Решение Экспертной группы №1 по обновлению «Стратегии 2020»




Скачать 318.1 Kb.
Дата07.05.2016
Размер318.1 Kb.
С.А. Кимельман
Новая экономическая модель развития минерально-сырьевой и промышленно-перерабатывающей отраслей

(предложения в решение Экспертной группы №1 по обновлению «Стратегии – 2020»)
В настоящее время минерально-сырьевой сектор экономики в нашей стране, к сожалению, не пользуется популярностью. В конце мая 2011 г. прошел VII-й ежегодный бизнес-форум, само название которого - «Несырьевая модель социального государства» - говорит об отношении общества к самому доходному(!) сектору нашей экономики. Вместе с тем, в своей речи на форуме В.В. Путин отметил, что сегодня сырьевой сектор «ещё продолжает играть существенную роль, в становлении нашей экономики, в её развитии…. …Огромные деньги мы выделяем на решение социальных вопросов, опираясь, конечно, прежде всего на сырьевой сектор: 40% бюджета формируется только за счет нефтянки. Но так дальше продолжаться не может». По словам премьера, «нельзя строить дальнейшее стратегическое развитие только на нескольких экспортно ориентированных отраслях».

Конечно, это не означает, что надо отказаться от развития сырьевого сектора. Необходимо «подтягивать» к нему прочие отрасли хозяйственной деятельности. Основу стратегии экономического развития должно составить оптимальное взаимодействие и взаимообеспечение всех секторов экономики. Ясно, что нельзя однозначно ответить на вопрос, какая модель экономики лучше: индустриальная или сырьевая. Одна невозможна без другой. И два важнейших сектора российской экономики (добывающий и перерабатывающий) необходимо развивать совместно. В этом заключается основная суть предлагаемой новой экономической модели (НЭМ), которая, безусловно, должна подкрепляться новой экономической политикой (НЭП).

В основу новой модели экономики России заложена реализация крупных народнохозяйственных проектов с конкретным планом мероприятий и конкретными политико-экономическими механизмами их эффективного осуществления.

Надо отметить, что предлагаемая модель совместного взаимодополняющего функционирования минерально-сырьевого и промышленно-перерабатывающего секторов применима не на всей территории России, а только к тем субъектам РФ, для которых освоение минерально-сырьевой базы (МСБ) и создание на ее основе минерально-сырьевого комплекса (МСК) является (или может являться в будущем) определяющим направлением развития экономики. Перечислим такие субъекты РФ:



Дальневосточный федеральный округ

Сахалинская область

Республика Саха (Якутия)

Хабаровский край

Магаданская область

Амурская область

Приморский край

Чукотский автономный округ (АО)

Камчатский край

Еврейская автономная область


Сибирский федеральный округ

Кемеровская область

Красноярский край

Иркутская область

Забайкальский край

Томская область

Омская область

Новосибирская область

Республика Бурятия

Республика Хакасия

Алтайский край

Республика Тыва


Уральский федеральный округ

Ямало-Ненецкий АО

Ханты-Мансийский АО

Свердловская область

Челябинская область


Северо-Западный федеральный округ

Ненецкий АО

Республика Коми

Мурманская область

Архангельская область
Приволжский федеральный округ

Республика Татарстан

Самарская область

Республика Башкортостан

Пермский край

Оренбургская область


Центральный федеральный округ

Белгородская область

Курская область
Северо-Кавказский федеральный округ

Республика Дагестан

Республика Кабардино-Балкария
Южный федеральный округ

Волгоградская область

Астраханская область

Ростовская область

Ставропольский край


В южной приграничной зоне Уральского, Сибирского и Дальневосточного федеральных округов – от Урала до тихоокеанской окраины - практически все субъекты РФ обладают богатым ресурсным потенциалом, причем это их преимущество дополняется достаточно развитой транспортной, в том числе нефтегазопроводной и энергетической инфраструктурой и значительной (по сравнению с северными зонами Сибири и Дальнего Востока) концентрацией населения. Эта зона (урало-сибирско-дальневосточный геополитический пояс, совпадающий с геологическим Монголо-Охотским складчатым поясом) наиболее благоприятна для реализации мегапроекта в рамках предлагаемой новой экономической модели.

Меньшие, как по охватываемой территории, так и по ожидаемому экономическому эффекту, мегапроекты предлагается реализовать в других зонах концентрации «минерально-сырьевых» субъектов РФ: северо-западной (Мурманская и Архангельская области, Ненецкий АО и Республика Коми), полярно-арктической (Чукотский АО, Магаданская область, северная часть Якутии и Красноярского края), южно-европейской (Республики Дагестан, Кабардино-Балкария, Волгоградская и Астраханская области), приволжской (Республики Татарстан и Башкортостан, Пермский край, Самарская и Оренбургская области).

Принципы, цели построения, особенности и ожидаемые результаты новой экономической модели рассмотрены нами на примере мегапроекта минерально-промышленного освоения южного урало-сибирско-дальневосточного геополитического пояса России, отображенного на прилагаемой схеме.


Принципы создания новой экономической модели (НЭМ).

Важнейшие принципы, заложенные в идеологию построения новой экономической модели развития минерально-сырьевой и промышленно-перерабатывающей отраслей:



  • НЭМ создается под эгидой и в интересах всего гражданского общества и каждого человека – гражданина Российской Федерации;

  • НЭМ базируется на совместном, взаимодополняющем развитии двух важнейших секторов российской экономики: минерально-сырьевого и индустриального, в том числе перерабатывающего;

  • НЭМ использует конкурентные преимущества федеральной и региональной экономики, базирующиеся на народнохозяйственных, промышленно рентабельных минерально-сырьевых активах национального богатства недр;

  • реализация НЭМ требует переориентации налогового потока от недропользования из федерального бюджета в бюджеты субъектов РФ;

  • для функционирования НЭМ потребуется создание нового институционального обеспечения.

Взаимодополняющее развитие минерально-сырьевого и промышленно-перерабатывающего секторов российской экономики

Американский экономист и публицист Пол Кругман удостоен Нобелевской премии по экономике за обоснование и выделение сырьевых и несырьевых географо-экономических зон с разной направленностью развития. Его теория реализована во многих странах мира. Однако в российской действительности попытки создания специализированных либо сырьевых, либо несырьевых зон не увенчались успехом. Вместе с тем, если теоретические принципы создания раздельных зон соединить воедино в ресурсно богатых субъектах РФ, то, благодаря синергетическому эффекту, можно достичь социально значимых результатов, что доказано всей историей развития России (Южно-Уральская металлорудная зона, Западно-Сибирский нефтегазовый комплекс и др.).

Можно сколько угодно говорить о пагубности и, якобы, неэффективности для России сырьевого (экспортно-сырьевого) направления экономики, но все-таки именно сырьевой сектор экономики составляет финансово-экономическую основу развития ресурсно богатых регионов страны. При законодательном установлении цивилизованных отношений в недропользовании в

Картосхема крупномасштабного народнохозяйственного проекта совместного развития агломерационных кластеров, промышленно-индустриального и сырьевого секторов экономики по урало-сибирско-дальневосточной южной границе России

рамках ренто-ориентированной экономики ее сырьевой сектор может обеспечить политическую мощь и финансовую основу для развития (или возрождения) сектора индустриального.

При нынешнем, далеко не блестящем, состоянии индустриального сектора низкий внутренний спрос на минеральное сырье не оказывает стимулирующего действия на сырьевой сектор экономики. Его продукция слабо востребована в России. В этих условиях значительная роль отводится экспортной составляющей сырьевого сектора. Россия вынуждена торговать минеральным сырьем (его излишками), которое не находит сбыта внутри страны. Также экспорт сырья обусловлен международными договорами России. Образующаяся при реализации на внешнем рынке сырья ценовая рента может и должна быть направлена на развитие обрабатывающих и перерабатывающих производств.



Конкурентные преимущества российской экономики

Россия является частью мирового сообщества – и не считаться с этим нельзя. Любое государство должно определиться со своим местом и положением в мировом разделении труда, то есть выделить и развивать те отрасли и выпускать ту продукцию, которая является конкурентной и передовой в мире по качеству и по стоимости и на которую имеется устойчивый спрос на долгосрочную перспективу.

Хорошие примеры показывает Китай. Например, в России сложились затруднения с производством гречки, цены поднялись в 3-4 раза. Китайцы тут же начали выращивать гречиху и продавать ее нам по сниженным ценам. В итоге Китай получает дополнительные доходы, а у нас цены на гречку начали снижаться.

Изучение конъюнктуры мирового рынка и незамедлительное реагирование (по примеру Китая) является необходимым элементом функционирования НЭМ.

Для России конкурентной на мировом рынке является продукция добывающих, обрабатывающих и перерабатывающих производств. И это преимущество должно быть использовано, по крайней мере, до тех пор, пока внешний спрос обеспечивает реализацию как продуктов первого, так и глубоких переделов минерального сырья, производимых на предприятиях российской промышленностью. При этом должно обосновываться и регулироваться оптимальное соотношение экспортируемых и импортируемых товаров, что также является важнейшим принципом предлагаемой НЭМ.

Налоги от недропользования - в бюджеты субъектов РФ

Для получения максимального эффекта от функционирования сырьевого сектора в рамках НЭМ основной объем налогов и доходов от недропользования необходимо переориентировать на бюджет субъектов федерации.

На прошедшем в июне 2011 г. очередном Петербургском международном форуме Президент РФ Дмитрий Медведев заявил: «Мотором развития России может стать и федеративное устройство страны. Правда, мотор этот должен работать эффективно за счет идей на местах, а не строиться на решениях из центра. В ближайшее время будет создана рабочая группа для подготовки предложений по децентрализации и перераспределению полномочий между уровнями власти. Ради этого будут пересмотрены принципы налоговой системы и межбюджетных отношений».

Действующая сегодня в России институциональная и налоговая модель недропользования, переработки и реализации продуктов передела минерального сырья отторгает регионы от участия в развитии минерально-сырьевого и промышленно-перерабатывающего секторов экономики. Отторжение связано, прежде всего с тем, что налоги за недропользование изымаются в федеральный бюджет, после чего в виде трансфертов, дотаций, субвенций и т. п. предоставляются субъектам Российской Федерации. Собственность на недра также является сегодня исключительно федеральной (кроме собственности на общераспространенные полезные ископаемые).

Получается, что сегодняшняя модель, скорее, напоминает прокорм населения «рыбой» из федерального бюджета, хотя, как известно, лучше дать «удочку», при помощи которой субъект РФ сам наловит «рыбу» и сам себя будет обеспечивать.

Поэтому нами предлагается полностью изменить парадигму действующей институциональной и налоговой модели. В основе парадигмы лежит финансовая самодостаточность «ресурсных» субъектов РФ.

Минерально-сырьевые ресурсы – это УДОЧКА, а дотации из федерального бюджета субъектам РФ – это РЫБА.

Целесообразно значительную часть налогов за недропользование передать субъектам РФ. За счет этого можно будет значительно сократить расходную часть федерального бюджета, направляемую в субъекты РФ.

Добытые полезные ископаемые также целесообразно передать в собственность субъектов РФ, что допускается законом «О недрах» (статья 1.2.), по которому добытые из недр полезные ископаемые «по условиям лицензии могут находиться в собственности субъектов Российской Федерации».

В среднесрочной перспективе экономическая идеология развития России, особенно ее зауральских регионов, должна базироваться на добыче сырья, его переработке и обеспечении, как внутреннего потребления, так и экспортных контрактов. Другого пути у России нет. Либо мы вольемся в число развитых стран, таких как Канада, Австралия, Норвегия, Саудовская Аравия, ОАЭ и др., либо пополним число отсталых экономик, таких как в Нигерии, Индонезии, Тунисе, Йемене.

В действующей модели сырьевого и промышленного секторов экономики России вновь создаваемая стоимость в основном концентрируется на федеральном уровне, что противоречит региональной институциональной структуре российской государственности. Нарушились региональные производственные отношения, в итоге чего ресурсно богатые субъекты РФ, способные себя сами прокормить, превратились в депрессионные регионы и с раскрытыми ртами ждут трансферты и дотации от федеральной власти, ждут «рыбу», хотя имеют «удочку», пользоваться которой им сегодня невыгодно.

Новое институциональное обеспечение

В институциональной схеме модернизации двух важнейших секторов экономики (минерально-сырьевого и промышленно-перерабатывающего) сегодня задействованы:



  • Правительство РФ, Минприроды, Минэнерго, Минпромторг и в меньшей степени другие исполнительные структуры, взаимодействие между которыми не структурировано и не состыковано;

  • администрации и органы исполнительной власти субъектов РФ, полномочия которых искусственно занижены;

  • предприятия бизнес-сообщества, которые также искусственно интегрированы в монополии и олигополии, что сводит на нет средний и малый бизнес в недропользовании, добывающих и перерабатывающих отраслях;

  • человеческий потенциал, который:

- не имеет достойной зарплаты (хотя она несколько выше средней зарплаты по стране),

- лишен достойных и современных сервисных услуг,

- не имеет достойной по своему образованию работы, в результате чего многие геологи, горные инженеры, специалисты в области обработки и переработки из-за отсутствия рабочих мест заняты неквалифицированной низкооплачиваемой работой.

Среди перечисленных составляющих элементов рассматриваемых двух секторов нет независимой специализированной структуры, лишенной коррупционной мотивации и способной квалифицированно и профессионально регулировать и обеспечивать модернизацию, взаимодействие и производственные отношения в минерально-сырьевых, обслуживающих и инфраструктурных отраслях.



Таким институциональным органом в рекомендуемой нами новой экономической модели должна быть специализированная геологическая и горно-промышленная БИРЖА.

В мировой практике много десятилетий тому назад разработаны механизмы функционирования таких бирж. Представляется, что в России можно использовать опыт Канады, в которой в 1932 г. была создана Канадская Ассоциация Старателей и Горнопромышленников (РDAC), которая представляет и отстаивает интересы канадской геологоразведки, горной и перерабатывающей промышленности.

В настоящее время РDAC представляет собой национальную организацию, включающую около 8 тысяч индивидуальных членов (в том числе старателей, горняков, геологов, консультантов, руководителей предприятий, а также сотрудников буровых, финансовых, инвестиционных, правовых и других сервисных компаний) и более 1 тысячи корпоративных членов (включая крупные, средние и юниорские горнодобывающие компании и организации, оказывающие услуги в горнодобывающей промышленности).

В своей работе РDAC руководствуется целями защиты и продвижения интересов геологоразведки полезных ископаемых и обеспечения существования надежной горнодобывающей и перерабатывающей промышленности в Канаде. РDAC поощряет высокие стандарты технической и экологической безопасности, а также социальной ответственности в Канаде и на международном уровне.

Виды деятельности РDAC: функции геологической и горно-промышленной биржи, а также пропаганда, информация и связь.

РDAC проводит ежегодные мероприятия, состоящие из конференции, торговой выставки и форума инвесторов. В 2011 г. это событие привлекло 27 714 посетителей из 120 стран.

В 2007 г. Совет директоров утвердил пятилетний стратегический план развития РDAC по четырем приоритетным направлениям: доступ к недрам, корпоративная социальная ответственность; человеческие ресурсы для производственных нужд, а также международная деятельность.

Помимо указанных видов деятельности, в российской действительности биржа могла бы осуществлять дополнительно следующие функции:



- производство геологоразведочных работ;

- разработку технологий;

- реализацию инвестиционных проектов;

- создание (строительство) промыслово-промышленных объектов, объектов обустройства, инфраструктуры;



  • участие в российских федеральных и региональных, а также международных форумах;

  • подготовка заказов на научное обслуживание;

  • проведение экспертиз инвестиционных проектов, геолого-экономического и горно-экономического обоснования и т. п.;

  • консультации в сфере создания концессий, государственно-частного партнерства и т. п.



Предпосылки создания мегапроекта минерально-промышленного освоения южного урало-сибирско-дальневосточного геополитического пояса России.

Действующие и пропагандируемые в России региональные и специализированные точки роста не оправдали свое назначение, не стали центрами и локомотивами развития.

Прежде всего, это относится к особым экономическим зонам (ОЭЗ). Несмотря на законодательно предоставленные многочисленные преференции и льготы, они не стали центрами притяжения инвесторов и инвестиций. ОЭЗ долго создавали на бумаге и карте. Образовали Агенство по управлению этими ОЭЗ, но в 2010 г. ликвидировали, передав его функции в Минэкономразвития.

По непонятным причинам освоение минерально-сырьевых ресурсов законодательно исключено из сферы хозяйственной деятельности особых экономических зон. Неудачи в сфере создания особых экономических зон, прежде всего, вызваны отсутствием каких-то реальных экономических условий их функционирования, непроработанностью правил игры по привлечению инвесторов в эти зоны, отсутствием детальных законодательных документов, льгот и преференций, какие, например, приняты для реализации проекта «Сколково».

В конце 2010 г. Правительством РФ выделены двадцать городских агломераций, под которыми понимается: «компактное скопление населенных пунктов, главным образом городских, местами срастающимися, объединенных в сложную многокомпонентную динамическую систему с интенсивными производственными, транспортными и культурными связями»1. В последующем Центр исследований региональной экономики выделил 25 крупнейших агломераций, в которых живет 40% населения России2. Видимо, речь должна идти не о выделении агломераций (они уже возникли и существуют независимо от нашего желания), а о путях их развития. При этом нельзя забывать о десятках тысяч средних и небольших городов, в которых сегодня проживает более 30 млн. человек.

Однако опять-таки выделение агломераций базируется на одном-единственном показателе – численности населения, при этом большинство агломераций названы по городам-миллионникам. Но этого крайне мало, чтобы экономически обосновать эффективность функционирования агломераций. Рассуждения государства о том, что «население концентрируется там, где производится большая добавленная стоимость и возникают лучшие условия его воспроизводства, приложения труда и капитала» являются голословными. Потому что любая из выделенных двадцати агломераций имеет свои отличительные особенности, без учета которых она не сможет эффективно функционировать. Также напрашивается вопрос о критерии выбора агломерации – почему этим критерием является один миллион человек. А разве такие города как Хабаровск, Тюмень, Томск, Якутск, Магадан, Южно-Сахалинск, Чита, Улан-Удэ (в которых население меньше миллиона) не заслуживают рассмотрения в качестве центров агломераций?

Из двадцати агломераций с городами-миллионниками не более 4-5 развиваются, а остальные продолжают стагнировать.

Минерально-сырьевые центры социально-экономического развития (ЦЭР) не стали пока точками расширенного воспроизводства МСБ и привлечения капиталов в создание новых горнодобывающих комплексов. Более того, они не получили законодательного признания.

Большинство намеченных субъектами РФ региональных точек роста и социально-экономического развития не получили поддержку ни со стороны государства, ни со стороны бизнеса.

Завершенные и начатые государством (совместно с бизнесом) федеральные инфраструктурные объекты не обеспечивают декларируемую эффективность.

Принятые Правительством РФ программы долгосрочного (до 2025 г.) социально-экономического развития Сибири, Забайкалья и Дальнего Востока пока далеки от их практической реализации. Они представляют собой благие намерения, не подкрепленные реальными механизмами привлечения инвесторов.

Вышеперечисленные государственные начинания не сумели обозначить точки роста и эффективного социально-экономического развития. По нашему мнению, основная причина здесь кроется в отсутствии общей идеи, способной объединить предпринимаемые усилия государства и субъектов РФ, а также гражданского общества.

Совместное развитие разно-ориентированных, но тесно взаимодействующих секторов, в рамках мегапроекта минерально-промышленного освоения южного урало-сибирско-дальневосточного геополитического пояса России возможно реализовывать на базе уже действующих структурных образований, направленных на рост и социально-экономическое развитие регионов: 1) минерально-сырьевые центры социально-экономического развития, 2) особые экономические зоны, 3) агломерации.
Мегапроект минерально-промышленного освоения южного урало-сибирско-дальневосточного геополитического пояса России (основные контуры).

Попытаемся обозначить контуры мегапроекта федерального значения. По масштабу мегапроект должен быть сродни советским проектам типа индустриализации, коллективизации, освоения нефтегазовых богатств Западной Сибири.



Фундаментом стратегии-2020, по нашему мнению, должна служить идеология и экономико-политическая нацеленность на восстановление и создание общества социальной справедливости с присущей ему созидательной экономикой.

Составной частью такой стратегии-2020, безусловно, является ренто-ориентированная направленность минерально-сырьевого сектора, базирующегося на том, чем богата наша страна, в недрах которой природа создала скопления (месторождения) полезных ископаемых, достаточных как для развития неоиндустриализации российской экономики, так и взаимовыгодного международного сотрудничества со странами, которые природа обделила минеральным сырьем.

Хотелось бы, чтобы этот проект стал идейным стержнем «Стратегии – 2020», в который смогли бы внести лепту коллективы всех 21 правительственных групп, каждая по своему направлению. Таким фундаментальным мегапроектом, имеющим более чем трехсотлетнюю историю (начиная от Ломоносова), является, по нашему мнению, приращение могущества Российской Федерации за счет освоения природных богатств Урала, Сибири и Дальнего Востока.

Прежде чем обозначить контуры этого проекта, рассмотрим инновационную модель развития минерально-сырьевого сектора экономики, которая сформирована в «Стратегии развития геологической отрасли до 2030 г.» (утверждена распоряжением Правительства Российской Федерации от 21 июня 2010 г. №1039-р). В основе этой стратегии лежат минерально-сырьевые центры регионального социально-экономического развития (ЦЭР). Наибольшее количество этих ЦЭР расположено в Монголо-Охотском складчатом поясе, простирающемся вдоль южных сибирских и дальневосточных границ России в зоне, во-первых, приоритетных геополитических интересов России в сфере сотрудничества со странами АТР, во-вторых, расположения основных транспортных артерий (ТРАНСИБ, БАМ, ВСТО).

МПР, Роснедра и ВСЕГЕИ совместно с Институтом экономики УрО РАН обосновали выделение двадцати одного минерально-сырьевого центра регионального социально-экономического развития в зоне урало-сибирско-дальневосточных границ (см. картосхему).

Минерально-сырьевые центры социально-экономического развития. Согласно Концепции Минрегионразвития России одним из направлений социально-экономического развития регионов Российской Федерации должно стать создание условий модернизации промышленности, поддержки и развития конкурентоспособных в глобальном рынке территориальных производственных кластеров, повышающих добавленную стоимость и бюджетную эффективность продукции природоресурсных отраслей. При этом обеспечение ускоренного социально-экономического роста предполагается осуществлять на основе выделения и поддержки сети «опорных регионов». В качестве подобных регионов Федеральным агентством по недропользованию, Всероссийским научно-исследовательским геологическим институтом им. А.П. Карпинского (ВСЕГЕИ) и Институтом экономики УрО РАН на территории Российской Федерации было выделено 36 минерально-сырьевых центров социально-экономического развития (ЦЭР). Выделение ЦЭР представляет собой инновационный подход в освоении минерально-сырьевой базы страны и модернизации долгосрочного планирования ее воспроизводства.

Выделение ЦЭР осуществлялось на основе детального анализа МСБ и состояния МСК, а также оценки перспектив социально-экономического развития регионов, исходя из территориальной общности регионов, с учетом специфических особенностей и комплексности минерально-сырьевого потенциала недр, его важности для социально-экономического развития субъектов РФ и страны в целом, уровня индустриализации региона, наличия в его пределах транспортной, энергетической и социальной инфраструктуры. Важнейшее значение придавалось наличию в регионе крупнообъемных месторождений высоколиквидных и остродефицитных полезных ископаемых, геологическое изучение и промышленное освоение которых может обеспечить получение долговременного и стабильного социально-экономического эффекта. Реализации таких проектов может отводиться роль «локомотивов» в экономическом развитии регионов. Территориальное положение минерально-сырьевых центров социально-экономического развития учитывало действующие целевые федеральные и региональные программы социально-экономического развития, геологического изучения недр и их промышленного освоения, финансовое обеспечение, реализуемые и планируемые мероприятия по реализации хозяйственных проектов на основе государственно-частного партнерства.

На базе выделенных ЦЭР предполагается формирование отраслевых и межотраслевых комплексов (металлургических, машиностроительных, производственно-логистических, научно-образовательных и других), охватывающих полный цикл: от выполнения научных исследований и проведения геологоразведочных работ на перспективных объектах до добычи полезных ископаемых и выпуска готовой продукции глубокой переработки как для развития отечественной промышленности, так и в целях ее последующего экспорта.

В рассматриваемом фундаментальном мегапроекте учтены обозначенные ниже две утвержденные Правительством РФ региональные стратегии – «Стратегия социально-экономического развития Сибири до 2020 г.» и «Стратегия социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона на период до 2025 г.»

В «Стратегии социально-экономического развития Сибири до 2020 г.» (утверждена распоряжением Правительства РФ от 05.06.2010 г. № 1120-р) рассматриваемая зона мегапректа обозначена, как Южный пояс развития, в котором предусматривается «строительство и реконструкция на качественно новой технологической основе машино- и приборостроительных предприятий, ориентированных на выпуск инновационной продукции, современных агрегатов, приборов, машин, оборудования и конструкций для добывающей, перерабатывающей и энергетической промышленности Сибири и Дальнего Востока, а также для экспорта за рубеж, предприятий металлургического и лесного комплексов, химической промышленности, промышленности стройматериалов, осуществляющих выпуск современной конкурентоспособной продукции, и предприятий, работающих в области информационных, телекоммуникационных, нано- и биотехнологий».

«Стратегия социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона на период до 2025 г.» (утверждена распоряжением Правительства РФ от 28.12.2009 г. № 2094-р) на территории обсуждаемого проекта предполагает «создание условий для развития перспективной экономической специализации субъектов Российской Федерации, расположенных на территории Дальнего Востока и Байкальского региона, на основе природно-ресурсного, индустриального, кадрового и научного потенциала в рамках федеральных отраслевых стратегий развития, стратегий социально-экономического развития субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, а также стратегических программ крупных компаний».

Составной частью рассматриваемого мегапроекта являются выделенные в зоне мегапроекта Правительством РФ и Администрацией Президента РФ восемь агломераций: Екатеринбургская, Челябинская, Омская, Новосибирская, Новокузнецкая, Красноярская, Иркутская, Владивостокская. К ним, по нашему мнению, следует приплюсовать еще семь агломераций: Тюменскую, Томскую, Бурятскую, Читинскую, Якутскую, Хабаровскую, Южно-Сахалинскую. Они также показаны на схеме.

В этой зоне находятся основные инфраструктурные проекты, реализованные в советское и постсоветское время (см. картосхему).

Еще одной составной частью рассматриваемого мегапроекта являются особые экономические зоны (ОЭЗ), созданные в соответствии с ФЗ «Об особых экономических зонах в Российской Федерации» (№ 116-ФЗ от 22.07.2005 г. в редакции от 25.12.2009. № 340-ФЗ):



  • промышленно-производственные – Верхне-Салдинская (Титановая долина);

  • технико-внедренческие – Томская;

  • туристско-рекреационные – Бирюзовая Катунь, Алтайская Долина, Ворота Байкала, Байкальская Гавань, Остров Русский;

  • портовые – Советская Гавань.

В этот закон целесообразно добавить пятый тип ОЭЗминерально-сырьевые.

Обязательным условием реализации намеченного мегапроекта является комплексное и синхронное взаимодействие государства, бизнеса и гражданского общества на принципах государственно-частного партнерства и общественно-государственного регулирования и контроля за безусловным исполнением одобренной обществом и утвержденной Правительством РФ (принятой Федеральным Законом) программы освоения южного урало-сибирско-дальневосточного геополитического пояса России. Представляется, что для регулирования и координации работ в зоне мегапроекта обязательным условием должно быть создание специализированной институциональной структуры при Президенте и Правительстве РФ.

Обратим внимание, что объединенные воедино региональные ОЭЗ, агломерации, действующие и планируемые инфраструктурные инвестиционные проекты, представляющие собой крупные зоны опережающего развития (ЗОР), смогут подпитываться горной и ценовой рентой, возникающей в результате освоения ЦЭР. Во ВСЕГЕИ рассчитана кадастровая стоимость и рента, которую обеспечит освоение пятнадцати основных ЦЭР в зоне рассматриваемого проекта за 25-летний период (до 2035 года). Из табл. 1 видно, что в этой зоне в настоящее время богатства недр осваиваются крайне незначительно – всего на 796 млрд. руб. по кадастровой стоимости, но могут быть увеличены до 11 206 млрд. руб., то есть в 14 (четырнадцать!) раз. Соответственно рентные доходы составят 5 293 млрд. руб., в ежегодном исчислении 212 млрд. руб. Понятно, что свой весомый вклад в виде добавочной стоимости внесут предприятия перерабатывающей и инфраструктурной индустрии.

В мегапроекте можно выделить четыре ЗОР:

1) уральскую металлогеническую,

2) кодаро-удоканскую медно-полиметаллическую,

3) западно- и восточно-сибирскую нефтегазовую,

4) южно-якутскую комплексные зоны опережающего развития.

Особенности использования созданной минерально-сырьевой базы твердых полезных ископаемых показывают, что среди широкого спектра твердых полезных ископаемых более половины всего национального богатства сосредоточено в месторождениях угля и железных руд. Максимальные денежные потоки от использования минерально-сырьевой базы возникают в черной металлургии, характеризующейся большими масштабами производства, связанными как с добычей используемых ею коксующихся углей и железных руд, так и топливно-энергетического и радиоактивного сырья, необходимого для производства больших объемов электроэнергии. В связи с этим решение проблемы минерально-сырьевого обеспечения программ устойчивого социально-экономического развития региона в значительной степени
Таблица 1.

Кадастровая стоимость и ожидаемые доходы



за 25 летний период от эксплуатируемых и разведанных месторождений минерально-сырьевых центров социально-экономического развития (ЦЭР) сибирско-дальневосточной южной окраины России*

млрд.руб.



ЦЭР

Кадастровая стоимость

Доходы (горная и ценовая рента)

по разрабатываемым месторождениям

потенциальная**

по разрабатываемым месторождениям

потенциальная**

Западно-Сибирский

72,57

664,84

34,06

232,18

Алтайский

42,06

703,55

23,46

247,88

Тывинский

33,55

1322,96

16,01

541,96

Восточно-Саянский

0,00

181,66

0,00

62,32

Северо-Байкальский

0,00

151,85

0,00

73,42

Еравнинский

4,90

267,12

2,75

124,36

Витимский

1,62

112,86

1,12

60,59

Бодайбинский

116,66

704,03

93,05

558,85

Центрально-Забайкальский

25,89

322,48

20,16

226,82

Южно-Забайкальский

4,86

830,10

3,67

485,95

Кодаро-Удоканский

0,00

1877,02

0,00

1 066,83

Становой

47,44

574,77

37,27

414,59

Южно-Якутский

391,13

2909,28

143,09

970,95

Амуро-Буреинский

53,27

453,28

25,12

179,28

Хинганский

2,21

130,29

1,20

46,60

Итого:

796,16

11206,09

400,96

5292,58

* - расчеты выполнены в 2010 г. по средним ценам за 2009 г. в Московском филиале ВСЕГЕИ (Всероссийском научно-исследовательском геологическом институте им. А.П. Карпинского).

** - с учетом разведанных месторождений при условии их освоения и ввода в эксплуатацию.


определяется возможностью реализации крупных проектов в области цветной и черной металлургии.

В последние годы резко возросло значение географического положения субъектов РФ в приграничной зоне с Китаем, как фактора устойчивого развития. Это сказывается не только на объемах приграничной торговли, транспортных перевозок и другой деятельности, но и в значительном росте ликвидности полезных ископаемых разведанных месторождений. Последнее обусловлено резким ростом спроса в Китае на минеральное сырье, необходимое для производства материалов, направляемых в строительство, перерабатывающую промышленность, сельское хозяйство и т.д. В частности, исходя из темпов развития индустрии Китая по оценкам специалистов к 2019 г. производство стали в Китае возрастет на 2 млрд. т и составит 2,6-2,7 млрд. т в год. При таком уровне потребления всех имеющихся доказанных мировых запасов железа хватит только на 16 лет. При отсутствии источников сырья для производства стали (а это железные руды и уголь), Китай вынужден будет приобретать сталь, необходимую для внутреннего потребления на внешнем рынке. Россия в силах организовать собственный полный металлургический передел добываемого сырья. В этом смысле, задача организации производства высококачественных сталей и ферросплавов в приграничном сибирско-дальневосточном регионе должна рассматриваться как приоритетная.

Не менее важными, по сравнению со сталью, проектами являются производство синтетического жидкого топлива и полукокса из бурого угля в приграничном с Китаем регионе.

Таким образом, особенности положения регионов юга Урала, Сибири и Дальнего Востока в приграничной зоне с крупнейшим мировым рынком сырья Азиатско-Тихоокеанского региона, богатство минерально-сырьевой базы, а также достаточно развитая инфраструктура делают целесообразным создание здесь мощного добывающего и перерабатывающего комплекса, ориентированного на производство продукции глубокого передела минерального сырья как для развития российской промышленной базы, так и в целях его последующего экспорта в страны Азиатско-Тихоокеанского региона.


Показатели результативности и эффективности функционирования зон опережающего развития (ЗОР).

Важнейшим показателем эффективности функционирования ЗОР является количество товарной продукции первого, второго и более глубоких переделов (в стоимостном выражении), производимой из единицы добытого минерального сырья (1 т руды, 1 т водонефтяной жидкости, 1 000 м3 природного газа, 1 т угля и т. п.).

Стоимостное выражение количества продукции в зонах опережающего развития характеризуется:

во-первых, извлекаемой ценностью и товарной стоимостью;

во-вторых, доходами (до налогообложения), включающими ценовую и горную ренты, а также добавленную стоимость, получаемую в процессе переработки продуктов первого передела минерального сырья.

Если соединяются промышленный и сырьевой сектора экономики, то уровень продуктивности, то есть количество продукции на единицу минерального сырья возрастает в разы.

Надо выделять количественные и качественные показатели результативности и эффективности.

К показателям качественных результатов следует относить такие, как глубина переработки (к примеру, на НПЗ), истощение месторождения, потери сырья при добыче, транспортировке и переработке.

К показателям количественных результатов относятся объемы (в физических единицах) добываемых полезных ископаемых, продуктов первого, второго, третьего и более глубоких переделов, объемы потребления сырья и продуктов его передела в России, объем экспортных поставок, новые рабочие места.

К показателям эффективности функционирования ЗОР можно относить доходы, прибыль, объемы поступлений в ВВП и ВРП, производительность труда, среднюю зарплату и ее рост, налоговые поступления в федеральный бюджет и бюджеты субъектов РФ.

Если оценивать результативность освоения ЦЭР и ЗОР, то количественные и качественные показатели можно рассматривать следующим образом:


  • количественные показатели характеризуют экономический рост;

  • показатели эффективности и качественные показатели характеризуют социально-экономическое развитие.

Основные значимые результаты и эффективность объединения и взаимодействия ЦЭР, ГПК, ТПК, ОЭЗ и агломераций в зоны минерально-сырьевого и территориально-промышленного опережающего развития (ЗОР) обозначены в табл. 2.

В рекомендуемой нами модели, как показано в табл. 2, образуется и концентрируется суммарный межотраслевой корпоративный доход от выпуска товарной продукции в результате добычи, обогащения, переработки (в том числе глубокой) и реализации как внутри страны, так и за рубежом.

Добываемые минерально-сырьевые ресурсы обеспечивают получение горной ренты, которая является по Конституции РФ собственностью народов, проживающих на территории добычи, то есть собственностью субъекта РФ и его граждан. Часть формируемой горной ренты субъект РФ будет вкладывать совместно с бизнес-структурами в строительство предприятий перерабатывающей промышленности, которые, в свою очередь, начнут генерировать добавленную стоимость, конечно при условии самоокупаемости капиталовложений. Вокруг предприятий перерабатывающих отраслей формируются предприятия обслуживающих отраслей и промышленно-промысловой инфраструктуры, которые обеспечивают поступление налога на прибыль (18% из 20%) в бюджет субъекта РФ. И, наконец, торговля продуктами, которые создаются в зонах опережающего развития внутри России, генерирует доходы в виде торговых наценок. При экспорте продуктов ЗОР за рубеж субъект РФ получает в собственность ценовую ренту.

Таблица 2.

Значимые результаты и эффективность взаимодействия и объединения ЦЭР, ГПК, ТПК, ОЭЗ и агломераций в зоны опережающего развития (ЗОР)

№№

п/п

Отрасли и виды деятельности

Продукция

Финансовый результат

Социально-экономические результаты

Занятость населения

1.

Добыча и обогащение

Первый товарный продукт

Горная рента

Достойная средняя зарплата

Общенациональные резервные фонды



Новые рабочие места

2.

Перерабатывающие (обрабатывающие) отрасли

Продукты второго, третьего и более глубоких переделов

Дополнительная стоимость (может кратно превышать доходы от продажи сырья)

Достойная средняя зарплата


Новые рабочие места

3.

Обслуживающие отрасли

Социально-экономические услуги (образование, медицина и т.п.)

Прибыль

Достойный современный сервис

На одного, занятого в добыче, приходится 3-8 человек

4.

Инфраструктурные отрасли

Электроэнергия

Дороги (автомобильные, железнодорожные и др.)



Прибыль

Электрификация

Газификация

Транспортное обслуживание


Новые рабочие места

5.

Торговля:













5.1.

внутренняя

минеральное сырье, продукты первого, второго, третьего и более глубоких переделов

Торговые наценки

Обеспечение внутреннего спроса

-

5.2.

внешняя

- -

Ценовая рента

Валютные поступления

-

Примечание: ЦЭР – минерально-сырьевые центры социально-экономического развития



ГПК – горно-промышленные комплексы

ТПК – территориально-промышленные комплексы

ОЭЗ – особые экономические зоны

Агломерации – города и поселения вокруг них с численностью более 300 тыс.

человек
Обратим внимание на некоторые особенности новой модели функционирования ЗОР:



  • суммарный доход на территории значительно возрастает за счет синергетического эффекта;

  • экономическая деятельность действует как саморегулируемая и созидательная система;

  • четко вырисовывается идейный стержень, заключающийся в оптимальном взаимодействии и взаимодополнении всех отраслей, составляющих сердцевину ЗОР;

  • обеспечивается долговременное и стабильное социально-экономическое развитие субъектов РФ на основе создания ренто-ориентированной социально справедливой региональной экономики.

* * *

На упомянутом выше Петербургском международном экономическом форуме (2011 г.) Дмитрий Медведев настаивал на отказе от тех экономических моделей, которые существовали в России до этого: «Я бы хотел заявить здесь предельно четко, что мы не строим государственный капитализм. Он был необходим в предыдущие годы для преодоления экономического беспорядка, оставшегося после 90-х, но теперь исчерпал себя, а его наследие, выражающееся сегодня в огромном количестве государственных активов, влияет на экономику отрицательно.»



Как было бы здорово, если бы это высказывание Президента России легло бы в основу реформирования «Стратегии-2020» для ресурсно богатых субъектов страны.

Действительно, настала пора, чтобы национальное богатство недр России, представляющее народнохозяйственные минерально-сырьевые активы длительного пользования, начало положительно влиять не на благосостояние власть имущих, олигархов и чиновников, а на благополучие всего российского общества, так чтобы это реально ощущал каждый гражданин нашей Родины.




1 Ведомости, 16.11.2010 г.

2 Российская бизнес-газета, 07.12.2010 г.





База данных защищена авторским правом ©ekonoom.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница