год. Россия рассчитывает снизить маржу De Beers – с 10% до 2-3% от стоимости партии, а также легализовать давальческую огранку, которая усилиями De Beers была запрещена в октябре 1997 года. По мнению главы московского офиса De Beers Реймонда Кларка, прежние неудачи в переговорах связаны с тем, что российская сторона до сих пор не выработала единой позиции. И если руководство АЛРОСА предпочло бы продолжить свое сотрудничество с De Beers, то российские власти занимают более жесткую позицию. Стремления АЛРОСА и правительства РФ сходятся в намерении резко увеличить экспорт своих алмазов, вопрос заключается в способе реализации стремлений: через De Beers, или минуя De Beers.

Не смотря на вышеуказанное, в целом ситуация кажется довольно радужной. Но появляется другая проблема – контра­банда. До 40% составляет доля контрабандного товара на российском алмазно-бриллиантовом рынке. Сложившаяся ситуация с контрабандным рынком стала возмож­ной из-за несовершенства налоговой политики в отношении производителей и перера­бот­чиков алмазной продукции. В ча­стности, экспортная цена алмазного необработан­ного из­делия составляет 11 долларов за 1 грамм, в то время как цена аналогичного необработан­ного изделия внутри страны с учетом НДС и про­чих налоговых "накруток" превышает 13 долларов.

И еще с недавних пор в российском алмазном бизнесе назревает конфликт между Гохраном и "АЛРОСА". Камнем преткновения послужила именно ограночная деятель­ность российского монополиста. Основная идея Гохрана заключается в следующем: чтобы бриллиантовая промышленность в России развивалась эффективно, должны быть созданы ус­ло­вия для добросовестной конкуренции, при которых каждый производитель бриллиантов – с иностранным участием или без, независимо от форм собственности - имел бы равный доступ к сы­рью. Равный по ценам, условиям платежа, ассортименту и так далее. Если АЛРОСА сама начнет заниматься огранкой, она волей-неволей должна будет давать преференции своим предприятиям. В противном случае предприятия потеряют возможность работать эффективно, а компания не может допустить, чтобы ее дочерние предприятия были неэффективны.

Известно, что большинство российских гранильных предприятий испы­тывают серьез­ный дефицит сырья. Покупать его на внешнем рынке - например, у De Beers - пока что под силу только смоленскому заводу "Кристалл", и то в очень небольших объемах. Остальные бьются за право быть постоянными клиентами АЛРОСА, то есть оказаться в рядах тех счастливцев, кто поку­пает товар не от случая к случаю, а регу­лярно. Окажись АЛ­РОСА в числе основных потребителей собственного товара - и конкурентам можно закрывать свой бриллиантовый бизнес.

Руководство Алроса в ответ заявило о том, что по закону добытые алмазы принад­лежат компании и она может делать с ними все что угодно и что АЛ­РОСА собирается гранить не все подряд, а только те разновидности алмазов, которые не пользуются спросом у российских огранщиков. Это так называемый индийский товар (низкокачест­венная мелочь) и дорогие крупные камни.

Компания опасается не только того, что Гохран помешает ей реализовать идею с огранкой, - она бо­ится и конкуренции с Гохраном в торговле "сырыми" алмазами. Гохран по закону обладает преимущественным правом закупки драгоценных металлов и драго­ценных камней у добытчиков, но одно дело, когда Гохран реализует это право, чтобы по­полнить госу­дарственные запасы, и совсем другое - чтобы заняться коммерче­ской деятельностью. Чем закончится данное противостояние пока не известно. Остается надеяться, что противники придут к взаимопониманию не во вред россий­ским интересам на мировом алмазном рынке.


"Конфликтные алмазы" – болезненная тема на Западе вот уже два года, со времени публикации отчета неправительственной организации Global Witness. В нем утвержда­лось, что потребители обязаны иметь гарантию того, что их бриллианты не появились в результате деятельности незаконных вооруженных формирований в Анголе, Сьерра-Ле­оне и других странах Африки. И добропорядочные любители драгоценностей должны объявить им бойкот.

ООН наложила санкции на алмазы из Сьерра-Леоне. Не секрет, что на средства, вы­рученные от продажи алмазов, повстанцы закупают необходимое вооружение.

Сьерра-Леоне входит в число беднейших стран мира, хотя располагает богатыми запасами ал­ма­зов. Воюющие там 45 тысяч бойцов Объединенного революционного фронта контролируют ос­новные алмазные копи. Борьба за их разработку привела в 1991 году к серии военных переворотов и кровопролитной гражданской войне. За последние 10 лет в Сьерра-Леоне погибли более 300 ты­сяч человек, число беженцев достигло 480 тысяч.

Главное в конфликте, который несколько десятилетий не прекращается в Западной Африке, - эко­номические интересы. От того, кто будет контролировать территорию Сьерра - Леоне в буду­щем, зависит, какие именно западные и африканские компании получат алмазные и рудные кон­цессии.

Санкции на сьерра-леонские алмазы схожи с эмбарго на ирак­скую нефть. В одном случае миру запретили покупать камни у повстанцев (контролирующих девять десятых алмазных копей страны), чтобы тем стало нечем финансировать свою боевую деятель­ность. В другом - нефть нельзя покупать у Саддама Хусейна, чтобы ему нечем было оплачивать свои претензии.

Есть одно капитальное отличие. Несмотря на санкции, нефть из Ирака течет потоком в обход патрульных кораблей. Поймать перевоз­чиков довольно сложно, остановить по­купателей невозможно вовсе. Запрет же на алмазы из Сьерра-Леоне можно претворить в жизнь на удивление полно. Рынок алмазов как будто специально создан для эмбарго. Кризис в Сьерра-Леоне и санкции ООН – на руку De Beers. Теперь поток необработан­ных алмазов несколько снизится. А пронять торговцев-диамантеров куда проще, чем нефтетрейдеров. По весьма незамысловатой причине: в мире их гораздо меньше, и все они знают друг друга.

Так что когда израильская федерация диамантеров заявила, что замеченных в тор­говле "кровавыми алмазами" будет изгонять, все поверили: скрыться в узком кругу нельзя, а раз потеряв такую работу, потом ее уже не найти - негде.

Конечно, в нынешнем варианте алмазных санкций есть прореха: эмбарго не распро­страняется на со­седнюю Либерию, через которую идут камни из Сьерра-Леоне меняя по пути "гражданство" - а по­скольку страны соседние и геология схожая, то и камни различить трудно. Во всяком случае, диамантеры второго наряду с Тель-Авивом бриллиантового центра – Антверпена – на это уже пожа­ловались.

Для De Beers эта ситуация выгодна еще и тем, что можно попробовать улучшить свой имидж в глазах покупателей алмазов, что весьма немаловажно в период реоргани­зации корпорации (De Beers всегда подозревалась в тесных контактах с лидерами повстанцев). Кроме того это дополнительный козырь в конкурентной борьбе с другими производителями алмазов. Как уже упоминалось, некоторые аналитики полагают, что De Beers пытается создать "двухэтажный" мировой алмазный рынок и оттеснить остальных производителей алмазов, в том числе и Россию, на "нижний" этаж. Собственные алмазы попадут под определение "добропорядочные" или "премиальные" алмазы Всем остальным странам, включая Россию, придется довольствоваться репута­цией поставщиков "гряз­ных" алмазов. Поскольку в эту категорию войдут также неле­гальные поставки, с помощью которых фи­нансируются мятежи и войны на африкан­ском континенте, на "низкокачественную" часть рынка ляжет также тень "политически аморальной".

Именно поэтому компания De Beers направила письмо, подписанное Ники Оппен­геймером, председателем De Beers , и Гэри Рейфом, управляющим директором De Beers, президентам Международных Алмазных Бирж и Международных Ассоциаций, произ­водителям бриллиантов, а также руководите­лям других ассоциаций и бирж в алмазной промышленности во всем мире с призывом выработать со­вместный план действий в от­ношении "конфликтных" алмазов, которые выступают источником фи­нансирования ан­типравительственных движений в ряде африканских стран.

В преддверии мирового алмазного Конгресса, который должен состоятся в июле в Антверпене, Де Бирс призывает лидеров мировой алмазной промышленности исклю­чить из рядов алмазного сообщества тех, кто занимается поставками и торговлей "конфликтными" алмазами.

De Beers полностью поддерживает и одобряет недавнее заявление израильской ал­мазной биржи о намерении исключить дилеров, занимающихся торговлей "конфликт­ными" алмазами из списка участ­ников биржевых торгов.

Корпорация намерена продолжать свое сотрудничество по этому вопросу с ООН, Госдепартаментом США, Агентством США по Международному развитию, МИДом Великобритании и различными не­правительственными организациями с тем, чтобы поддержать усилия мирового сообщества по изоляции и ограничению торговли "кон­фликтными" алмазами, составляющими в настоящее время около 4% мирового объема добычи алмазов. Эти 4% необходимо отделить от основных 96% мирового объема добычи, т.е. от тех алмазов, происхождение которых абсолютно легально, которые легальным путем поступают на алмазный рынок.

De Beers уже предприняла ряд мер, дающих гарантию того, что все продаваемые ею алмазы могут быть с уверенностью названы "неконфликтными". Помимо призыва к же­стким мерам в отношении "конфликтных" алмазов со стороны алмазного сообщества, De Beers также выступила с рядом предло­жений, реализация которых поможет предот­вратить поступление алмазов из конфликтных ре­гионов на мировой алмазный рынок.

Рекомендации Де Бирс состоят в следующем:

- введение единой документации всеми странами, импортирующими алмазы, отра­жающей истинное происхождение камней по месту добычи, а не просто указание, из ка­кой страны они ввозятся. Это по­зволит избежать использования официальных каналов теми, кто хотел бы скрыть происхождение сво­его товара. В случае предоставления ложной информации алмазы должны быть немедленно конфискованы.

- правительствам необходимо ввести новые законодательные акты, дающие органам по контролю над импортом алмазов право отказывать в выдаче разрешений на импорт неверно задекларированного сы­рья. Органам по контролю над импортом алмазов необходимо иметь образцы полного среза аллювиальной добычи всех стран-производи­телей с тем, чтобы с большей точностью определять ис­тинное происхождение импорти­руемого алмазного сырья.

- банкам, обслуживающим алмазную промышленность, необходимо разработать единую форму декла­рации, подтверждающей, что их клиенты не занимаются постав­ками и торговлей "конфликтными" ал­мазами. Те клиенты, которые откажутся подписать такую декларацию или выполнить ее условия, должны быть лишены возможности пользоваться услугами этих банков.

- необходимо организовать обмен специалистами между алмазодобывающими стра­нами и офисами по импорту и экспорту сырья в ограниченных центрах для согласова­ния документации и обучения персо­нала методике определения истинного происхожде­ния алмазов.

- необходимо обеспечить ежегодную публикацию статистических данных по им­порту и экспорту алма­зов во всех странах, торговлей алмазным сырьем.

De Beers также заявила о своей готовности предоставить все свои ресурсы, а именно опыт и квали­фикацию наших сотрудников, для содействия международным организа­циям в реализации этих мер.

Так что корпорация попытается использовать данную ситуацию с максимальной для себя пользой. А главное, если Конгресс примет это предложение (что весьма вероятно), создастся прецедент, и De Beers получит еще один способ давления на своих партнеров или конкурентов.

АЛРОСА, на мой взгляд, попадает в весьма щекотливую ситуацию: с одной стороны, согласившись с предложением De Beers, компания фактически соглашается с "двухэтажной" мировой алмазной системой, причисляя свою продукцию ко "второму сорту". С другой, не согласившись, АЛРОСА ставит под удар свой имидж, престиж. Более того, компания может навлечь на себя какие-либо ответные санкции со стороны правозащитных организаций.

Использованная литература
Федеральный закон «О валютном регулировании и валютном контроле». № 173-Ф3 от 10 декабря 2003 года.

Black, S., et al. (2001). Convertibility Risk: the Precautionary Demand for Foreign Currency in a Crisis. IMF Working Paper 210.

Central Bank of Chile Working Group for the 11th APEC Finance Ministers’ Meeting. Central Bank of Chile 2004.

Edison, H., et.al. (2002). Capital Account Liberalization and Economics Performance: Survey and Synthesis. NBER Working Paper 9100.

Edwards, S. (1999). On Crisis Prevention: Lessons from Mexico and East Asia. NBER Working Paper 7233.

Eichengreen, B. (2001). Capital Account Liberalization: What Do Cross-Country Studies Tell Us. World Bank Economic Review 15, pp. 341-65.

Epstein, G., I. Grabel, K. S. Jomo (2003). Capital Management Techniques in Developing Countries: An Assessment of Experiences from the 1990’s and Lessons for the Future. Working Paper Series 56, Political Economy Research Institute, University of Massachusetts Amherst.

Kaminsky, G., S. Schmukler (2002). Short- and Long-Run Integration: Do Capital Controls

Matter? The World Bank.

Miniane, J. (2004). A New Set of Measures on Capital Account Restrictions, IMF Staff Papers Vol. 51, No. 2.

Souza, Lucio Vinhas (2004). Financial Liberalization and Business Cycles: The Experience

of Future EU Member States in the Baltics and Central Eastern Europe. Kiel Institute for World Economics.

Taylor, A., G. della Paolera (1999). Internal Versus External Convertibility and Developing-

Country Financial Crises: Lessons from the Argentine Bank Bailout of the 1930s (manuscript).

Voth, H.-J. (2001). Convertibility, Currency Controls, and the Cost of Capital in Western

Europe, 1950-1999. Universitat Pompeu Fabra and King’s College, Cambridge.



Bottom of Form 0
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   13


База данных защищена авторским правом ©ekonoom.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница