Правовые основания возникновения права общей долевой собственности: цивилистические аспекты




страница2/9
Дата11.05.2016
Размер2.33 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9

Юридическая природа доли в праве общей долевой собственности и порядок определения её размера

В теории развития права общей собственности большое внимание уделялось понятию и значению доли. Как отметила М.В. Зимелева, для права общей собственности характерным является не только то, что общая собственность принадлежит нескольким лицам, но и то, что она принадлежит им по долям. При общей собственности происходит как бы раздробление, деление права собственности на доли. Доля является мерилом участия каждого сособственника в выгодах и невыгодах, связанных с общей вещью, и имеет определенное количественное выражение1.

Наиболее спорным являются вопросы о том, что представляет собой доля, на каком праве она принадлежит сособственнику. В кругах правоведов, изучающих общую собственность, сформировалось три подхода к понятию доли. Первый характеризует ее как долю в праве собственности. Второй рассматривает долю как долю в стоимости имущества (идеальная доля). Третий излагает ее как долю в имуществе (реальная доля).

Подход доли в праве предполагает, что на вещь существует одно единственное право собственности, а собственники же обладают долями в таком праве. Важной особенностью данной конструкции, по мнению Ю.К. Толстого, являются отсутствие ограничения права какой-то конкретной частью общей вещи. Объектом данного права является вещь, и право каждого собственника на неё выражается в определенной доле, что позволяет выявить специфику долевой собственности как особого вида общей собственности1. К сторонникам теории доли в праве также следует отнести М.В. Зимелеву, О.С. Иоффе, Е.А. Суханова.

В юридической литературе, в том числе учебной, можно встретить в различных вариантах мнения о возможности определения реальной и идеальной доли, принадлежащей каждому из сособственников, а также критику предлагаемых конструкций 2.

Определение «идеальной доли» предполагает лишь условное «деление в уме» неделимого объекта, допустим, половина однокомнатной квартиры. Сторонники конструкции идеальной доли сводят понимание доли к определенному денежному выражению части общего имущества. В рамках данной теории выделяют два направления. Сторонники первого, к ним относятся Д.И. Мейер и Н.Н. Товстолес, делают акцент на идеальном характере доли в имуществе в целом без индивидуализации, где стоимостное выражение доли - это её количественная и качественная характеристики. В каждой материальной частичке вещи, подлежащей общему праву собственности, стекается право собственности всех сохозяев, но если в каждом атоме каждому сохозяину принадлежит известная идеальная доля, то эта доля принадлежит сохозяину и в целом вещи, и таким образом лицу, имеющему право собственности по вещи сообща с другими лицами, pro indiviso может принадлежать половина, треть, четверть вещи, словом, ее идеальная доля, но нельзя указать, которая именно часть вещи принадлежит ему3.

Иное направление в данной теории предполагает акцент на стоимостную характеристику доли. Так, по мнению Р.П. Мананковой, «доля - это арифметический показатель соотношения стоимостной оценки вклада каждого сособственника и стоимости всего общего имущества, это частное от деления этих стоимостей»1.

Основной недостаток подхода идеальной доли заключается в том, что такое понимание доли ведет к упразднению вещи как объекта общей собственности. Применительно к доле в праве собственности понятие идеальной доли используется для того, чтобы подчеркнуть различие между ней и тем, что в литературе называют «реальной долей».

«Реальная доля» представляет собой материальную часть объекта общей собственности, например, комнату в трехкомнатной квартире. Так, М.Г. Масевич под реальными долями понимает такие доли, которые индивидуализированы в натуре2. То есть в данном случае под реальной долей имеют в виду конкретную, физически обособленную часть общего имущества, которая якобы принадлежит каждому из сособственников.

В цивилистике можно встретить также и иное толкование реальной доли. Так, например, Р.О. Халфина определяла реальную долю как «право пользования определенной частью имущества».3 Однако не следует забывать, что право пользования - это одно из правомочий сособственников, которым они наряду с правомочием владения и распоряжения наделяются в рамках возникающего правоотношения общей собственности. Именно наличие общей собственности, как уже отмечалось, и обусловливает необходимость осуществлять эти правомочия сообща, совместно. Поэтому сводить отдельное правомочие сособственников к реальной доле вряд ли правомерно.

Несмотря на внешнее различие между указанными мнениями, они имеют много общего, что выражается в действующем законодательстве, которое определяет долю как долю в праве собственности. В соответствии с п. 2 ст. 244 ГК РФ «имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность)». В случае необходимости, например для определения объема расходов и доходов при пользовании общей вещью, доля может быть исчислена в виде дроби или в процентном отношении. Законодатель в п. 1 ст. 245 ГК презюмирует равный объем правомочий, если в законе, договоре или, допустим, в завещании не предусмотрено иное. Даже когда доли не равны, каждый собственник, тем не менее, имеет равную «силу голоса» при решении общих вопросов1.

В результате, можно сделать вывод, что действующее законодательство позволяет отказаться от сложной конструкции реальной и идеальной долей, закрепляя за каждым из участников долю в общем объеме правомочий на их имущество.

В современной юридической литературе большинство авторов также рассматривают долю сособственника как долю в праве собственности. Так, по мнению Е.А. Суханова, каждый участник общей долевой собственности имеет определенную долю в праве собственности на имущество, иначе говоря, между участниками общей долевой собственности делится именно право собственности, а не само имущество в натуре2.

Доля в праве, как и всякое право, выражает определенные юридические возможности, например, получить определенную и соответствующую размеру доли часть имущества при его разделе, получить плоды и доходы от использования имущества. Пока общая собственность не прекращена, доля каждого участника считается относящейся ко всей вещи в целом. Доля определяет отношения с иными участниками общей собственности и потому является одновременно и вещным правом (правом собственности), и имеет некоторые черты права относительного, предоставляющего определенные права и создающего обязанности в отношениях с иными участниками. Однако право на долю не является правом требования и регулируется правилами о вещных, а не обязательственных правах1. Согласно п.2 ст. 246 доля может быть отчуждена участником иному лицу без прекращения общей собственности.

Таким образом, право на долю становится самостоятельным предметом оборота, отличным от объекта общей собственности, и повышает кредитоспособность участника общей собственности, тем самым повышая и эффективность общей собственности. П.Н. Тютюник справедливо предлагает в связи с этим включить долю в общей собственности в ст. 128 ГК РФ как особую разновидность объектов гражданских прав2.

Следует отметить при этом, что в некоторых случаях, предусмотренных законом, оборотоспособность доли может быть ограничена. Так, согласно ст. 290 ГК РФ собственник квартиры не вправе отчуждать долю отдельно от права собственности на квартиру. В связи с этим п. 2 ст. 246 ГК РФ предлагается изложить в следующей редакции: «Если иное не предусмотрено законом, участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных статьей 250 настоящего кодекса»3.

Доля как отношение права одного участника к общему праву на объект может быть выражена исключительно в виде дроби (процента). Выражение права общей собственности в виде натуральных показателей (квадратных метрах, тоннах и т.д.) недопустимо. Если в соглашении с иными участниками доля участника выражена в виде натуральных величин и из самого соглашения можно бесспорно установить, применительно к какой натуральной величине как целому рассчитан этот показатель, то имеется возможность рассчитать долю участника и выразить ее в виде дроби. Если же соглашение об этом размере не было достигнуто, следует прийти к выводу, что размер доли не определен. И если размер доли являлся существенным условием соглашения, то соглашение следует считать незаключенным.1

Итак, можно дать следующее определение доли в праве общей долевой собственности - это определенный законом, договором, судебным или иным правовым актом в дроби количественный показатель объема правомочий каждого сособственника по владению, пользованию и распоряжению общим имуществом как единым целым.

Из данного определения можно сделать вывод, что осуществление участниками общей долевой собственности правомочий по владению, пользованию и распоряжению общим имуществом зависит от размеров их долей в праве общей собственности. Определение долей является необходимым для распределения между сособственниками доходов от использования общего имущества, а также расходов по его содержанию. Установление размера доли в праве собственности того или иного участника имеет значение при разделе имущества, находящегося в общей собственности, или при выделе из нее доли.

ГК РФ закрепляет презумпцию равенства долей участников общей долевой собственности. Однако эта презумпция является опровержимой, поскольку доли считаются равными, если они не могут быть определены на основании закона и не установлены соглашением всех участников общей долевой собственности (п. 1 ст. 245 ГК РФ). В частности, соглашением участников общей долевой собственности может быть установлено, что их доли определяются в зависимости от вклада каждого в образование и приращение общего имущества. Этот вклад может быть определен не только в момент образования общего имущества, но и на последующих этапах его существования и функционирования с учетом внесенных в него материальных, трудовых и иных вложений. Именно так нередко обстоит дело при заключении договора простого товарищества, когда стороны соединяют свои вклады и начинают действовать сообща для достижения общей хозяйственной цели. В ходе совместной деятельности размер вклада каждого участника в общее имущество может существенно измениться (возрасти или уменьшиться)1.

Если же такое соглашение отсутствует, решающее значение приобретает характер произведенных одним из сособственников улучшений общего имущества (п. 3 ст. 245 ГК РФ).

Улучшения, отделимые от объекта общей собственности без несоразмерного ущерба его хозяйственному назначению (например, замена электроприборов в общем жилом доме), по общему правилу поступают в собственность того из участников долевой собственности, который их произвел, т.е. вообще не становятся объектом общей собственности и, следовательно, не влияют на размер долей ее участников. Лишь по соглашению всех сособственников они могут остаться в составе общего имущества и тем самым повлечь соразмерное увеличение доли произведшего их участника.

Неотделимые улучшения (например, ремонт и замена деталей крыши дома) всегда становятся объектом общей собственности. Поэтому участник долевой собственности, осуществивший такие улучшения за свой счет, имеет право на соответствующее увеличение своей доли в праве на общую вещь. Необходимо отметить два обстоятельства: улучшения затрагивают всё имущество, хотя бы соглашением о порядке пользования каждый из участников пользовался определенной частью имущества либо кто-то из участников не пользовался им. Второе обстоятельство состоит в том, что улучшения должны быть произведены, с соблюдение установленного порядка использования общего имущества. Установление порядка использования общего имущества предполагает достижение общего согласия участников. Поэтому, те увеличения, которые противоречат общей воле участников, не дают право на увеличение доли.

Например, пристройка одним из сособственников к используемой им установленных правил, дает ему право на увеличение его доли в праве общей собственности на дом. Но при этом и сама терраса как часть дома составляет объект общей собственности, а не становится собственностью построившего ее участника. Если же такая пристройка осуществлена в противоречии с порядком пользования общим имуществом, например, при отсутствии прямого или подразумеваемого согласия других сособственников, она не дает права на увеличение доли1.

Улучшениями являются не любые изменения имущества, а лишь те, которые повышают его потребительские качества, увеличивают стоимость. Например, устройство дополнительного выхода, возведение перегородок, хотя бы такие действия и были обусловлены соглашением сторон, могут считаться улучшениями лишь постольку, поскольку они действительно повысили потребительские качества здания, а не потому, что создали условия для его более удобного использования.

Если участник производит без согласия необходимые работы, направленные на поддержание общего имущества в исправном состоянии или на устранение причин, угрожающих его сохранности, то затраты на такие работы могут повлечь обязательства других участников по их компенсации в соответствии с правилами о внедоговорных обязательствах (глава 60 ГК РФ). В этом случае участник не увеличивает свою долю, но может приобретать право требования к другим участникам как кредитор. Не дает право на увеличение доли и участие в расходах на содержание общего имущества, в том числе, если участник возмещает часть расходов, которую должен производить другой участник2.




    1. Эволюция законодательства и доктринального понимания права общей долевой собственности в России и зарубежных странах

Законодательство о праве общей долевой собственности имеет длительную историю и тесно связано с социально-экономическими условиями развития человеческого общества. Первые признаки правового института общей долевой собственности возникли в достаточно отдаленное время, и определить точный период его возникновения представляется почти невозможным. Однако можно предположить, что исследуемый правовой феномен возник гораздо ранее законодательных актов (на основе правовых обычаев, традиций, прецедентов), и первые сведения о нём следует искать в таком важнейшем элементе человеческого общества как семья1. Жизненные интересы первобытнообщинного строя, проблемы выживания, борьба с неблагоприятными условиями и внешними врагами, необходимость продолжения человеческого рода требовали не только физического единства людей, но и объединение имущественных ценностей, выявление роли каждого в создании общего имущества.

Следует заметить, что такое важнейшее условие человеческого бытия как земля на первых ступенях гражданского быта «не составляла предмета отдельной собственности, но считалась общей принадлежностью всех, как теперь воздух, свет. Тесная связь, в которой в то время должны были состоять члены семьи или рода приводило к усилению родовых уз, и прямое следствие этого – возникновение общего или родового владения, пользования и распоряжения имуществом»2. Основные признаки родового строя и права существенным образом повлияли на формирование будущего института общей собственности. В юридической литературе отмечаются следующие черты родовых отношений:

- неразделенность семейного и родового владения (члены их владеют, как правило, недвижимостью (землёй) и ведут хозяйство сообща);

- общинная или родовая земля подлежит отчуждению только с согласия или одобрения всех членов общины;

- запрещение выделившимся малым семьям отчуждать свой надел чужестранцам не иначе как с общего согласия или после предложения ее родственникам для покупки и формального отказа с их стороны;

- презумпция родового выкупа, выражающаяся в том, что при переходе имущества в чужие руки члены семейной общины или их потомки вправе выкупить его, возвратив уплаченные за нее деньги;

- выгоды и потери равномерно распределяются между всеми членами рода;

- все члены общины одинаково участвуют в общем имуществе и все должны соединять свои силы и труды для блага и процветания общины, всякий член имеет свою долю пользования и свое право на пропитание, одежду и помещение от общины1.

Таким образом, уже в древнем праве появляются первые признаки (качественные свойства) права общей собственности. Своим появлением институт общей собственности, как и большинство современных цивилистических институтов, обязан Древнему Риму, в котором «система общего владения имуществом играла когда-то … большую, если не преобладающую роль»2. Именно в римской юриспруденции нашла свое четкое отражение идея коллективного обладания одной и той же вещью несколькими лицами. Такой известный римский юрист, как Квинт Муций Сцевола, обосновал мысль о праве собственности многих лиц на одну и ту же вещь, опираясь на правовую римскую конструкцию «идеальных долей» (parsproindivisio).

Научная мысль об общей собственности получила свое дальнейшее развитие в известных сочинениях Цельза-сына, который писал, что «никто не является собственником части предмета, но имеет собственность на часть всего нераздельного целого»1. Иными словами, общая собственность предполагает распространение власти не на какую-то отдельную часть вещи, а на всю вещь в целом, причем сами доли должны скорее мыслиться, чем ощущаться физически.

Отношения общей собственности рассматривались римскими юристами как отношения взаимосвязанных между собой соглашением лиц, включая лиц, попавших в состояние такой общности случайно - communioinquamincidimus (communioincedens)2. «Случайный» характер отношений общей собственности объяснялся тем, что первые отношения такого рода возникали при разделе наследства между наследниками помимо воли самих наследников (в отличие от более поздних отношений товарищества)3. Управление общей вещью производилось только с общего согласия всех сособственников. Участник права общей долевой собственности мог предъявить иск о разделе общего имущества – communidividundo. «И если не все, имеющие общую вещь, но некоторые из них желают произвести раздел, то может иметь место иск между ними» (D.10.3.8)4. Следует заметить, что право преимущественной покупки доли не было известно классическому римскому праву. Только в постклассический период (времена императора Диоклетиана) за собственником земельного участка было признано право преимущественной покупки эмфитевзиса5.

По верному выводу М.В. Зимелевой, общая собственность, будучи осложнением частной собственности в древнем Риме, относилась прежде к земельным участкам и рабам. По убеждению римлян, общая собственность - это способ извлечения доходов, получения прибыли по принципу «можно в долях присваивать выгоды, но нельзя пользоваться по долям (frui quidem pro parte possumus, uti non possumus)». Римские юристы весьма подробно определяли, как распределить убыток, если общий раб повредил себе ногу во время нахождения у одного из хозяев. Общий раб играл роль как бы двух рабов, принадлежавших разным хозяевам (communis servus duorum servorum personam sustinet). Доли его могли иметь различный правовой режим в зависимости от той или иной правовой ситуации. Освобождение общего раба из неволи одним из хозяев не приносило освобожденному никаких выгод, поскольку другой хозяин не только продолжал владеть своей долей, но и получал долю более гуманного хозяина по праву приращения (jus abcrescendi)1.

Римское право выработало положение, согласно которому плоды общей вещи распределялись между сособственниками пропорционально долям. Сособственник приобретал право на урожай с общего земельного участка пропорционально своей доле на земельный участок, независимо от его участия в посеве, ибо «всякий плод приобретается не по праву семян, а по праву почвы». Приобретение общего раба несколькими хозяевами также осуществлялось пропорционально их долям в праве собственности2.

Любые действия по управлению общей вещью требовали согласия всех сособственников. Римское право не предусматривало принятия решения о порядке владения, пользования и распоряжения общей собственностью большинством голосов. Оно не знало каких-либо ограничений в отношении отчуждения доли: каждый из сособственников был вправе распоряжаться своей долей без согласия других сособственников. Управление общей вещью ограничивалось в римском государстве правом воспрепятствования (jus prohibendi) в отношении каких-либо изменений или переделок общей вещи. Названное правомочие могло осуществляться не только в порядке предъявления иска о разделе, но и в порядке дозволенного самоуправства. За отдельными сособственниками признавалось лишь право совершать действия, направленные на поддержание вещи в надлежащем виде с внесением необходимых исправлений. Право поздней эпохи стало предусматривать правило, согласно которому сособственник дома, произведший необходимый ремонт, получал этот дом в единоличную собственность, если в течение определенного срока ему не были возмещены понесенные при этом расходы1.

Определенную специфику в регулировании общей долевой собственности внесло Германское Гражданское уложение 1896 г. (далее - ГГУ)2. Согласно его предписаниям, каждому участнику причитается соответствующая его доле часть плодов. Каждый участник вправе пользоваться общим предметом в той мере, в какой это не ограничивает право остальных участников пользоваться указанным предметом (§ 743). Управление общим предметом относится к совместному ведению участников, каждый участник вправе без согласия остальных принимать меры, необходимые для поддержания общей вещи в сохранности, не спрашивая при этом согласия остальных (§ 744). Порядок управления и пользования общей вещью определялись решением большинства голосов, исходя из размера долей. Каждый участник может потребовать осуществления управления и пользования, которые по справедливому усмотрению отвечают интересам всех участников, если только порядок управления и пользования не был определен соглашением или большинством голосов участников. Право отдельного участника на часть выгод от пользования, соответствующую его доле, не может быть ограничено без его согласия (§ 745). Каждый участник может распорядиться своей долей. Общим предметом в целом участники вправе распоряжаться только совместно (§ 747).

Согласно § 1008 ГГУ, собственность на вещь может принадлежать нескольким лицам в определенных долях, а общая вещь может быть обременена в пользу одного из участников общей собственности. Обременение общего земельного участка в пользу собственника другого земельного участка, а также обременение другого земельного участка в пользу соответствующих собственников общего земельного участка не исключается в связи с тем, что другой земельный участок принадлежит одному из собственников общего участка (§ 1009). Если собственники земельного участка установили порядок управления и пользования, либо отменили, окончательно или временно, право требовать прекращения режима общности имущества, либо определили срок прекращения, то принятое решение действительно в отношении сингулярного правопреемника одного из них только тогда, когда оно зарегистрировано в поземельной книге в качестве обременения доли (§ 1010). Требования, вытекающие из отношений общей собственности, каждый участник общей собственности может предъявить третьим лицам в отношении всей вещи в целом (ст. 1011)1.

ГГУ предусматривает два случая права на выкуп (т.е. права преимущественной покупки с вещным эффектом): 1) отчуждение одним из сонаследников своей доли в наследственном имуществе (§ 2304 ГГУ); 2) право на выкуп земельного участка, совершаемый в договорном порядке как вещное обременение участка (§ 1094 – 1104 ГГУ). ГГУ предоставляет возможность участникам общей собственности заключать обязательственное соглашение о предоставлении права преимущественной покупки (Vorkaufsrecht, § 504 - 514).

Французский Гражданский кодекс 1804 года (Кодекс Наполеона, Code civil), как и классическое римское право со своими индивидуальными тенденциями, настроен, скорее, враждебно к общей собственности. Французская правовая наука усматривает сильную помеху для развития общей собственности в эксклюзивном характере собственности1. Основываясь на позициях римского права, Кодекс Наполеона закрепил отдельные нормы об общей собственности в статьях о сервитутах (ст. 653 – 673) и о разделе наследства (ст. 815 – 842). Так, согласно ст. 653 стена, которая разделяет здания, предполагается общей, если иное не установлено правоустанавливающими документами. Сособственники обязаны нести расходы по ремонту общей стены соразмерно праву каждого из них (ст. 655). Сособственник вправе отказаться от права общей собственности, за исключением случаев, установленных законом, решением суда или соглашением сторон (ст. 656, 667, 815). Исходя их содержания ст. 658, любой сособственник вправе вносить улучшения в общее имущество (возводить надстройки на общей стене), при этом расходы в связи с данными улучшениями он несет самостоятельно. Другие сособственники могут приобрести право собственности на данные улучшения в случае, если они возместят расходы на данные улучшения (ст. 660). При этом, если такие улучшения связаны с углублением или прислонением к стене, то при их осуществлении необходимо согласие других сособственников (ст. 662). Любой сособственник имеет право на получение прибыли от общего имущества и обязан возмещать убытки пропорционально своим права в общей собственности (ст. 815-10) или принадлежат сособственникам поровну, если общей является живая изгородь (ст. 669) .

Большинство положений ст. 815 Кодекса Наполеона полностью противоречат нормам ГК РФ о порядке распоряжения общей собственностью. Так, если сособственнику принадлежит не менее 1/3 в праве общей собственности на имущество, он вправе распоряжаться общим имуществом. Например, он вправе осуществлять сделки по управлению общим имуществом, продавать общее движимое имущество с целью оплаты долгов и расходов, связанных с общей собственностью и др. При этом он обязан поставить в известность других сособственников. В противном случае такие сделки недействительны. Исключение составляют сделки, не относящиеся к обычной эксплуатации общего имущества, для которых необходимо согласие всех сособственников (ст. 815-3). Некоторые нормы схожи с российским законодательством. Так, ст. 815-14 содержит правило о преимущественной покупки доли в праве на общее имущество, аналогичное ГК РФ.

Суд может разрешить право совершения сделки по распоряжению общим имуществом при отсутствии согласия одного из сособственников, если отказ последнего ставит общие интересы под угрозу (ст. 815-5).

В главе VIII Кодекса Наполеона вопросы общей долевой собственности раскрыты также в нормах, посвященных разделу наследственного имущества. Многие из указанных норм имеют сходство с нормами российского законодательства. При этом есть и отличительные черты и особенности в правовом регулировании данного вопроса. Так, например, по требованию сособственника суд имеет право отложить раздел на срок не более двух лет, если в результате раздела резко снизится стоимость имущества. Принимая решение, суд учитывает интересы и возможности получения средств к существованию для семьи, которая использует данное имущество (ст.ст. 820, 821).

Исследуя историческое становление права общей долевой собственности в дореволюционной России, следует в первую очередь обратить внимание на неоднозначное понимание «права собственности» в теории и законодательстве указанного периода. Древнерусские источники российского права не использовали термины «собственность», «право собственности», вследствие чего определенная часть российских исследователей вообще отрицает существование в законодательстве Древней Руси IX – XIV вв. института права собственности, а признает лишь «владение вещами»1. Известный исследователь российского права В.И. Сергеевич утверждал, что слово «собственность» в древнее время не было известно. По утверждению К.А. Неволина, термин «собственность» впервые появился в Наказе Екатерины II генерал - прокурору в 1767 г., а термин «право собственности» – в ее Манифесте 1782 г. По этому поводу советский цивилист А.В. Венедиктов писал: «В отличие от римского права, резко ограничивающего право собственности как от владения, так и от вещных прав на чужую вещь, феодальное право даже и на поздних ступенях своего развития не проводило столь же четкой границы между отдельными формами вещно-правого господства. В течение ряда столетий оно обходилось даже без особого технического термина для обозначения права собственности. В Германии соответствующая терминология образовалась лишь в XIII - XIV вв. В России термины «собственность» и «право собственности» появились лишь в XVIII в.»2.

Современный ученый проф. Е.А. Суханов также утверждает, что если в западноевропейских государствах конца XVII - начала XVIII вв. уже активно развивалось частнокапиталистическое хозяйство (этому способствовало признание и закрепление в их правовых системах частноправовых начал), то в российском законодательстве отсутствовали необходимые предпосылки (условия) частноправового регулирования. Российский закон просто не знал категории права собственности, а само это «право» подвергалось таким публично-правовым ограничениям, что давало «повод к мысли, что вообще отвлеченное понятие о праве собственности не существовало у нас до Екатерины II»3.

Однако изложенное вовсе не позволяет сделать вывод об отсутствии в России какого-либо правового регулирования имущественных отношений до указанного времени. Несмотря на то, что в древнерусский период отсутствовала терминология права собственности, первые признаки права общей собственности получили свое воплощение в теории и практике российского законодательства одновременно с формированием права собственности вообще. В Своде законов Российской империи 1832 г. дано развернутое определение права собственности: «Кто, быв первым приобретателем имущества, по законному укреплению его в частную принадлежность, получил власть, в порядке, гражданскими законами установленном, исключительно и независимо от лица постороннего владеть, пользоваться и распоряжаться им вечно и потомственно, доколе не передаст этой власти другому, или кому власть эта от первого ее приобретателя дошла непосредственно или через последующие законные передачи и укрепления, тот имеет на это имущество право собственности» (ст. 420, т. X, ч.1)1.

Известный дореволюционный историк-цивилист В.Ф. Владимирский - Буданов отмечал: «Присутствие отвлеченного понятия о праве собственности на недвижимые вещи в первый период истории утверждается постановлениями Русской Правды о межах, перетесах и других юридических знаках. Внутри своей межи собственник мог ничем не проявлять фактического владения, но оставался собственником; нарушение межи еще не было завладением» 2.

Действительно, в Русской Правде (1054 г.) имеются важнейшие положения, касающиеся режима общей собственности. Так, согласно ст. 72 древнерусского источника, «аже межю перетнеть бортную, или ролеиную разореть, или дворную тыном перегородить межю, то 12 гривен продажи». В соответствии со ст. 73 «аже дуб подотнеть знаменьныи или межныи, то 12 гривен продаж»3. Иными словами, тот, кто разделит право собственности на землю, установив забор, или наоборот, уберет дуб, разграничивающий границы земель, обязан заплатить штраф.

В статьях 92 и 93 Русской Правды регулируются вопросы возникновении общей собственности наследников на имущество умершего собственника (владельца): «Если кто, умирая, разделит хозяйство свое между детьми, то так тому и быть; если же умрет без завещания, то разделить на всех детей, а на самого покойного отдать часть на помин души. Если после смерти мужа жена останется вдовой, то детям на нее выделить часть, а что ей завещал муж, тому она госпожа, а наследство мужа ей не следует»1. Следует заметить, что Русская Правда предоставляла возможность распоряжаться общим семейным имуществом лишь с согласия всех членов семьи2. Данный принцип имеет место и в современном законодательстве.

Псковская судная грамота 1467г. закрепила право собственности нескольких лиц на один земельный участок, воду, двор или кладовую. Так, согласно ст. 104, «если несколько истцов представят [в суд] заложенные умершим [в обеспечение займа] грамоты [две, или три, или пять], удостоверяющие право собственности на один земельный участок, или на воду, или на один двор, или на одну кладовую, причем у одних истцов, помимо заклада, окажутся еще и записи, [оформляющие договор займа], у других же будет только заклад в виде грамот, а записей не найдется, то [последних] привести к присяге, а затем, если родственники умершего захотят выкупить грамоты на заложенную недвижимость, то полученную от выкупа сумму поделить между истцами пропорционально размерам денежного займа, сделанного у каждого из них умершим. Истцы же, представившие в суд вместе с закладом и формальные записи, от присяги освобождаются»3. Обсуждаемый закон регламентировал и спор о порядке владения землей или лесным участком, затрагивающим смежные земли и деревья с пчелиными ульями, принадлежащие нескольким совладельцам (ст. 106)1.

Новгородская судная грамота 1471г. содержала важнейшие положения о праве преимущественной покупки. Так, согласно этой грамоте, один из покупщиков заранее обязывает не только товарища своего - другого покупщика, но и детей последнего не продавать той части сообща приобретенного имущества, которая приходится на его долю, помимо первого покупщика и его детей2.

Духовная (завещание) 1518г. содержала указание на возможность распоряжения каждым из соучастников своей идеальной долей (жребием) в завещанном имуществе, предоставляла остальным соучастникам право преимущественной покупки3. Следует при этом заметить, что отношения, связанные с осуществлением права преимущественной покупки в древнерусский период регулировались правовыми обычаями, согласно которым сособственник (соучастник) мог продать принадлежащую ему долю (жребий) в праве общей собственности, но с соблюдением при этом права преимущественной покупки отчуждаемой доли иными сособственниками4.

Соборное уложение Алексея Михайловича 1649г. также содержит нормы о праве общей долевой собственности (гл. XVII «О вотчинах»). В статье 13 названного правового источника указано: «А будет после которого вотчинника вотчина его дана будет детем его, сыновьям двум, или трем человеком вопче, и им тою вотчиною владеть всем, а ни одному без одного тоя вотчины не продать, ни заложить». Согласно ст. 14, «а будет после кого умершаго вотчина его дана будет детем его сыновьям двум же или трем человеком вопче, и один из них тоя отцовския вотчины свой жеребей, для своих недостатков, похочет продать, или заложить, и ему то свой вотчинной жеребей продать или заложить вольно. А будет братия его тоя отцовской вотчины с ним розделити не похотят, и учнут бити челом государю, чтобы государь пожаловал их велел у них за тот брата их вотчинной жеребей взяти брату их деньги, по оценке, чего та вотчина стоит»1.

Таким образом, анализируя российское законодательство вплоть до первой трети XIX в., можно сделать вывод о существовании следующих характерных черт права общей долевой собственности указанного периода:

- сособственники имеют право долевой собственности на всю вещь;

- действует презумпция равенства долей;

- распоряжение общим имуществом возможно по соглашению всех;

- каждый сособственник может свободно отчуждать и обременять свою долю, но при этом соучастники пользуются правом преимущества;

- в случае возникновения разногласий, спор разрешает государь, предоставив сособственникам право воспротивиться переходу доли к постороннему лицу, уплатив по оценке стоимость доли.

В Своде законов Российской империи, в 15 томах которого изложены нормы действовавшего на тот период законодательства, общей собственности посвящены статьи 543 - 556 тома X2. Нормы, изложенные в указанных статьях, имеют много общих черт с нормами об общей долевой собственности ныне действующего законодательства. В соответствии с ч. 1 ст. 543 т. X Свода законов «право собственности, принадлежавшее двум или многим лицам на одно и то же имущество, есть право собственности общей; оно называется также правом общего владения».

Основываясь на содержании Свода законов Российской империи, дореволюционные российские цивилисты отмечали, что общая собственность характеризуется наличием нескольких субъектов и единством объекта. Первый признак отличает ее от собственности общественной или общинной, где субъект один: общество или община. Второй признак выражается в том, что право собственности, хотя и принадлежит нескольким лицам сразу, но охватывает одно и то же имущество нераздельно. Поэтому, если лицо имеет право собственности на часть имущества, а другое - на остальную часть того же имущества, то общей собственности не будет1.

По мнению Е.В. Васьковского, изложенное обстоятельство ускользнуло от внимания составителей X тома, которые под рубрикой общей собственности поместили несколько правил относительно «черезполосного» владения, т.е. право собственности нескольких лиц на отдельные части неразмежеванного имения (ст.ст. 551-553). По всей вероятности, составители X тома руководствовались примером старых кодексов, допускавших общую собственность на отдельные части имущества (condominium pro diviso, juris quasi communio). На самом деле правовой режим черезполосного владения отличается от правового режима общей собственности. Черезполосное владение ведет, по закону, к трем последствиям. Во-первых, владельцы могут просить раздела по общему согласию (ст. 551) в письменной форме (ст. 552). В сущности это будет не раздел, а обмен участков и размежевание их таким образом, чтобы черезполосность устранилась и каждый из владельцев получил свою долю в одном месте. Во-вторых, каждый из владельцев может просить, помимо согласия прочих участников, об отмежевании следующей ему доли на основании межевых законов. В-третьих, помещики, состоящие в общем черезполосном владении, не вправе возводить построек на своих участках без согласия прочих совладельцев2.

На наш взгляд, исходя из содержания Свода законов, можно выделить три принципа юридических отношений между соучастниками права общей собственности:

- ни один участник не может самостоятельно осуществлять право собственности на все имущество;

- каждый участник вправе распоряжаться по своему усмотрению принадлежащей ему идеальной долей в имуществе, а остальным участникам предоставлено право преимущественного приобретения его доли (ст. 555);

- каждый участник имеет право на ценность имущества и приносимые им доходы в размере своей доли, но должен нести повинности и расходы по имуществу в том же размере (ст. 545).

Комментируя Свод законов Российской империи, К.П. Победоносцев отмечает, что имущество, юридически способное к разделу, подлежит ему или по общему согласию или по воле хотя бы одного из них, требующего выдела своей части. Но воля одного из соучастников обязывает других к разделу только в том случае, когда общее владение возникло независимо от воли соучастников. А когда общее владение возникло по воле соучастников (например, куплено), то для раздела требуется общее согласие. Независимо от добровольного отчуждения части, могут быть случаи отчуждения недобровольного, когда эта часть должна быть обращена на удовлетворение долгов владельца. В таком случае имущество описывается и оценивается, а от других участников берется отзыв, не пожелают ли они оставить за собой имущество или продать все имущество. Если в 6-ти месячный срок согласия не будет, то имущество продается, а из проданной суммы вычитается часть должника1. Волеизъявления сособственников не требовалось при переходе доли в праве общей собственности к третьему лицу на праве законного наследования или по взысканию (Устав гражданский, ст.1188), при конкурсе (Устав торговый, ст.570). В изложенных случаях другим соучастникам предоставлялось право предупредить такой переход уплатой ценности долга2.

ГК РСФСР 1922г. посвятил общей долевой собственности 5 статей (61 – 65). Так, в ст. 61 отмечалось, что «право собственности может принадлежать двум или нескольким лицам сообща, по долям (общая собственность)». Статьи 62 и 63 определяли порядок владения, пользования и распоряжения общим имуществом. В ст. 64 закреплялось право преимущественной покупки. Ст. 65 устанавливала возможность выдела доли из общего имущества и раздела общей собственности1.

Советское законодательство указанного периода предоставляло возможность возникновения права общей собственности в силу закона (например, возникновение собственности супругов, членов колхозного двора, наследников) или волеизъявления участников будущей общей собственности (например, при совместном приобретении имущества). Имущество межколхозных организаций (межколхозных электростанций, предприятий по производству местных строительных материалов, хранилищ семян, домов отдыха, радиоузлов) являлось объектом особого вида общей долевой собственности2. Общая собственность могла возникнуть между государством и гражданами, а также между государством и негосударственными социалистическими организациями в результате конфискации имущества, перехода выморочного имущества государству. Следует заметить, что такой вид общей долевой собственности имел временный характер до раздела имущества в натуре, продажи государственной доли гражданам или выкупа государством доли гражданина3.

Одновременно с развитием советского законодательства исследуемого периода происходило активное развитие цивилистической науки, вносились плодотворные предложения о будущем устройстве гражданского законодательства. Так, например, Д.М. Генкин вполне обоснованно предлагал: «Следовало бы, в частности, в отношении жилых домов в законодательном порядке установить следующее правило: несколько граждан могут купить или построить совместно дом в несколько квартир или комнат с тем, что каждый из них может приобрести на соответствующую квартиру или часть дома при установлении на дом в целом (стены, крыша, лестница, центральное отопление и т.п.) права общей собственности»1.

Основы гражданского законодательства 1961г. закрепили два вида общей собственности и субъектный состав этого вида собственности: «Имущество может принадлежать на праве общей собственности двум или нескольким колхозам или иным кооперативным и другим общественным организациям, либо государству и одному или нескольким колхозам или иным кооперативным и другим общественным организациям, либо двум или нескольким гражданам. Различается общая собственность с определением долей (долевая собственность) или без определения долей (совместная собственность)» (ст. 26)2.

ГК РСФСР 1964г.3 содержал специальные нормы, посвященные режиму общей долевой собственности (ст.ст. 116 – 125). Дублируя ст. 26 Основ гражданского законодательства 1961г., ГК РСФСР давал аналогичное понятие общей долевой собственности (ст. 116). Закон не допускал длительного существования общей долевой собственности государства и граждан, кооперативных или общественных организаций и граждан: согласно ст. 123 ГК РСФСР она подлежала прекращению в течение одного года, исчисляемого со дня возникновения общей собственности, путем раздела имущества в натуре, выкупа государством кооперативной или общественной организацией долей, принадлежащих гражданам, продажи гражданам доли государства, кооперативной или общественной организации, продажи всего имущества1.

Следует обратить внимание, что в литературе советского периода наряду с понятием «общая собственность» применялся юридический термин «личная». Общая собственность считалась формой личной собственности, если сособственниками являлись граждане, и формой социалистической собственности, если участниками общей собственности являлись кооперативные организации или государственные и кооперативные организации2. Советское законодательство признавало общую собственность разновидностью личной собственности граждан3. Такое соотношение названных терминов не соответствует ныне действующему законодательству. Право социалистической общей долевой собственности возникало, как правило, в результате создания (приобретения) социалистическими организациями имущества на общие средства при возведении водохозяйственных сооружений и устройств, строительстве дорог, спортивных сооружений, совместном строительстве межколхозных предприятий и т.п. Отношения сторон по созданию и приобретению имущества регулировались договором о совместной деятельности (гл. 38 ГК РСФСР), а имущество межколхозной организации принадлежало на праве общей долевой собственности колхозам, создавшим данную организацию4. Деньги и иные имущественные взносы участников договора, а также имущество, созданное или приобретенное в результате их совместной деятельности, становилось их общей долевой собственностью (ст. 436 ГК)5.

ГК РСФСР 1964 г. предусмотрел более конкретные нормы о правовом режиме общей долевой собственности. Было закреплено не только право преимущественной покупки, но и установлен обеспечительный механизм его осуществления. При продаже доли в общей собственности постороннему лицу остальные участники имели право преимущественной покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях, кроме случаев продажи с публичных торгов. В качестве меры обеспечения осуществления права законодатель установил обязанность продавца доли в письменной форме известить остальных участников о намерении продать свою долю постороннему лицу с указанием цены и других условий, на которых она продается. Этим же кодексом был установлен срок, в течение которого остальные участники долевой собственности имели возможность осуществить свое право (ст. 120). Следует заметить, что в отличие от ГК РСФСР 1922 г., участник общей долевой собственности приобретал право требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя в течение трех месяцев в случае продажи доли с нарушением права преимущественной покупки.

Закон СССР от 6 марта 1990 г. № 1305-1 «О собственности в СССР»1 также предусматривал норму, посвященную общей долевой собственности. Так, согласно п. 4 ст. 4 названного закона, «имущество может принадлежать на праве общей (долевой или совместной) собственности одновременно нескольким лицам, независимо от формы собственности». Ст. 8 содержала перечень имущества, которое могло находиться в собственности членов семьи и других лиц, ведущих совместное хозяйство, указывала, что имущество трудового хозяйства, включая произведенную продукцию и полученные доходы, являлось общей долевой собственностью членов семьи и других лиц, совместно ведущих хозяйство, если договором между ними не предусматривалось иное. Ст. 9 закрепляла правило, согласно которому имущество крестьянского и личного подсобного хозяйства принадлежало его членам на праве общей собственности, не указывая при этом конкретный вид общей собственности (долевая или совместная). Ст. 12 закрепила не совсем корректное положение, согласно которому «имущество коллективного предприятия, включая произведенную продукцию и полученные доходы, является общим достоянием его коллектива». Закон от 24.12.1990 г. № 443-1 «О собственности в РСФСР1» называл общую собственность коллективной, несмотря на отличительные черты этих уникальных правовых явлений.

Основы гражданского законодательства от 31.05.1991г. также закрепили режим общей собственности, указав при этом: «имущество может находиться в общей собственности двух или нескольких собственников с определением долей каждого из них в праве собственности (долевая собственность), а в случаях, предусмотренных законодательными актами, - без определения долей (совместная собственность)» (ст. 46)2.

ГК РФ 1994 г. включил в себя развернутые положения об общей долевой собственности, понятие и основания возникновения общей собственности, порядок владения, пользования и распоряжения этой собственностью (ст.ст. 244 - 252, 255 гл. 16 «Общая собственность»). Кодекс признал основным (преимущественным) режим общей долевой собственности, предоставив институту общей совместной собственности исключительный характер (только в случаях, предусмотренных законом) (п. 3 ст. 244, 256, 257 ГК РФ). При этом необходимо подчеркнуть, что действующий закон предоставляет участникам совместной собственности возможность заменять существующие отношения на отношения долевой собственности по взаимному соглашению (п. 5 ст. 244).

Помимо ГК РФ, режим общей долевой собственности регулируют иные многочисленные источники гражданского права, включая Федеральный закон от 30.12.2004 г. № 214-ФЗ (в ред. от 28.12.2013 г.) «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации»3, Жилищный кодекс РФ4, Закон РФ от 04.07.1991 г. № 1541-1 (в ред. от 16.10.2012 г.) «О приватизации жилищного фонда в РФ»5, Федеральный закон от 29.12.2006 г. № 256-ФЗ (в ред. от 02.07.2012 г.) «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей»1, Федеральный закон от 24.07.2002 г. № 101-ФЗ (в ред. от 28.12.2013 г.) «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения»2, Основы законодательства Российской Федерации о нотариате (утв. ВС РФ 11.02.1993 № 4462-1; в ред. от 21.12.2013)3, Постановлении Пленума ВС РФ от 5.11.1998 г. № 15 (в ред. от 06.02.2007 г.) «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака»4, Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ № 10/22 от 29.04.2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»5 и других законах и подзаконных нормативно-правовых актах.

Таким образом, в результате проведенного исследования, можно сделать следующие выводы.

Право общей долевой собственности - это совокупность правовых норм, регламентирующих общественные отношения в сфере присвоения имущественных благ (имущества) одновременно двумя и более лицами в целях господства над общим имуществом путем владения, пользования и распоряжения им как единым целым по их взаимному соглашению и распоряжения каждым из сособственников принадлежащей ему долей в праве общей собственности, в порядке, предусмотренном законом, с учетом размера доли, определяемой законом, договором или судебным актом, на основании совершения этих и иных действий в рамках внутренних и внешних правоотношений, не нарушающих права и законные интересы других лиц, государства и всего общества в целом.

Анализ современной теории гражданского права и законодательства показывает, что не существует критерия, способного однозначно разграничить общую долевую и общую совместную собственность. Доля является ключевым моментом в праве общей долевой собственности, в связи с чем, мы изучили ее правовую природу и предложили следующее понятие доли в праве общей долевой собственности - это определенный законом, договором, судебным или иным правовым актом в виде дроби количественный показатель объема правомочий каждого сособственника по владению, пользованию и распоряжению общим имуществом как единым целым. Из этого следует, что при долевой собственности каждому собственнику принадлежит часть - доля в праве собственности на общее имущество, а не реальная доля в материальном объекте.

Изучение эволюции развития права общей долевой собственности, позволяет прийти к выводу о том, что институт общей долевой собственности имеет давнюю историю в России и за рубежом, находится в постоянном развитии и совершенствовании с учетом социально-экономических потребностей. Большую роль в становлении древнерусского законодательства о праве общей долевой собственности сыграло римское частное право, основы которого были рецепцированы отечественным законодателем. Каждый последующий нормативный гражданско-правовой акт расширял содержание и форму общей долевой собственности в нашей стране, способствовал историческому прогрессу российского общества и государства. На сегодняшний день в Российской Федерации основным источником правового регулирования режима общей долевой собственности является Гражданский кодекс РФ. Кроме того, нормы о праве общей долевой собственности содержатся в иных законах и подзаконных нормативно-правовых актах.

1   2   3   4   5   6   7   8   9


База данных защищена авторским правом ©ekonoom.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница