Римское частное право




страница14/26
Дата30.04.2016
Размер6.54 Mb.
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   26
Глава 26 ПРЕКРАЩЕНИЕ ОБЯЗАТЕЛЬСТВА § 105. Соответствие способа прекращения обязательства способу его возникновения

327. Понятие "solutio". Обязательство прекращается - obligatio tollitur, или обязательство погашается - obligatio exstinguitur различными способами, из которых главным считалось исполнение (платеж). Tollitur obligatio praecipue solutione eius, quod debetur - обязательство прекращается главным образом исполнением (платежей) того, что причитается (Гай. 3. 168).

Понятие solutio, solvere проделало любопытную эволюцию в римском праве. В древнейшую эпоху это означало, как мы видели (п. 282), развязывать должника от сковывавших его цепей, затем освобождение должника от подчинения его личности должнику. Me a te solvo - я себя отвязываю от тебя (Гай. 3. 174). Затем solvere приобретает значение исполнять, передать предмет обязательства: Stichum solvere, rem solvere. Раб или вещь были obligati, связаны, они стали solutio.

Таким образом solutio стало равнозначуще с satisfactio (удовлетворение). Solvere dicimus eum qui facit quod facere promisit - мы говорим, что исполняет тот, кто делает то, что он обязался сделать (D. 50. 16. 176).

Однако в наиболее архаических типах обязательств слова obligatio и soluto сохранили свой первоначальный, буквальный смысл.

Соответствие старинной obligatio на начальном моменте обязательства и solutio на его конечном моменте дошло до нас в древнем виде кабального займа - nexum. По определению юриста, верховного жреца Квинта Муция Сцеволы (ок. 100 г. до н.э.), nexum заключается путем меди и весов с целью обязать себя: quae per aes et libram fiant ut obligentur. Таким же способом, т.е. при помощи меди и весов, происходит освобождение кабального - nexi liberatio (Varro. De lingua latina, VII. 105). Гай нам рассказывает (3. 173): "Есть такой вид образного платежа (imaginaria solutio) при помощи меди и весов; этот способ вообще принят в определенных случаях, когда долг возник с применением меди и весов".

328. Симметрия возникновения и прекращения обязательства. Становится понятным, что в стабилизированные юридические правила, отлившиеся в ходячие афоризмы традиционного права - regulae iuris antiqui (D. 50. 17), вошли такие изречения: Nihil tam naturale est quam eo genere quidque dissolvere quo colligatum est - нет ничего более естественного, чем то, что каким способом было связано, таким и нужно развязать (D. 50. 17. 35). А потому словесное обязательство прекращается словесно, а обязательство, основанное на голом соглашении, развязывается противоположным соглашением - ideo verborum obligatio verbis tollitur, nudi consensus obligatio contrario consensu dissolvitur (там же).

Выработалось противопоставление: какими способами мы вступаем в обязательство, соответственно обратными мы освобождаемся - quibuscumque mobis obligamur, isdem in contrarium actis liberamur (D. 50. 17. 153).

§ 106. Исполнение обязательства

329. Кто и кому исполняет. Обязательство может быть исполнено не только должником, но и любым лицом, даже без ведома и согласия должника - solvendo quisque pro alio licet invito et ignorante liberat eum (D. 3. 5. 38; D. 46. 3. 53). Мы не находим в источниках прямого указания на то, что строго личные обязательства должны быть исполнены только должником. Это объясняется тем, что такая область права, как наем труда свободных людей, в рабовладельческом Риме играла сравнительно незначительную роль. Платить нужно кредитору или кому он прикажет

-iussu eius, или опекуну, попечителю, доверенному, наследнику, рабууправляющему - servus actor (D. 46. 3. 49). Своеобразное положение занимало лицо, субсидиарно (подсобно) управомоченное на получение платежа, т.е. solutionis causa adiectus - лицо, добавленное для целей платежа. Тип этих обязательств: Mihi aut Seio dare spondes? -Обязуешься дать мне или Сею? Право требования принадлежит кредитору, но должник может уплатить Сею. Obligatio quidem stipulatori adquiratur, solvi tamen Seio recte possit (I. 3. 19. 4).

Право подсобного платежепринимателя было безотзывным, а именно: "Если заключено обязательство уплатить кредитору или Тицию, и хотя бы затем кредитор запретил должнику платить Тицию, однако, уплатив последнему, не освобождаюсь"

(D. 46. 3. 12. 3).

330. Порядок засчитывания платежа при наличии нескольких долгов. Источники подробно останавливаются на вопросе о платеже, сделанном при наличии нескольких долгов - cum ex pluribus causis debitor solvit (D. 46. 3. 97). Право засчитать (imputare) плату за тот или иной долг предоставляется должнику, а при отсутствии его указаний - кредитору, а на случай, если ни одна из сторон об этом не позаботилась, устанавливается очередность долгов данного должника, подлежащих погашению: сначала проценты, затем капитальная сумма - prius in usuras deinde in sortem (C. 8. 42. 1); сначала долги, созревшие для принудительного взыскания (D.

46. 3. 103), потом другие; сначала долги, по которым присуждение угрожает бесчестьем или штрафной санкцией, потом другие; сначала обеспеченные залогом, затем необеспеченные (D. 46. 3. 97) и т.д.

331. Частичная уплата. Частичную уплату кредитор не обязан принимать. Если кредитор требует десять денежных единиц, то его нельзя принудить принять предлагаемые должником пять и судиться об остальном. Таким же образом если кредитор виндицирует поместье, то он вправе отвергнуть частичное добровольное исполнение, предпочитая судиться обо всем. Так обстояло дело в классическую эпоху при Юлиане, когда обязательство рассматривалось как нечто целое, погашение которого строго соответствует его возникновению. Позднее, в Византии, этот ригоризм смягчается и должнику дается возможность освободиться хотя бы от части долга: humanius videtur... si actorem compulerit ad accipiendum id quod offeratur

-представляется более человечным побудить истца принять то, что предлагают (D.

12. 1. 21). Здесь все смягчено: вместо ригоризма - византийская "гуманность"; здесь речь идет не о том, чтобы принудить кредитора к принятию, а о том, чтобы его побудить.

§ 107. Замена исполнения (datio in solutum)

332. Согласие кредитора на замену исполнения. По общему правилу исполнение должно в точности соответствовать обязательству. Aliud pro alio invito creditori solvi non potest - без согласия кредитора нельзя ему платить одно вместо другого (D. 12.

1. 2. 1). Но с согласия кредитора можно платить aliud pro alio (Гай. 3. 168). Таким образом, перед нами замена исполнения, его суррогат, datio in solutum, буквально дача в уплату. Чаще всего это происходит в виде res pro pecunia soluta - уплата вещи вместо денег; такой вещью в Риме был в особенности земельный участок.

Si centum debens, quasi ducenta deberem, fundum ducentorum solvi (D. 12. 6. 26. 4) будучи должен 100 (тысяч сестерциев), но полагая, что я должен 200, я дал в уплату поместье стоимостью 200. Другой пример: Praedium tibi pro soluto datum aliis creditoribus fuerat obligatum - поместье, данное тебе в уплату, было заложено у других кредиторов (C. 8. 44. 4. 212). Источники в достаточной мере свидетельствуют о том, что институт datio in solutum продиктован экономической необходимостью, выросшей на почве тяжелых условий плохо организованного земельного кредита в обстановке падающей доходности рабовладельческого хозяйства. Кредитор и здесь, как в более примитивном кабальном nexum, играет командную роль. Без его согласия datio in solutum невозможно, а если его согласие дано, то юристы спорят, погашается ли обязательство, как думают сабинианцы, или оно, продолжая существовать, может быть отпарировано возражением должника о недобросовестном предъявлении требования, как думают прокульянцы (Гай. 3. 168). И все же datio in solutum явилось в тогдашних условиях некоторым облегчением для обеих сторон. Ко времени Юстиниана экономическая база, на почве которой вырос этот институт, совершенно ясна. 333. Замена исполнения против воли кредитора. В новеллах Юстиниана (Nov. 4. 3) описывается положение разорившихся землевладельцев -infelices debitores, которые задолжали кредиторам деньги, но денег для уплаты не имеют, а располагают недвижимостью, на которую трудно найти покупателей, между тем как кредиторы настаивают на уплате наличными. Экономическая борьба ростовщиковзаимодавцев и землевладельцев-должников получает юридическое выражение в столкновении требования денежной solutio с предложением земельной datio in solutum. При Юстиниане вводится закон, в силу которого кредитор обязан принять в уплату недвижимое имущество вместо денег. Цепь развития замкнута: на пороге datio in solutum стоит положение: invito creditore aliud pro alio solvi non potest против воли кредитора уплатить одно вместо другого невозможно. В последнем звене развития creditor (pecuniae) rem immobilem accipere cogitur - кредитор принуждается получить в возврат денег недвижимое имущество. Указ Юстиниана содержит знаменательные греческие слова: "ho tes anagkes logos eis touto to pragma periege" (логика необходимости привела к этому результату).

Кредиторы оказывались покупателями поневоле, и уже задолго до этого юристыклассики нашли: кто получает в уплату вещь (вместо денег), тот приравнивается к покупателю - qui rem in solutum accepit, similis est emptori (D. 42. 4. 15). Должники, приравненные к продавцам, однако, были в классическую эпоху далеко не теми несчастными, которые при Юстиниане взывают к гуманности. Как приличествует продавцу и как это водится (naturaliter concessum est), они умели quod minoris est pluris vendere et ita invicem se circumscribere (D. 19. 2. 22. 3) - что стоит дешевле, продать подороже, и так обойти друг друга. Из практики они знали, что обещают золото, а бывает, что платят quasi aurum aes - под видом золота бронзу; они не прочь были предложить взамен уплаты земельный участок за явно превышенную оценку - per dolum pluris aestimatum fundum in solutum dare (D. 46. 3. 46. 2) - или же передать в уплату земельный участок с такими пороками в праве, которые влекут за собой его эвикцию, т.е. отнятие и отсуждение в пользу подлинного собственника. Некоторые юристы полагали, что в этих случаях давший в уплату отвечает на тех же основаниях, что и продавец; другие же считают, что дача в уплату отпадает и остается в силе первоначальное обязательство - manet pristina obligatio (D. 46. 3. 46). Это близко подходит к точке зрения тех юристов, которые считали, что дача в уплату не погашает обязательства, а создает эксцепцию (возражение).

§ 108. Внесение предмета обязательства на хранение (depositio)

334. Когда исполнение производится путем depositio? Исполнение иногда оказывается невозможным по обстоятельствам, зависящим от кредитора, как-то: кредитор отказывается от принятия или допускает промедление в принятии; кредитор отсутствует по государственным делам; представитель кредитора, уполномоченный на ведение судебного дела, не имеет полномочия на получение денег. Мы уже видели, что просрочка кредитора в принятии переносит на него риск случайной гибели вещи (п. 325). На случай отказа кредитора принять платеж, в частности, если он при этом отказывается возвратить заложенную вещь, указы III в. н.э. рекомендуют должнику предложить кредитору платеж капитальной суммы с процентами, удостоверив это обстоятельство при свидетелях, и затем, запечатав деньги, депонировать их в казну; течение процентов будет приостановлено (C. 4.

32. 19; C. 4. 32. 6); равным образом приостанавливается реализация предмета залога (C. 8. 27. 8).

335. Порядок внесения в депозит. Депонировать предлагается либо в казну (in publicum), либо в кассу храма (in aedem) (D. 40. 7. 4). Часто это совершается при содействии претора: pecuniam in iure optulit... obsignavit ac publice deposuit - сделал перед претором предложение об уплате денег, опечатал их и сдал в депозит казны

(D. 17. 1. 56. 1). Пример: рабу Стиху по завещанию дана свобода при условии представления отчета. Если Стих готов представить отчет и уплатить причитающийся остаток, то в функции претора входит выбрать "мужа доброго" для проверки отчетности, после чего распорядиться депонировать сальдо (остаток) и вынести определение о признании Стиха свободным (D. 40. 5. 47. 2). Таким образом, depositio при содействии претора равносильна solutio - платежу. Obsignatione totius debitae pecuniae sollemniter facta liberationem contingere manifestum est - в силу депонирования всей причитающейся денежной суммы, произведенного официально (т.е. при содействии претора), обязательство прекращается (C. 8. 42. 9, 286 г.). Кредитору придется обращаться за платежом уже не к должнику, а к хранителю (C.

4. 32. 19. 4).

Менее энергичный эффект производило депонирование денег у банкира (nummularius); если выбор хранителя произведен по указанию (iussu) кредитора, то риск переносится на кредитора; если же выбор хранителя произведен должникомплательщиком, то риск остается на нем.

При каких условиях и до какого момента внесший в депозит вправе обратно взять свой взнос и с какого момента взнос становится бесповоротным, об этом вопросе источники упоминают лишь вскользь (C. 4. 32. 19. 4).

§ 109. Зачет (compensatio)



  1. Сущность зачета. Если кредитор имеет требование к должнику, а должник имеет в свою очередь встречное требование к кредитору, то при известных условиях требования в той сумме, в которой они взаимно покрываются, считаются погашенными и взысканию подлежит только тот остаток, на который одно требование превышает другое. Такой способ погашения обязательства называется зачетом (compensatio), буквально -уравновешивание, выравнивание. Для этого требуется наличие встречных требований: invicem creditor idemque debitor est кредитор является в то же время должником (D. 12. 6. 30).

  2. Связь зачета с процессом. Зачет появляется лишь на развитой стадии права, и он тесно переплетается с вопросами процесса, так что в Институциях Гая и Юстиниана о зачете говорится в связи с процессом, а не в разделе о прекращении обязательств.

В легисакционном процессе (п. 52) ответчик не мог ссылаться на свое встречное право, он мог только признать или отвергнуть требование истца.

Id postulo: aies an neges - истец спрашивает: признаешь или отрицаешь (Гай. 4. 17 и вновь найденный отрывок). При действии формулярного процесса старое правило гласило: при наличии взаимных требований, когда один требует меньшую сумму, а другой большую, дело подлежит разбору у одного судьи (D. 2. 1. 11. 1), но о том, что допускается зачет этих взаимных требований (mutuae actiones), говорилось только в отдельных случаях, о которых речь ниже.


  1. Первоначальная недопустимость зачета. Иногда же специально указывалось на недопустимость зачета. Сенека (De beneficiis, 6. 5. 6) приводит красочный случай: "Формула не сливается воедино, если тот, кто депонировал у меня деньги, затем обокрадет меня; я к нему предъявлю иск о краже, а он ко мне о депозите; одно положение с другим не смешивается, каждое идет своей дорогой: депозит имеет свой собственный иск точно так же, как кража свой", - lex legi non miscetur, utraque sua via it: depositum habet actionem propriam tam mehercule, quam furtum.

  2. Зачет в операциях банкиров. Общие правила о зачете начинают складываться приблизительно со II века н.э. и прежде всего применительно к операциям банкиров (argentarii). В эпоху принципата, с ростом торговых операций и необходимостью их финансирования, банкиры приобретают существенную функцию в народном хозяйстве Рима.

Ideo argentarios edere rationes cogit, quia officium eorum atque ministerium publicam habet causam et haec principalis eorum opera est, ut actus sui rationes diligenter conficiant - претор обязывает банкиров представить торговые записи, потому что их функция и промысел имеют публичный характер и главная их забота состоит в том, чтобы тщательно вести записи своих операций (D. 2. 13. 10. 1. Gaius). Женщинам не разрешается быть банкирами (D. 2. 13. 12). Большой размах торговых операций постепенно отодвигает тот старинный порядок, при котором каждый домовладыка ограничивался ведением codex accepti et expensi - приходно-расходной книги. Дело становится на коммерческую ногу, и "бухгалтерская" запись сосредоточивается в руках профессионала-аргентария. Когда в результате операций с клиентом банкир предъявляет иск, он обязан в интенции указать сальдо, т.е. остаток между операциями по кредиту и дебету. Пример, приведенный у Гая (4. 64): банкиру следует с Тиция 20 тысяч сестерций, банкир должен Тицию 10 тысяч; интенция формулы должна гласить: "Si paret Titium sibi X milia dare oportere amplius quam ipse Titio debet" - "если окажется, что Тиций должен банкиру на 10 тысяч больше, чем сам банкир должен Тицию". Таким образом, argentarius cogitur cum compensatione agere - банкир обязан иск предъявить по зачету. Если банкир этого не сделает, то ему будет в иске отказано ввиду превышения исковых требований, plus petitio. 340. Зачет при несостоятельности. Второй случай применения зачета имел место в отношении кредитора несостоятельного должника, который в то же время является дебитором несостоятельного. Представителем имущества несостоятельного должника являлось лицо, купившее все имущество несостоятельного, -bonorum emptor; предъявляя требование к дебитору несостоятельного должника, он должен agere cum deductione - взыскивать с вычетом.

Результат был таков, что кредитор несостоятельного, состоящий в то же время его дебитором, представлял к зачету свое требование полностью, в то время как другие дебиторы конкурсной массы получали удовлетворение лишь пропорционально размеру своих требований. По объяснению Гая, вычет, дедукция, отличался от компенсации, зачета, в собственном смысле, тем, что при компенсации зачету подлежали только однородные требования, такие, как vinum cum vino, triticum cum tritico, pecunia cum pecunia - требования по вину с требованием по вину, пшеница с пшеницей, деньги с деньгами; при дедукции же зачитывались и разнородные претензии; например, прямое требование bonorum emptor'a касалось денег, а встречное касалось вина или зерна; судья в кондемнации (присуждении) производит денежную оценку товарных требований и за вычетом этой оценки из прямого денежного иска присуждает остаток. В отличие от банковской компенсации покупатель всего имущества несостоятельного должника не обязан был произвести вычет в интенции, а потому ему не угрожали последствия превышения иска.

С другой стороны, зачету подлежат только требования, которым срок наступил, а вычету подлежат и такие суммы конкурсной массы по дебету и кредиту, которым срок еще не наступил (Гай. 4. 65 - 68).

341. Зачет взаимных требований, основанных на "доброй совести". Наконец, третья группа дел, при которых, в отступление от общего правила, допускался зачет, это взаимные требования доброй совести, вытекающие из одного и того же основания, иначе говоря, взаимно связанные требования. Присуждению подлежит причитающееся истцу с учетом того, что, в свою очередь, по тому же основанию причитается с него - habita ratione eius, quod invicem actorem ex eadem causa praestare oporteret (Гай. 4. 61). В исках, вытекающих из сделок доброй совести, в интенции (просительном пункте) не указывалась точная оценка и формулировалось: Quid ob eam rem dare facere oportet ex fide bona - что причитается по этому делу подобрей совести (Гай. 4. 47). Поэтому не было опасности проиграть дело вследствие plus petitio, т.е. из-за предъявления иска без вычета встречного долга.

342. Реформа зачета во II в. н.э. Таким образом, зачет был известен в расчетах банкиров, в требованиях к имуществу несостоятельного и по вытекающим из одного и того же основания взаимным требованиям категории bonae fidei iudicia. Так обстояло дело до второй половины II в. нашей эры, когда была произведена реформа, содержание которой известно лишь отрывочно по Институциям Юстиниана


(I. 4. 6. 30), а именно: In strictis iudiciis ex rescripto divi Marci opposita doli mali exceptione compensatio inducebatur - в исках строгого права рескриптом императора Марка был введен зачет путем заявления возражения о недобросовестности.

Поскольку исками строгого права являются в основном иски, вытекающие из односторонних обязательств, требования в этих исках имеются только на одной стороне, потому встречные требования в этих делах вытекали не ex eadem causa из того же основания, a ex dispari causa, ex diverso contractu - из другого основания, из другого договора (Сентенции Павла. 2. 5. 3). Это шаг вперед в развитии зачета, но все же остается правило, что зачитываются только требования paris speciei одинакового вида, а именно: деньги с деньгами, зерно с зерном. Если же встречные требования были разного вида, то сторонам оставалось разбираться, хотя бы у того же судьи, но в отдельных взаимных производствах - mutuae petitiones. При этом по указу 224 г. (C. 4. 31. 6) основной истец не мог добиваться исполнения решения, прежде чем состоится решение во встречному иску - non prius exsolvi quam petitione mutuae responsum fuerit. Это очень близко подходит к зачету как сложившемуся институту. 343. Ipso iure compensari. Последний шаг в этом направлении сделан при Юстиниане. Его указ (531 г.) расширил применение зачета, так что зачетом иски уменьшаются в силу самого права - nostra constitutio... compensationes latius introduxit, ut actiones ipso iure minuant (I. 4. 6. 30). Что означают в данном случае слова "ipso iure", этот вопрос является предметом исследований на протяжении многих лет.

До начала XIX в. господствовало понимание выражения ipso iure compensari в смысле зачета двух встречных требований, происходящего автоматически, в момент, когда по обоим наступил срок. Однако такое толкование противоречит источникам.

Так, например, если вышедший из-под опеки предъявляет иск к опекуну, вытекающий из ведения дел опеки, а опекун имеет встречное требование о возмещении понесенных по опеке расходов, то опекуну предоставляется по своему усмотрению либо требовать зачета, либо предъявить самостоятельный иск о расходах - erit arbitrii eius, utrum compensare an petere velit sumptus (D. 27. 4. 1. 4). Если бы зачет происходил автоматически, то отдельный иск о расходах был бы недопустим.

В настоящее время выражение ipso iure применительно к зачету уже не толкуют как автоматический зачет. Большинство авторов понимают ipso iure compensari в том смысле, что судья по своей обязанности - ex officio - производит зачет, независимо от того, облек ли ответчик свое возражение в форму exceptio doli. В подтверждение этого толкования можно привести следующее место, которое, насколько известно, в литературе не использовалось для решения разбираемого вопроса. По вопросу о возмещении расходов, произведенных на виндицируемую наследником вещь, Павел проводит различие: добросовестному владельцу эти расходы возвращаются, недобросовестный же должен пенять на себя, если он произвел затраты на заведомо чужую вещь (D. 5. 3. 38). Далее, в стиле, характерном для компиляторов, добавляется: sed benignius est in huius quoque persona haberi rationem impensarum... et id ipsum officio iudicis continebitur, nam nec exceptio doli desideratur - но благосклоннее и в отношении этого лица учесть расходы, и это делается по обязанности судьи, причем exceptio doli не требуется.

Аналогично обстоит дело с правом мужа, от которого требуется возврат приданого на представление к зачету произведенных им необходимых расходов. В классическую эпоху действовало правило: necessariae impensae ipso iure dotem minuunt понесенные мужем необходимые издержки уменьшают ipso iure подлежащее возврату приданое (D. 23. 3. 5. 2). Если муж выплатил обратно все приданое, не представив к зачету понесенные издержки (non habita ratione impensarum), то может ли он предъявить отдельный иск о возврате того, что обычно представляется к зачету (D. 25. 1. 5. 2)? Некоторые юристы давали отрицательный ответ, но Марцелл допускал такой иск, и тут же, в стиле, характерном для византийской эпохи, добавляется: propter aequitatem - ради справедливости; следует примкнуть к мнению Марцелла, а именно, если в процессе не произведен зачет того, что ipso iure уменьшает иск, то можно свое право осуществить в отдельном процессе. Стало быть, ipso iure compensari не означало автоматического погашения встречных претензий.

344. Условия применения зачета. Каковы же условия применения зачета при Юстиниане?

(1) Оба требования должны быть встречные, т.е. кредитор по основному требованию является должником по встречному - creditorem eundemque debitorem (D. 16. 2. 2).

(2) Требования должны быть ликвидные - новое условие, введенное при Юстиниане; требование ликвидно, когда оно не запутано сложными деталями, но судье может быть легко представлен результат - causa liquida non multis ambagibus innodata, sed possit iudici facilem exitum sui praestare (C. 4. 31. 14. 1.).

(3) Требования не должны быть парализованы в силу правопоражающего возражения (перемпторная эксцепция) - quaecumque per exceptionem peremi possunt, in compensationem veniunt (D. 16. 2. 14). Допускаются к зачету и натуральные обязательства - etiam quod natura debetur, in compensationem venit (D.


16. 2. 6). Вопрос о пределах допустимости представления к зачету требования, по которому истекла давность, в источниках не ставится.

(4) Далее, к зачету допускаются только такие требования, по которым срок уже наступил, - quod in diem debetur, non compensabitur, antequam dies veniat (D. 16. 2. 7).

(5) Наконец, встречные требования должны быть однородны. Поэтому наиболее подходящи для зачета денежные обязательства.
Зачет не допускался против требования о возврате предмета поклажи; в этом сказалась забота о собственнике - поклажедателе. Равным образом не могли ссылаться на зачет лица, к которым предъявлено требование, касающееся незаконно захваченных предметов, - possessoinem alienam perperam occupantibus compensatio non datur (C. 4. 31. 14. 2).

§ 110. Смерть одной из сторон. Совпадение должника и кредитора в одном лице

345. Влияние смерти одной из сторон на судьбу обязательства. Как правило, смерть кредитора или должника не прекращала обязательственного отношения. Поскольку наследник являлся в принципе универсальным преемником, постольку права требования переходили на него (п. 233). Однако долги по деликтам не переходили на наследников и прекращались со смертью виновного.

Впрочем, эдиктом претора об исках за обманные действия и угрозы (dolus, metus) было предусмотрено, что наследник делинквента (виновного) отвечает в пределах обогащения, полученного им от указанных действий наследодателя (D. 44. 7. 35).

Est constitutum turpia lucra heredibus quoque extorqueri, licet crimina exstinquantur - по установленному правилу преступная прибыль, доставшаяся наследникам, подлежит изъятию, хотя за деликт они не отвечают (D. 3. 6. 5. pr.).

Что касается перехода права требования из деликтов, то heredi defuncti huius modi actiones competunt -к наследнику потерпевшего переходят такого рода иски из деликтов, за исключением исков из обид и подобных (строго личных) исков (Гай. IV. 112). Эти не переходящие по наследству требования известны под названием actiones vindictam spirantes - буквально: иски, которые дышат местью.

346. Совпадение (confusio). Обязательство прекращается также в тех случаях, когда в обязательственном отношении кредитор и должник сливаются в одном лице

-cum in eandem personam ius stipulantis promittentisque devenit (D. 46. 3. 107). Этот случай носит название confusio - слияние, совпадение. Чаще всего это имеет место, когда должник становится наследником кредитора и наоборот. Cum quis debitori suo heres exstitit, confusione creditor esse desinit - если кто-либо стал наследником своего должника, то в силу совпадения он перестает быть кредитором (D. 18. 4. 2. 18).

Типичным для рабовладельческого хозяйства был следующий случай совпадения (конфузии). Чужой раб или чужой подвластный сын причинил кому-либо ущерб. Ответственность по т.н. ноксальному иску несет хозяин раба или отец подвластного. Допустим, что подвластный сын попал под отцовскую власть потерпевшего (например, в результате усыновления -adoptio) или раб, причинивший ущерб, приобретен потерпевшим. В этих случаях ответственность за ущерб, причиненный подвластным или рабом, отпадает в силу того, что потерпевший, с одной стороны, и лицо, несущее ноксальную ответственность за раба или подвластного, с другой стороны, слились в одном лице. § 111. Освобождение от долга (remissio debiti)

347. Воображаемый платеж; платеж посредством меди и весов. В Риме существовали формальные способы освобождения от обязательства, основанные на соглашении сторон, имеющем целью погасить обязательство, хотя бы это не сопровождалось реальным исполнением. В этой связи речь идет, прежде всего, о так называемой imaginaria solutio, т.е. о воображаемом, или образном, платеже.

Solutio per aes et libram - развязка посредством меди и весов - является древнейшим видом воображаемого платежа. Гай описывает развязку обязательства, возникшего в результате кабального займа (nexum), а также в силу судебного решения. Торжественный акт происходит в присутствии пяти свидетелей и взвешивателя и при наличии меди и весов. Должник произносит слова:

Quod ego tibi tot milibus condemnatus sum, me eo nomine a te solvo liberoque hoc aere aeneaque libra, dum hanc tibi libram primam postremamque expendo secundum legem publicam (Гай. 4. 73).

(Ввиду того что с меня присуждено тебе столько-то тысяч, я по этому основанию отвязываю себя от тебя и освобождаю этой медью и медными весами тем, что я тебе отвешиваю этот фунт первый и последний согласно государственному закону.)

Архаическая формула "me a te solvo liberoque" до известной степени воспроизводится в сакральных обрядах, описанных у Тита Ливия под 217 г. до н.э.: по случаю церемонии священной весны верховный жрец освобождал народ от прегрешений вольных и невольных, заканчивая молитву словами: eo populus solutus liber esto - пусть народ будет отвязан и свободен (Liv. 22. 10). В другом месте (Liv. 6. 14) рассказывается о том, как Манлий уплатил долг кабального должника - rem creditori palam populo solvit, libraque et aere liberatum emittit: в присутствии народа он уплатил долг кредитору и, освободив его при помощи меди и весов, отпустил.



  1. Акцептиляция (acceptilatio). Акцептиляцией называлось формальное устное заявление кредитора о том, что исполнение им получено. Акцептиляция является разновидностью воображаемого платежа - acceptilatio est veluti imaginaria solutio (Гай. 3. 169). Полагают, что это "подтверждение получения" относилось первоначально к литеральным договорам, т.е. к договорам, подтвержденным записями в приходо-расходных книгах римских домовладык. "Acceptum vel expensum ferre" означало: вносить запись о получении или расходе; от глагола acceptum ferre произошло существительное acceptilatio, первоначально: запись приходной статьи. Однако главным образом акцептиляция является словесным способом погашения словесного же обязательства, т.е. стипуляции (п. 433). Акцептиляция совершается путем формального вопроса и ответа, соответствующего вопросу и ответу при стипуляции (п. 433). Quod ego tibi promisi, habesne acceptum? Habeo - то, что я тебе обещал, получил ли ты? Я получил (Гай. 3. 169).

  2. Акцептиляция и письменная квитанция. Параллелизм между акцептиляцией как способом погашения и стипуляцией как способом возникновения и действия обязательства шел еще дальше. Подобно тому как словесная стипуляция постепенно стала вытесняться письменным долговым документом cautio, так и на смену словесной акцептиляции пришла письменная квитанция, по-гречески: apocha, на византийской латыни - securitas. Далее, мы знаем, что в поздний период Рима против стипуляции, несмотря на ее формально абстрактный характер, стало возможно защищаться путем возражения о неполучении денег по займу или по другому основанию.

Параллельно с возросшим применением этого возражения - exceptio non numeratae pecuniae -при Юстиниане вводится закон, по которому кредитор, выдавший квитанцию, может в течение 30 дней возбудить спор о том, что в действительности платеж им не был получен - intra triginta dies post securitatis expositionem exceptionem non numeratae pecuniae posse obici (C. 4. 30. 14. 2). Одно время, до Юстиниана, квитанция (apocha), подтверждающая реальный платеж, и акцептиляция как "образный платежа" существовали рядом.

Inter acceptilationem et apocham hoc interest, quod acceptilatione omni modo liberatio contingit, licet pecunia soluto non sit, apocha non alias quam si pecunia soluta sit (D. 46.

4. 19. 1).

(Между акцептиляцией и квитанцией различие состоит в том, что в результате акцептиляции наступает при всех обстоятельствах погашение обязательства, хотя бы деньги не были выплачены, а по квитанции не иначе как если деньги фактически выплачены.)

Этот характер акцептиляции как "образной солюции", производящей эффект как бы реального платежа, хорошо выражен Ульпианом в непереводимой игре слов: Qui acceptilatione solutus est, solvisse videtur - кто в силу акцептиляции "отвязался", тот приравнивается к произведшему платеж (D. 46. 4. 16). При таком абстрактноформальном характере акцептиляции в классическую эпоху едва ли можно считать относящимися к этой эпохе слова, приписываемые Павлу: nisi verum est quod in acceptilatione demonstratur, imperfesta est liberatio - если не соответствует действительности то, что выражено в акцептиляции, то прекращение обязательства не наступает (D. 46. 4. 14). Это уже стиль более поздней эпохи, знающей exceptio non numeratae pecuniae не только при возникновении обязательства, но и при его исполнении.

350. Аквилиева стипуляция. Поскольку другим обязательствам можно было придать форму стипуляции (in stipulationem deducere), возникла возможность произвести расчет по многим разнообразным сделкам, переведя их сначала в стипуляцию и погасив их затем единой акцептиляцией. Это и сделал претор эпохи конца республики Аквилий Галл, который ввел названную по его имени stipulatio Aguiliana, объединяющую обязательства из разных оснований между теми же сторонами, с последующим погашением путем акцептиляции. Это был, между прочим, один из способов окончания миром различных споров и расчетов между сторонами. Источники сохранили нам редакцию аквилиевой стипуляции и акцептиляции. Она представляет большой интерес, так как перед нами образец обязательств, возникших из разных оснований и сведенных в единую стипуляцию (in stipulationem deductae); кроме того, мы тут имеем текст стипуляции, а также акцептиляции, и все это относится к эпохе "veteres", т.е. старой школы юристов времен республики. Вот почему мы считаем целесообразным иллюстрировать наше изложение приведением текста аквилиевой стипуляции и акцептиляции. Текст дается по D. 46. 4. 18. 1 с некоторыми изменениями по редакции Институций Юстиниана (3. 29. 2):

Quidquid te mihi ex quacumque causa dare facere oportet oportebit praesens in diemve, quarumque rerum mihi tecum actio, quaeque adversus te petitio, vel adversus te persecutio est, eritve, quodve tu meum habes tenes possides; quanti quaeque earum rerum res erit tantam pecuniam dari stipulatus est Aulus Agerius, spopondit Numerius Negidius. Quod Numerius Negidius A A spopondit, haberetne a se acceptum N.

N. A A rogavit, respondit A. A.: habeo acceptumque tuli.

(По всему, что ты должен или должен будешь дать, сделать по какому бы то ни было основанию теперь или по наступлении срока, и по всем делам, по которым у меня есть или будет к тебе иск, истребование или преследование, и по всему принадлежащему мне, что ты имеешь, держишь или чем владеешь: сколько каждый из этих предметов будет стоить, столько денег выговорил по стипуляции в свою пользу Авл Агерий и обязался дать Нумерий Негидий. Об обещанном по стипуляции Hyмерием Негидием он спросил Авла Агерия, получил ли Авл Агерий от него удовлетворение, на что А. А. ответил: "Я получил, и подтвердил получение".)

351. Соглашение о непредъявлении требования (pactum de non petendo). Ульпиан

(D. 2. 15. 2) говорит, что "окончить спор миром можно не только применением аквилиевой стипуляции, но и на основании заключенного соглашения о непредъявлении требования". Это соглашение, введенное преторским правом (pactum de non petendo) наравне с другими преторскими пактами (см. п. 546 и сл.), предоставляло ответчику эксцепцию (см. пп. 66, 67). Если иск возник из сделки bonae fidei, то включение эксцепции о мировой сделке в формулу не требовалось по принципу: bonae fidei iudicio exceptiones pacti insunt (D.

18. 5. 3).

Pactum de non petendo могло заключаться с тем, чтобы действие его ограничивалось определенным отцом, in personam, или без такого ограничения, in rem.



  1. Прощение долга односторонним действием. К соглашению о непредъявлении требования близко подходит прощение долга (remissio debiti в тесном смысле); в отличие от pactum de non petendo прощение долга совершается односторонним действием, например путем завещательного отказа (легат) или конклюдентным действием, т.е. действием, в котором косвенно проявляется воля сторон. Так, например, эффект эксцепции, наравне с соглашением о непредъявлении требования, производит такое конклюдентное действие, как вручение должнику его письменного обязательства (chirographum) лично кредитором или другим лицом по просьбе кредитора - завещателя (D. 34. 3. 1. 2). Такой же эффект производит одностороннее распоряжение кредитора на случай его смерти.

  2. Обратное соглашение. При наличии обоюдного согласия стороны могут договориться не только о том, чтобы требование не предъявлялось - non petere, но и о том, чтобы отступиться от договора - de contractu discedere. Это относится к консенсуальным договорам, т.е. к договорам, возникающим в силу одного факта соглашения сторон, а именно купле-продаже, найму, поручению, товариществу.

Emptio-venditio sicut consensu contrahitur, ita contratio consensu resolvitur, antequam fuerit res secuta (D. 18. 5. 3).

(Купля-продажа, подобно тому как она в силу соглашения заключается, так и обратным соглашением расторгается, если при том исполнение еще не последовало.)

Это положение соответствует излюбленной в римском праве симметрии порядка возникновения и прекращения обязательства.

§ 112. Новация (обновление)

354. Сущность новации. Новация состоит в прекращении обязательства путем замены его новым обязательством.

Nova nascitur obligatio et prima tollitur translata in posteriorem (Гай. 3. 176).

(Возникает новое обязательство, причем первоначальное прекращается с переходом его в новое.)

Берем пример новации:

Quidquid ex vendito dare facere oportet promittis? Promitto.

(Обещаешь ли все, что следует дать и сделать в силу проданного тебе? Обещаю.)

В данном примере первоначальное обязательство вытекало из купли-продажи; оно заменяется новым обязательством, облеченным в форму стипуляции, причем новирующая (обновляющая) стипуляция содержит ссылку на прежнее, обновляемое обязательство. Это последнее положение выражается так: данная новирующая стипуляция является титулированной, т.е. она содержит ссылку на титул, правооснование, откуда она возникла. Она может содержать ссылку на целый ряд обобщаемых, новируемых обязательств из разных оснований, как это имеет место в аквилиевой стипуляции (п. 350) в ее редакции.

Quidquid te mihi ex quacumque causa dare facere oportet...

(Все, что ты мне должен по какому бы то ни было основанию...)

Если первоначальное обязательство в действительности не существовало, например, был продан свободный человек, или мертвый раб, или кто-либо ошибочно считал себя должником, то и новация не имеет силы и может быть оспорена как путем иска (condictio incerti), так и путем exceptio doli (D. 44. 4. 7. pr.). Если первоначальное требование не пользовалось исковой защитой, например, если речь шла о предоставленном подвластному сыну займе, не пользующемся исковой защитой (п. 466), то после того, как подвластный стал самостоятельным лицом, он вправе новировать первоначальное обязательство (C. 4. 28. 2). Оставаясь подвластным, он новировать не мог (D. 46. 2. 25).

Новация, поскольку она облекалась в форму стипуляции, служила так же, как и вообще стипуляция, для укрепления прежнего договора, для замены запутанных расчетов ясными и краткими.

Новирующее обязательство должно в чем-нибудь отличаться от первоначального. Ita demum novatio fit, si quid in posteriore stipulatione novi fit - новация только тогда имеет место, когда во второй стипуляции содержится что-либо новое. Это новое может состоять в том, что меняется характер обязательства, либо меняется личность кредитора, или личность должника. Изменение характера обязательства может состоять в том, что в новое обязательство вводится условие или срок либо, наоборот, устраняется условие или срок, имевшие место в первоначальном обязательстве. Может измениться и самое основание первоначального обязательства. Мы видели выше, например, что обязательство из договора куплипродажи может быть новировано обязательством в форме стипуляции.

355. Делегация. Особо следует рассмотреть новацию обязательства путем замены его субъектов, а именно: если кредитор заменяется новым лицом, то мы имеем дело с активной делегацией, делегацией требования, delegatio nominis или просто делегацией; если же меняется личность должника, то говорят о пассивной делегации или экспромиссии. Остановимся на активной делегации как более частом случае. Изобразим ее графически:

Старый кредитор

Новый кредитор

= К1 = К2

= Делегант

= Делегатарий

= Delegans

Должник = D = Делегат (Delegatus)




Допустим, что рабовладелец K1 продал покупателю D рабов; D обязан уплатить в пользу K1 стоимость рабов 10 тысяч сестерций. В свою очередь K1 должен уплатить

судовладельцу K2 за фрахтованное судно (navem conduxit) 10 тысяч сестерций. Рабовладелец K1 дает распоряжение должнику D в погашение уплаты за рабов принять на себя новое обязательство перед судовладельцем K2 об уплате последнему суммы 10 тысяч. Это новое обязательство можно было заключить двумя способами.

(1) Новый кредитор, судовладелец К, заключает с должником D стипуляцию следующего содержания: "Quod Primo creditori (K1) dare debes, mihi (K2) tu (D) dare spondes?" Новое обязательство содержит в себе ссылку на прежнее обязательство; перед нами так называемая титулированная делегация. Это тот случай, который имеется в виду у Папиниана:

Emptor cum, delegante venditore, pecuniam ita promittit: quidquid ex vendito dare facere oportet (D. 46. 2. 27).

(Когда покупатель (D) по приказу продавца (K1) обязуется (перед K2) уплатить деньги, какие с него (D) причитаются по договору купли-продажи (в пользу K1).)

При титулированной делегации должник (покупатель D) сохраняет против нового кредитора (K2) те возражения, которые он имел против старого кредитора (K1).

(2) Возможен, однако, и другой способ. Должник (D), по предложению старого кредитора K1, обязуется уплатить судовладельцу - новому кредитору (K2) определенную сумму денег; стало быть, не "quod Primo dare debes" и не "quidquid ex vendito dare facere oportet", а абстрактно "decem dari spondes". Здесь перед нами так называемая delegatio pura, чистая делегация. В результате D не вправе будет противопоставить новому кредитору-судовладельцу (K2) те возражения, которые вытекали из сделки покупки должником рабов у рабовладельца K1. Это тот случай, который предусмотрен у Павла:

Doli exceptio quae poterat deleganti opponi, cessat in persona creditoris, cui quis delegatus est (D. 46. 2. 19).

(Возражение о недобросовестности, которое можно было противопоставить старому кредитору, теряет силу в отношении нового кредитора, которому был переведен должник.)

В конце цитируемого отрывка дается объяснение, почему не допускаются (прежние) возражения против второго кредитора. Объяснение состоит в том, что в частноправовых договорах и соглашениях истцу нелегко узнать, что имело место между должником и старым кредитором, а если бы даже новый кредитор это узнал, то он должен это оставить без внимания, чтобы не показаться не в меру любопытным

-etiamsi, sciat, dissimulare debet, ne curiosus videatur. Институту "чистой делегации" суждено было обширное применение в дальнейшей истории. Если рабовладельца К заменить средневековым флорентийским менялой (трассантом), а должника D венецианским банкиром (трассатом), нового же кредитора К сыном флорентийского торговца (ремиттент), обучающимся в качестве студента в Венеции, - то перед нами переводный вексель, выходящий, однако, за рамки настоящего изложения.

356. Animus novandi (намерение совершить новацию). Для наличия новации требуется, как мы видели, изменение первоначального обязательства либо со стороны его характера, либо в отношении его субъектов. Но помимо этой объективной стороны дела источники говорят также о субъективном моменте; требуется, чтобы у сторон было намерение новировать обязательство - animus novandi.

Novationem ita demum fieri, si hoc agatur, ut novetur obligatio (D. 46. 2. 2).

(Новация только тогда происходит, если действие было направлено к тому, чтобы обязательство было новировано.)

Поскольку Гай не упоминает об animus novandi, полагают, что этот реквизит (требование, условие) появился после Гая. В Институциях Юстиниана (3. 29. 3-а) рассказывается, что выявление этого намерения сторон - animus novandi - было делом нелегким и старая школа юристов ввела различные презумпции (предположения), позволяющие судить о намерении сторон. Некоторые критерии для суждения о намерении сторон сохранились в источниках. "Если деньги даны взаймы без стипуляции и тотчас же заключена стипуляция, то договор один; то же нужно сказать, если заключена стипуляция и вскоре даны деньги" (D. 46. 2. 6. 1).

Помпоний держался того мнения, что при наличии двух обязательств, направленных на одну цель, силу имеет только одно обязательство.

Qui bis idem promittit, ipso iure amplius quam semel non tenetur (D. 45. 1. 18).

(Кто обязуется дважды об одном и том же, тот по праву отвечает не более чем единожды.)

Это положение связано со старым процессуальным правилом ne bis de eadem re sit actio - нельзя дважды предъявлять иск об одном и том же.

357. "Конкуренция" двух обязательств. Однако потребности практики, в особенности по договору купли-продажи (D. 19. 1. 11. 6), заставили острее поставить вопрос о возможности одновременного существования (конкуренции) двух обязательств, направленных на одну и ту же цель, с тем, что одно обязательство не поглощается, не новируется другим, а существует рядом с ним, но удовлетворение получается только по одному из них.

Non est novum, ut duae obligationes in eiusdem persona de eadem re concurrant (D. 19.

1. 10. Ulpianus).

(Нет ничего нового в том, чтобы рядом существовали два обязательства одного и того же лица об одном и том же предмете.) Это положение включено в сводные нормы старого права - regulae iuris antiqui: Ex pluribus causis deberi nobis idem potest (D. 50. 17. 159. Paulus). (Одно и то же может нам причитаться по нескольким основаниям.) Разумеется, в силе остается правило, что bona fides non patitur, ut bis idem exigatur (D. 50. 17. 57). (добрая совесть не терпит, чтобы одно и то же взыскивалось дважды.) При Юстиниане в 530 г. была проведена реформа в области новации как по вопросу

о критериях распознавания animus novandi, так и по вопросу об одновременном существовании двух обязательств, направленных на одну цель. По первому вопросу было установлено, что намерение произвести новацию не предполагается; если стороны хотят совершить новацию, то они должны это положительно и определенно выразить.

Tunc solum fieri novationem quotiens hoc ipsum inter contrahentes expressum fuerit (I.

3. 29. 3-a).

(Только тогда имеет место новация, когда это именно было положительно выражено договаривающимися сторонами.) По второму вопросу о том, какова судьба двух обязательств в тех случаях, когда

новация не возникает, Юстиниан постановляет: Manere et pristinam obligationem et secundam ei accedere (I. 3. 29. 3-a). (Остается и первоначальное обязательство, а второе к нему присоединяется.)

358. Судебная новация. Новирующее (обновляющее) действие оказывали на обязательство различные стадии процесса, а именно должник по обязательству становился после предъявления к нему иска ответчиком по иску.

Tunc obligatio principalis dissolvitur, incipit autem teneri reus litis contestatione (Гай. 3. 180).

(В этом случае первоначальное обязательство развязывается и 1 ответчик начинает быть обязанным в силу литисконтестации (вступления в ответ по иску).) Далее, после присуждения, связанность по предъявлению иска отпадает и заменяется ответственностью по кондемнации (присуждению).

Это новирующее действие отдельных стадий процесса было отмечено уже юристами старой республиканской школы:

Et hoc est quod apud veteres scriptum est: ante litis contestationem dare debitorem oportere, post litem contestatam condemnari oportere, post condemnationem iudicatum facere oportere (Гай. 3. 80).

(Это и есть то самое, что написано у старых юристов: до вступления в ответ по иску должник обязан к действию, после вступления в ответ по иску он обязан подчиниться будущему решению, после присуждения он обязан выполнить решение.)

Тут новация происходит в силу процессуальных правил; вот почему, в отличие от новации, основанной на добровольном согласии сторон, в данном случае говорят о "необходимой" новации, novatio necessaria.

§ 113. Невозможность исполнения

359. Невозможность физическая. Главный случай прекращения обязательства вследствие невозможности исполнения - это тот, когда предмет обязательства, индивидуальная вещь (species), погиб физически или стал юридически невозможен для исполнения, притом без вины должника.

Пример физической невозможности:

Si certos nummos, puta qui in arca sunt, stipulatus sim et hi sine culpa promissoris perierint, nihil nobis debetur (D. 45. 1. 37).

(Если предметом обязательства являются определенные монеты, например находящиеся в данной шкатулке, и они погибли без вины должника, то ничего не причитается.)

360. Невозможность юридическая. Пример юридической невозможности:

Si alienum hominem promisi et is a domino manumissus est, liberor (D. 46. 3. 98. 8).

(Если я продал чужого раба, а он хозяином отпущен на волю, то я от обязательства освобождаюсь.)

Иначе обстоит дело, если исполнение объективно возможно, но оно сопряжено с большими трудностями, которые не были предвидены. Пример:

Aream promisi alienam, in ea dominus insulam aedificavit... peti potest area et aestimatio eius solvi debebit (D. 46. 3. 98. 8).

(Предметом моего обязательства был чужой строительный участок; на нем хозяин участка выстроил доходный дом... можно требовать участка, и должна быть уплачена оценка его.)

Обоснование этого решения: non enim desiit area in rerum natura esse - участок не перестал объективно (в природе вещей) существовать.

361. Невозможность первоначальная. От случаев, когда обязательство прекращается вследствие наступившей невозможности исполнения, следует отличать случаи, когда, вследствие невозможности, обязательство не возникает:

Si quis rem, quae in rerum natura non est aut esse non potest, dari stipulatus fuerit, veluti Stichum qui mortuus sit, quem vivere credebat, aut hippocentaurum, qui esse non possit, inutilis erit stipulatio (I. 3. 18. 1).

(Если кто-либо выговорит в свою пользу предмет, который не существует или не может существовать в природе вещей, например Стиха, которого он считал живым, а в действительности он умер, или иппоцентавра [14], который не может вообще существовать, то такое обязательство будет недействительно.)

В таких случаях действует принцип: Impossibilium nulla obligatio est - обязательство, предмет которого невозможен, ничтожно (D. 50. 17. 185).

1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   26


База данных защищена авторским правом ©ekonoom.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница