Перспективные направления и основные проблемы развития РФ на современном этапе




Скачать 323.7 Kb.
Дата22.04.2016
Размер323.7 Kb.


Перспективные направления и основные проблемы развития РФ на современном этапе. Территориальная целостность России, уважение прав ее населения и соседних народов – главное условие политического развития. Инновационная деятельность – приоритетное направление в науке и экономике. Сохранение традиционных нравственных ценностей и индивидуальных свобод человека – основа развития культуры в РФ.

ГЛАВА IX Угрозы России в XXI в.

Понятие угрозы и вызова. Спектр основных угроз.

Демографическая угроза.

Экономические диспропорции и технологические вызовы.

Военная и террористическая угрозы.

Экологические риски.

Социальные и моральные вызовы общественному порядку.

1. Понятие угрозы и вызова. Спектр основных угроз

Будущее нашей страны в XXI в. определяется множеством разнообразных факторов. Перечислим некоторые из них. Прежде всего это общая ситуация в мире и положение России в нем, ее отношения с крупнейшими мировыми державами и нашими соседями. Тенденции развития мирового рынка, способность нашей страны найти перспективное, устраивающее нас место в международном разделении труда. Соотношение военных сил, способность России дать отпор любой внешней агрессии или исходящим изнутри попыткам дезинтеграции, расчленения страны. Демографическая ситуация, устойчивость нашего общества к растущим внешним иммиграционным потокам, размыванию традиционного языкового и этнического состава российской нации. Эффективность государственных и гражданских институтов, их способность реализовать право народа на достойную жизнь и участие в управлении страной. Этот список можно продолжить. Спектр факторов и ситуаций, от которых зависит успех или поражение страны на мировой арене, ее выживание и развитие, постоянно расширяется. Это происходит благодаря такой особенности мирового исторического процесса, как его постоянное ускорение и усложнение. Так, за последние двести лет человеческая наука и технология прошли больший путь, чем за предшествующие два тысячелетия. В результате произошло такое усложнение жизни человеческого общества, которое лишило нас возможности устойчивого прогнозирования даже ближайшего будущего. Не случайно все научные прогнозы, касающиеся этой темы, имеют временной горизонт 20—25, максимум 30 лет. И нет никаких гарантий, что хотя бы один из этих прогнозов сбудется.

Меняются и сами правила и принципы, по которым развивается общество, — социальные закономерности, в отличие от природных, не установлены раз и навсегда, а подвержены изменениям, поскольку в них существенную роль играет субъективный, человеческий фактор. Поэтому точно предсказать, как будет развиваться Россия в XXI в., от чего будет зависеть судьба нашего общества, мы не можем. Но мы можем проанализировать, исходя из нашего нынешнего понимания устройства мира и положения в нем нашей страны, некоторые важные сферы и проблемы, решать которые нам придется в любом случае. Рассматривать их мы будем, пользуясь понятиями «угроза» и «вызов».

Угроза — это опасность, которая при определенных условиях может реализоваться и нанести нашей стране существенный ущерб, вплоть до катастрофического. В случае своевременного принятия нейтрализующих ее мер угроза может быть существенно ослаблена или даже полностью устранена.

Понятие «вызов» впервые ввел в научный оборот знаменитый английский историк Арнольд Тойнби (1889—1975). Исследуя историю человеческих цивилизаций, он пришел к выводу, что выживание или гибель каждой из них стали результатом того, как они отреагировали на новую для себя проблемную ситуацию («вызов») в той или иной сфере. Сама проблема может быть связана с чем угодно: резкое ухудшение состояния окружающей среды, или рождение новой религии, или крупное технологическое открытие, или приход иноземных захватчиков. Важно то, как цивилизация отвечает на этот вызов. Вызов есть решительный стимул для развития или падения цивилизации: если ответ на него по силам данной цивилизации, тогда она, качественно изменившись, делает шаг вперед; если такой ответ цивилизация дать не способна, она приходит в упадок и со временем уступает свое место другой цивилизации.

Наглядный пример исторического вызова и разных ответов на него, которые дали две части одной цивилизации, — Римская империя. Западная ее часть с центром в Риме не выдержала многочисленных варварских нашествий и исчезла с лица земли в конце V в. Восточная же часть с центром в Константинополе (Византия) смогла внутренне перестроиться, измениться, приспособиться к новым, более тяжелым условиям и благодаря этому просуществовала еще почти тысячу лет.

Возможно, что и в будущем какие-то части европейской цивилизации, к которой принадлежит наша страна, не смогут выдержать новых и неожиданных для них вызовов. Одни исчезнут с лица земли, а другие найдут способ, как выжить и сохраниться в новом качестве. Какая судьба в этой связи уготована России, зависит от всех нас, от нашей способности разглядеть исторические вызовы и достойно ответить на них.

2. Демографическая угроза

Даже после распада СССР Россия остается крупнейшей страной планеты, занимая одну седьмую часть мировой суши. Громадность нашей территории и суровость климата объясняют, почему Россия, за исключением своей европейской части, так слабо заселена. Плотность ее населения в десятки раз меньше, чем в Европе, Америке или Китае. Тем не менее до последнего времени это никогда не считалось серьезной проблемой, угрожающей будущему России.

До середины XX в. население нашей страны устойчиво росло. Во второй половине XX в. темпы демографического роста снизились, а начиная с 1994—1995 гг. рост прекратился, сменившись сокращением населения (депопуляцией). Сегодня это сокращение продолжается: каждый год наша страна теряет до миллиона граждан.

Возникло явление, известное демографам как «русский крест»: пересеклись две кривые — падения рождаемости и роста смертности. И это происходит в ситуации, когда численность населения стран — наших соседей на Юге и Востоке постоянно растет.

Депопуляция свойственна ряду развитых государств. Однако там она, в отличие от России, является следствием снижения рождаемости. У нас же имеет место еще и катастрофически высокая смертность взрослого населения. Аналоги российским показателям смертности населения можно найти лишь среди слаборазвитых стран. В большинстве же европейских государств средняя продолжительность жизни на 12—15 лет больше, чем в России. Почему демографическая ситуация вызывает такое опасение, что ее можно считать угрозой будущему страны? Назовем несколько причин, придающих демографии столь важное значение.

Сокращение населения существенно ухудшает экономическую ситуацию: на рынке труда ощущается дефицит рабочей силы, предприятия вынуждены искусственно ограничивать свое развитие из-за нехватки рабочих, инженеров, управленцев. К тому же необходимо провести техническое переоборудование производства на основании новых технологий, и здесь встает вопрос о подготовке рабочих и технических кадров. Уже к 2015 г. по различным прогнозам численность новобранцев, способных служить в Российской армии, сократится почти вдвое против сегодняшнего.

Относительное увеличение количества россиян старшего возраста при сокращении доли молодежи усиливает финансовую нагрузку на государственный бюджет. Если раньше несколько работающих содержали одного пенсионера, то в близком будущем, вполне возможно, одному работающему придется содержать нескольких пенсионеров. Это потребует резкого увеличения налоговой нагрузки на экономику или радикальной реформы пенсионной системы, включая повышение пенсионного возраста. Может быть, выходить на пенсию будут не в 55—60 лет, как сейчас, а в 60—65 или даже в 65—70 лет. Старение населения увеличивает давление на систему здравоохранения, которая и сейчас явно не справляется со своими функциями.

Все развитые страны, пытаясь справиться с демографическим кризисом, привлекают переселенцев из-за рубежа. По этому пути идет и Россия. Однако иммигранты, решая отдельные экономические проблемы своей новой родины, в свою очередь создают новые проблемы. Наблюдается повышенная конкуренция за рабочие места между «старожилами» и «новичками» и неспособность государства обеспечить языковую и культурную адаптацию новоприбывших. Как результат, они образуют закрытые и непрозрачные сообщества по кровнородственному признаку, где процветает этническая преступность, теневая экономика. Такие сообщества подпитывают коррупцию в правоохранительных органах, которые зачастую играют роль «крыши», прикрывающей разнообразную нелегальную активность иммигрантов.

Имеет значение также «качество» иммиграционного потока. Россия заинтересована в том, чтобы к нам приезжали на постоянное место жительства квалифицированные, образованные и трудоспособные носители русского языка и культуры, рассчитывающие найти здесь свою новую родину и готовые интегрироваться в наше общество.

Мы не заинтересованы в том, чтобы приток иммигрантов бесконечно усиливал давление на и без того изношенные социальные и инфраструктурные системы столиц и городов-миллионеров. Нам нужны программисты и учителя, врачи и инженеры, а не только малоквалифицированные строители или сельхозрабочие. Таким образом, Россия вступает в международную конкуренцию за качественный иммиграционный поток: ведь никто не гарантирует, что наш соотечественник из Узбекистана или Туркмении решит вернуться в Россию, а не перебраться в Белоруссию или одну из восточноевропейских стран.

Иммиграционная политика имеет и временное измерение. Как показывает опыт Франции и Германии, во втором и третьем поколениях иноэтнические анклавы плохо адаптированных переселенцев могут превратиться в очаги социального неблагополучия и источники криминальной угрозы. Это, в свою очередь, грозит превращением иммиграции в политическую проблему, вспышками межнациональной и межконфессиональной напряженности, распространением ксенофобских (ксенофобия — боязнь чужих) и даже фашистских настроений. Уже сейчас такие настроения начинают распространяться в России, хотя иноязычных и инокультурных иммигрантов у нас пока не так много.

Еще один, геополитический аспект демографической проблемы связан с возможностью заселения пустынных приграничных территорий выходцами из перенаселенных сопредельных государств. Это касается дальневосточных территорий (граничащих с Китаем), Юга Сибири (граничащего с Казахстаном), а также Поволжья и Юга европейской части России, куда в последнее время направлены мощные иммиграционные потоки из мусульманских стран и Закавказья. Изменение этнического, языкового и конфессионального состава населения отдельных районов и регионов, особенно приграничных, создает в перспективе опасность их превращения в участки, неподконтрольные государственной власти. К чему это может привести, хорошо показывает опыт фактической независимости Чечни в 1996—1999 гг.: на такой территории тут же образуется очаг международного терроризма, наркомафии, подготовки боевиков. Согласно прогнозам, естественная убыль населения России в первой половине XXI в. продолжится. По расчетам демографических служб ООН, в 2050 г. численность населения составит чуть больше 121 млн человек. В результате Россия с 8-го места в мире по численности населения может переместиться на 14-е. Конечно, это лишь один из прогнозов, и совершенно не очевидно, что он оправдается.

Нейтрализовать демографическую угрозу своему будущему Россия может, если остановит падение рождаемости и рост смертности населения; создаст возможности для комфортной и безопасной жизни своих граждан; так организует иммиграционную политику, что она будет способствовать усилению экономики, а не образованию новых кризисных ситуаций в социальной и политической сферах.

3. Экономические диспропорции и технологические вызовы

Советская экономика была одной из ведущих в мировом масштабе индустриальных систем. Мы самостоятельно производили огромное число наименований продукции — от перочинных ножей до стратегических бомбардировщиков и ядерных реакторов. Но это не уберегло СССР от распада, а советскую экономику — от долговременного кризиса, из которого мы только недавно начали выходить. Почему же рухнула советская экономика? Одна из главных причин — то, что она не смогла перестроиться. Западный мир в 60—70-е гг. XX в. начал переход от массового производства к точечному, индивидуальному. От штамповки огромного количества дешевых одинаковых товаров — к «умному», мелкосерийному производству большого количества партий товаров на любой вкус. Это стало необходимым благодаря развитию потребительского общества и растущей взыскательности покупателей из среднего класса, который стал численно доминировать в населении развитых стран. Это стало возможным благодаря созданию вычислительной техники, программируемых станков, промышленных роботов, значительно облегчивших управление производством, повысивших его качество, сделавших его восприимчивым к разнообразным научно-техническим инновациям.

К тому же на мировой рынок вышел целый ряд стран «третьего мира», наладивших у себя производство несложных товаров массового спроса по низким ценам. Чтобы не разориться, индустрия развитых стран была просто вынуждена перейти на другой, более высокий уровень организации производства. Но то, что удалось США, Франции, Японии, не удалось СССР.

Низкая инновационность советской экономики, ее безразличие к нуждам потребительского рынка, ориентация на государственный заказ (прежде всего оборонный) и зависимость от постоянно возрастающего экспорта нефти и газа — таковы причины неспособности СССР в экономическом плане перешагнуть из индустриальной в информационную цивилизацию.

Как только государственный заказ был сокращен, а на центральное место выдвинулся потребительский спрос, советская экономика была обречена на крах.

Благодаря рыночной трансформации сегодня российская экономика гораздо более конкурентоспособна в мировом масштабе, чем советская. Однако годы кризиса не прошли бесследно. В нашем народном хозяйстве накопилось немало диспропорций и проблем, которые при определенных обстоятельствах могут обрушить благосостояние России. Между тем только постоянный экономический рост способен обеспечить решение социальных и иных проблем нашей страны. А с учетом того, что другие страны тоже не стоят на месте, только сохранение высоких темпов развития не позволит отбросить нас на задворки мировой экономики. Чтобы в непростых условиях глобальной конкуренции Россия могла занять ведущие позиции в мире, мы должны расти быстрее, чем остальной мир.

Сегодня страны конкурируют друг с другом по всем параметрам: по величине налоговой нагрузки, по уровню безопасности страны, в том числе граждан, по гарантиям защиты права собственности. Они соревнуются в привлекательности делового климата, в развитии экономических свобод, в качестве государственных институтов и эффективности судебно-правовой системы. Эта конкуренция приобрела глобальный характер. В период нашей слабости многие привлекательные ниши на мировом рынке были захвачены другими. Их никто так просто возвращать не собирается. Нормой в международном сообществе является жесткая конкуренция за рынки, за инвестиции, за экономическое влияние. И в этой борьбе России надо быть сильной и конкурентоспособной. А это требует от нее создания благоприятного правового, экологического и экономического климата для развития собственного общества, преумножения человеческого капитала. Все это возможно только в условиях политической стабильности, легитимности политической власти, предсказуемости и понятности ее действий для граждан страны.

Часто говорят, что над нашей экономикой висит «сырьевое проклятие», что нам якобы жилось бы лучше, не будь в наших недрах столько природных ресурсов. Интересно, почему это не мешает США, Канаде, Великобритании или Норвегии? Вопрос не в том, как «избавиться» от данных нам природой и историей ресурсов, а в том, как их использовать с наибольшей выгодой для нашей страны и ее будущего.

Уже сейчас сырьевые сектора экономики России потребляют в основном продукцию отечественного машиностроения, стимулируя его развитие. Сама же по себе сырьевая ориентация экономики может стать угрозой для нашего будущего только в случае крупномасштабного и долговременного спада общемирового спроса на сырье. А такого спада в ближайшие несколько десятилетий не прогнозирует никто.

Что касается вероятности скорой выработки российскими компаниями отечественных природных ресурсов, то эта опасность будет нейтрализована в случае своевременной разработки и внедрения новых технологий более эффективной добычи. Кроме того, наши компании не должны ограничиваться только разработкой отечественных месторождений. Со временем они могут превратиться в транснациональные, ведущие добычу и переработку энергоносителей по всему земному шару.

С точки зрения будущего российской экономики гораздо важнее другие болевые точки. На развитие, настоящее и перспективное, российской экономики может оказывать негативное влияние ряд важных факторов. Назовем некоторые из них.

Во-первых, наше хозяйство маловосприимчиво к достижениям научно-технического прогресса. Значительная часть предприятий практически не вкладывает средств ни в создание новых технологий, ни в модернизацию старых. Отсутствует национальная инновационная система, подобная тем, которые есть в США, Японии, Западной Европе. Между тем на российских ученых, их научные результаты и высокие технологии большой спрос за рубежом. Они-то в полной мере конкурентоспособны. Целые научные направления и школы поддерживаются грантами мировых исследовательских центров и международных концернов. Богатый научно-технический потенциал, которым обладает Россия, мы сами используем лишь в небольшой части. Это значит, что и сегодня наша страна лишь отчасти вошла в информационную, постиндустриальную, эпоху, а в большей степени остается в уходящей в прошлое индустриальной эре.

Во-вторых, одна из наших болевых точек связана со слабостью государственных механизмов стимулирования экономического роста. Эффективному хозяйствованию мешает управленческая слабость государства, отсутствие у него внятной экономической стратегии и высокая коррумпированность государственного аппарата.

Успех компаниям в конкурентной борьбе зачастую приносит не столько честное рыночное соревнование, сколько конкуренция «откатов», т. е. взяток чиновникам. Сложилась «экономика отката», паразитирующая на государственном бюджете. Одновременно государство почти ничего не делает в части обновления транспортной, энергетической и коммунальной инфраструктуры. А без ее эффективной работы никакой бизнес не может быть рентабельным. Скажем, долговременный экономический рост в США в послевоенную эпоху во многом основывался на том развитии национальной дорожной инфраструктуры, которое было осуществлено в 1930-е гг. в рамках системы общественных работ, организованных президентом Рузвельтом в период Великой депрессии. А индустриализация 1930-х гг. в СССР базировалась на плане электрификации страны — ГОЭЛРО, разработанном по поручению Ленина в начале 1920-х гг. Пока российская экономика существует на том инфраструктурном заделе, который был создан во времена СССР. Но этот задел со временем исчерпывается, в то время как новый задел не создается.

В-третьих, важнейшая экономическая проблема связана с непроизводственными издержками бизнеса в России. Достигнутое снижение налогового бремени не дает полновесного эффекта из-за большой теневой нагрузки на экономику. Эта нагрузка — административное, коррупционное и отчасти криминальное давление на бизнес. Государство почти никак не помогает бизнесменам избавиться от этой нагрузки. Именно этими причинами вызван неоправданный рост цен на недвижимость в крупных мегаполисах, неоправданно медленные темпы внедрения новых технологий, стремление «увести» капиталы в тень, медленные темпы роста инвестиций в отечественную экономику.

Напротив, основа реально существующей в России экономики — это неформальная конвенция (система договоренностей) относительно допустимой меры нарушения норм и законов страны. Нормы этой системы, связывающей государство и бизнес, уже преобладают над открыто криминальными отношениями и «разборками», характерными для 1990-х гг. Но такая конвенция предполагает широкие масштабы нарушения законности, коррумпированность правоохранительных органов и волюнтаризм, своеволие государственных представителей. Уровень издержек бизнеса, порожденный этой средой, серьезно угнетает экономику.

Главный же аспект экономического вызова, стоящего перед Россией, в том, что наша страна пока проигрывает гонку со временем в глобализирующемся, неполярном мире. По основным объективным показателям, используемым в международных сопоставлениях (подушевой валовой внутренний продукт, индекс развития человеческого потенциала), Россия входит в группу среднеразвитых государств. Однако результаты последних полутора десятилетий показывают темпы нашего отставания от развитых стран, рост в которых идет зачастую быстрее, чем у нас.

Еще напряженней может стать ситуация по мере перехода России к правилам торговли, обусловленным нашим вступлением во Всемирную торговую организацию (ВТО). Это потребует отказа от защитных мер со стороны государства во внешней торговле, и любое обострение экономической конкуренции создаст угрозу позициям России на мировой арене.

Итак, если мы не создадим динамичную и способную к постоянному саморазвитию экономику информационного типа, то это уже в недалеком будущем приведет к провалу надежд россиян на достойную и комфортную жизнь в своем Отечестве. В таком случае самые образованные, квалифицированные и востребованные наши соотечественники будут покидать свою страну, направляясь туда, где созданы лучшие условия для их самореализации. Это еще больше ослабит человеческий потенциал России, ее конкуренто- и обороноспособность, а в конечном счете грозит превращением нашей страны в лишенное перспектив развития государство «третьего мира».

4. Военная и террористическая угрозы

После прекращения в 1989—1991 гг. «холодной войны» было покончено с разделом мира на два противостоящих лагеря, и, казалось, угроза уничтожения всей планеты в огне ядерной войны исчезла. Однако определенные военные угрозы существованию России все-таки сохраняются. Они связаны не только с возможностью открытых враждебных действий одной или нескольких стран. Такая вероятность сегодня невелика, но она может возрасти, если Россия будет слабеть и покажется кому-то за ее границами удобной целью и потенциальной жертвой военного нападения.

Другая возможная военная угроза — это угроза вооруженного сепаратизма, ставящего целью территориальное расчленение страны, возможно, при поддержке внешних сил. Реальность этой угрозы наша страна почувствовала на себе в последние 15 лет.

Маловероятен, но тоже возможен сценарий, когда России придется задействовать Вооруженные силы для защиты своих национальных интересов вне своей территории — например, в Центральной Азии или на Дальнем Востоке.

Наконец, еще один источник угрозы — это международные террористические сети, войну против которых Россия ведет уже много лет. Эта угроза периодически то обостряется, то ослабевает, но не исчезает полностью.

Столь широкий спектр военных угроз задает принципиально различные требования к военной организации и оборонному потенциалу страны. Совместить их и реализовать нелегко, особенно учитывая, что содержать современную армию нашей экономике пока не по силам. Приходится временно жертвовать отдельными элементами военного потенциала в надежде, что продолжающийся экономический рост даст возможность в ближайшем будущем закрыть образующиеся «дыры» в строительстве и модернизации Вооруженных сил страны.

Этот процесс идет в весьма тяжелых условиях. В свое время советское военное планирование рассматривало в качестве основного театра военных действий Центральную и Западную Европу. Для этого в Германии был развернут первый, наиболее мощный эшелон ударных сил, в восточноевропейских странах — второй, а на территории Прибалтики, Белоруссии и Украины — третий. Войска, размещенные в России, должны были служить в основном для обучения призывников, а также пассивно сдерживать возможную агрессию со стороны Китая. После распада СССР Россия лишилась армий первого, второго и третьего эшелона. Собственные Вооруженные силы ей пришлось строить в основном на базе небоеготовых, «кадрированных» (имеющих офицерский состав и военную технику, но не укомплектованных солдатами) частей. Отрицательную роль сыграли и такие факторы, как непродуманные, поспешные, не подкрепленные достаточным финансированием, а потому не увенчавшиеся успехом попытки реформирования.

Непопулярность военной службы у молодежи, низкий социальный статус офицерского корпуса, отсутствие системы гражданского контроля над армией привели к тому, что военное строительство происходило, по сути, без поддержки российского общества. Долгое время армия, которую строил и уважал народ, была непопулярна.

Между тем краткий период относительно мирного развития, последовавший за окончанием «холодной войны», завершился уже к 2001 г. Новые военные и террористические угрозы требуют от России решительной перестройки Вооруженных сил, их перенацеливания, разработки новых концепций военного строительства, перевооружения армии новыми образцами оружия и военной техники.

Остановимся только на нескольких аспектах этой проблемы.

Ядерное оружие — главный элемент системы стратегического сдерживания России. Имеющиеся на вооружении модели ядерного оружия разрабатывались в основном в 60—70-е гг. прошлого века. Происходит моральное и техническое устаревание ядерных комплексов. По экономическим причинам была ликвидирована значительная часть их носителей (ядерных подлодок, стратегических бомбардировщиков, стационарных установок ракет). Между тем США разрабатывают систему стратегической противоракетной обороны (ПРО), призванную защитить американскую территорию от баллистических ракет противника. В советское время системы ПРО были запрещены международными договорами.

Задачей России в этой связи, если она хочет сохранить стратегический ядерный паритет с США и обеспечить свою неуязвимость перед лицом сильнейшей державы современного мира, является модернизация имеющихся и разработка новых образцов ракетного и ядерного оружия, способного преодолевать системы ПРО.

Постоянная боеготовность Вооруженных сил — важнейшее требование современной войны. Советская армия строилась по принципу массовой мобилизационной армии: в случае военной опасности прошедшие ранее военное обучение граждане призывного возраста пополняли части и соединения. Таким образом, для приведения в боеготовность армии требовалось определенное время, мобилизационный период. Частей постоянной готовности было относительно немного.

Новая же военная ситуация в мире требует наличия частей и сил постоянной готовности, быстрого реагирования, способных в кратчайшие сроки, без доукомплектования, переместиться в выбранную точку страны или планеты, вступить в бой и выполнить поставленную задачу. Такими способностями Российская армия пока не обладает. В августе 1999 г. для отражения террористической агрессии международного терроризма с территории Чечни против Дагестана потребовалось сформировать воинскую группировку в количестве около 60 тыс. человек. Однако во всех Вооруженных силах на тот момент набралось вдвое меньше военнослужащих частей постоянной готовности.

Чтобы надежно защитить такую огромную территорию, как у России, нужно либо иметь многомиллионную армию, либо уметь очень быстро передвигаться, опережать врага, где бы он ни вознамерился нас атаковать. Советское руководство пошло по первому пути: была создана самая большая в мире по численности армия. Она была совсем не мобильна, но от нее этого и не требовалось. Зато она очень дорого обходилась стране — на оборону тратилось больше половины государственного бюджета. В конечном счете перенапряжение народного хозяйства, отвлечение слишком больших производительных сил на военные нужды подорвало советскую экономику.

Мы назвали только некоторые из вызовов, брошенных России новой военной реальностью. Есть и другие. И все они требуют от нашей страны радикально перестроить существующую военную организацию. Сам по себе опыт победы над террористами и вооруженными сепаратистами в Чечне не дает гарантий, что новые угрозы будут эффективно отражены. А перспектива постепенного снижения военных возможностей столь обширной и богатой разнообразными ресурсами страны, как Россия, уже сама по себе опасна. Ведь она создает соблазн для крупных и мелких «хищников» мирового и регионального масштаба воспользоваться ситуацией, чтобы диктовать России свою политику, добиваться от нее всевозможных уступок, заставлять ее поступать вразрез с собственными национальными интересами.

Можно вспомнить, как на протяжении XIX в. Османская империя была «больным человеком Европы», т. е. не состоятельным политически, экономически и в военном отношении государством. Она не сумела вовремя модернизировать свою экономику, структуры управления, армию. Более мощные и агрессивные соседи последовательно отбирали у нее все новые и новые куски территории, фактически контролировали ее внешнюю политику и государственный бюджет. В момент наивысшей слабости России, в середине и конце 1990-х гг., в США активно продвигалась идея установления международного (на деле — американского) контроля над нашими ядерными силами — якобы чтобы уберечь их от несанкционированного использования террористами, экстремистами и мафией. Если бы эта идея была осуществлена, о государственной независимости и территориальной целостности нашей страны можно было бы забыть навсегда.

Сегодня мы стали существенно сильнее, чем были еще семь—десять лет назад, и такие сценарии кажутся абсурдными и фантастическими. Но любое ослабление России дает повод нашим конкурентам попытаться разоружить ее, лишить суверенитета, навязать ей свою волю. Чтобы не стать «больным человеком Евразии» XXI в., России необходимы собственные — могучие и современные — Вооруженные силы, гарантирующие ее суверенитет и национальную безопасность.

5. Экологические риски

Уникальное биологическое разнообразие, обилие природных ресурсов России, громадность и слабая заселенность территории дают нашей стране отличные возможности для создания экологически безопасной модели хозяйствования. Идеальным представляется такое устройство общественной жизни, при котором человечество не входило бы в противоречие с природой, а мирно сосуществовало бы с ней как ее нераздельная часть.

Однако на практике экологический приоритет никогда не осознавался как особенно значимый для нашей страны. Советское индустриальное строительство середины и второй половины XX в. начисто игнорировало экологические закономерности, результатом чего стали огромные по площади загрязненные территории, непригодные для жизни и хозяйствования.

Последствия антиэкологичной модели индустриализации ощущают на себе все государства — наследники СССР: Узбекистан (высохшее Аральское море), Казахстан (эрозия почв на целине), Украина и Белоруссия (территория радиоактивного заражения вокруг Чернобыльской АЭС) и др. Особенно сильно пострадала от такой политики Россия.

Существенное оздоровление экологической обстановки произошло в 1990-х гг. благодаря глубокому спаду в отечественной экономике. Многие новые индустриальные проекты (в частности строительство нескольких новых атомных электростанций) были заморожены ввиду недостатка средств или противодействия общественности, выступающей за охрану экологии. Значительная же часть старых производств, причинявших огромный ущерб окружающей среде, остановилась или резко сократила производство из-за распада хозяйственных связей, кризиса прежней, административной экономической системы и трудностей с созданием новой, рыночной.

Возобновление экономического роста и оживление хозяйственной активности в России, начавшееся в 1999 г. и продолжающееся по сей день, возродило у нас надежды на достойную, обеспеченную жизнь. Однако антиэкологичная направленность экономического развития, характерная для советской эпохи, нами далеко не преодолена. Экологические стандарты в строительстве и промышленности сплошь и рядом нарушаются, вредные предприятия продолжают работать, откупаясь незначительными штрафами. В городах растет скученность, загазованность, дороги не выдерживают постоянно растущего транспортного потока.

Сельскохозяйственные и лесные земли вокруг больших городов становятся районами новой жилищной и дачной застройки, при этом сплошь и рядом игнорируются водоохранные правила. Растущие города производят огромное количество мусора, который не перерабатывается. Зато как грибы растут нелегальные и полулегальные свалки, отравляющие наши воздух и воду. Добыча нефти и газа по-прежнему наносит значительный ущерб природной среде тундры и тайги. А планируемые маршруты новых экспортных трубопроводов проходят в опасной близости от крупнейших природных заповедников Алтая и Прибайкалья.

Уровень жизни большинства россиян благодаря экономическому подъему устойчиво растет, но качество жизни, — а важнейшим его параметром являются экологические условия работы и проживания, влияющие на здоровье и продолжительность жизни, — остается прежним или даже падает.

Между тем требования людей к качеству жизни постоянно повышаются, и тот образ жизни, который вполне устраивал наших соотечественников 20 или 30 лет назад, сегодня кажется совершенно неприемлемым. Все хотят, и совершенно справедливо, дышать чистым воздухом, пить чистую воду, питаться натуральными продуктами. Но то, каким образом сегодня осуществляется экономическое развитие, скорее отдаляет нас от этого идеала, чем приближает к нему!

Если не произойдет решительных изменений в способе хозяйствования, не будет создана модель экологичного развития экономики, приняты основы соответствующего законодательства, жесткого, разумного и выполняемого, России грозит участь Китая. Наш великий сосед заплатил за четверть века быстрого экономического роста резким ухудшением экологического баланса, отравлением водных источников, значительным сокращением сельскохозяйственных и лесных площадей, гигантскими «мусорными горами» вокруг городов. В поисках новых территорий для жизни и хозяйствования миллионы китайцев эмигрируют из своей страны (в том числе в Россию). «Мировой завод», построенный Китаем, привел к образованию в этой стране «мировой свалки». Ее разлагающее и отравляющее действие постепенно начинает ощущать на себе и Россия.

Ценность всех, даже, казалось бы, самых малозначимых компонентов окружающей среды постоянно возрастает. Мы далеко не все еще знаем о взаимосвязях в природе и очень редко можем квалифицированно предсказать последствия реализации проектов, меняющих лицо планеты. Экономические приоритеты, которые кажутся важными сейчас, с позиций завтрашнего дня могут оказаться ничтожными по сравнению со стоимостью бездумно растрачиваемых сегодня ресурсов. Хрестоматийный пример — судьба платины, драгоценного металла, открытого испанцами в XVI в. Первое время платину получали как побочный продукт добычи других металлов и, не видя в нем никакой ценности, выбрасывали или даже топили — гораздо более ценными испанцам представлялись золото и серебро. Сегодня же цена платины многократно превосходит стоимость и того и другого. Не получится ли так, что сегодня мы уничтожаем то, что завтра станет просто бесценным?

После Чернобыльской катастрофы всем стало понятно, что экологическая проблематика больше не является внутренним делом каждой страны, это общая забота. Еще полвека назад никто не знал о «парниковом эффекте» и «озоновой дыре», а сегодня это важнейшие проблемы, пути решения которых ищет мировое сообщество. Другой пример — растущий дефицит пресной воды в мире. Уже сегодня ее нехватка вызывает острые межгосударственные конфликты на Ближнем Востоке и в Центральной Азии. А быстрое обмеление Амура и Иртыша в связи с гидротехнической и хозяйственной активностью китайских властей — постоянный предмет трений и переговоров между Россией и КНР.

А ведь на территории России находится Байкал — крупнейший в мире резервуар пресной воды. Кто бы мог подумать, что через несколько десятилетий важнейшим природным ресурсом России могут оказаться вовсе не нефть и газ, а запасы пресной воды? Но, скорее всего, все будет именно так. Еще большую ценность представляют собой гигантские лесные массивы Сибири — это «правое легкое» планеты («левое легкое» образуют амазонские леса в Бразилии). В будущем не исключены попытки заинтересованных стран поставить Байкал и сибирские леса (а может быть, и российские энергетические ресурсы) под ту или иную форму международного управления, чтобы обеспечить сохранность этих важнейших элементов планетарного природного баланса (а на самом деле — чтобы гарантировать свой доступ к их использованию). Причиной для этого может послужить хищническое разбазаривание природного достояния всего человечества российскими гражданами и компаниями при попустительстве государства.

Чтобы эта угроза не стала реальностью, чтобы Россия сохранила суверенитет над собственными природными богатствами, она должна разработать дальновидную и ответственную экологическую политику и неуклонно ей следовать. Иначе уже в XXI в. мы можем из экологического донора мира превратиться в страну, лишенную ключевых природных ресурсов и вынужденную по монопольно высоким ценам приобретать их у других.

6. Социальные и моральные вызовы общественному порядку

Значительная трансформация политической и экономической структуры, пережитая нашим обществом в 1990-е гг., привела к серьезным изменениям в социальной и моральной сферах. Старая система общественных слоев и групп рассыпалась, новая только начала складываться и не приобрела пока необходимой устойчивости. Так, не сформировался широкий средний класс, который численно доминирует в развитых странах Запада и Востока и придает стабильность их обществам.

В России мы можем наблюдать небольшой по численности высший класс, составляющий не более 2—3% населения, затем срединные социальные слои (прообраз среднего класса), не превышающие 20—25% населения, и половину россиян, чье благосостояние лишь незначительно превышает официально признаваемый уровень бедности. А еще около четверти наших соотечественников живет за этой чертой, т. е. в откровенной нищете!

Разумеется, такая социальная и имущественная структура не соответствует представлениям большинства россиян о справедливом и гуманном обществе. Предельно далека она и от примеров общественного устройства, которые нам дают развитые страны Европы, Америки, Азии. А ведь именно этими примерами вдохновлялись россияне, совершавшие демократическую революцию 1989—1991 гг.

Массовая бедность — а нас сейчас по праву называют «самой бедной частью белой расы» — это шаг назад даже по сравнению со структурой советского общества. Тогда уровень социального и имущественного равенства, пусть и насильственно поддерживаемый, и уровень общественного согласия по поводу справедливости такого порядка был существенно выше, чем сейчас. Коэффициент Джинни, т. е. показатель имущественного расслоения между 10% самых богатых и 10% самых бедных россиян, достигает 14-кратного разрыва и не показывает тенденции к сокращению. Столь сильное расслоение наблюдается только в самых отсталых странах Африки и Азии. Нет прецедентов массовой бедности ни в информационных, ни в позднеиндустриальных странах, на которые мы ориентируемся.

Такой разрыв между богатыми и бедными постоянно порождает социальные конфликты, политическое напряжение, отнимает моральные силы у общества, стимулирует недоверие граждан к государству, не способному обеспечить социальную справедливость. Поиск причин несправедливости и путей ее устранения толкает одних к тоске по ушедшей советской, социалистической государственности, попыткам ее искусственно возродить. Это тупиковый путь развития. Других — к поискам виноватых то среди крупных собственников, то среди людей чужой национальности, к попыткам расправы над ними. Третьих побуждает замкнуться в себе, озлобиться, оставить всякие надежды на лучшую жизнь. Все это — крайне непродуктивные, обреченные на поражение формы недовольства, порожденного массовым разочарованием в демократических и рыночных идеалах, не сумевших обеспечить нам лучшую жизнь.

Правила восхождения по социальной лестнице, т. е. карьеры, успеха, общественного признания, либо непонятны многим из россиян, либо кажутся им труднореализуемыми, а то и аморальными. Социологи выявили разрыв в понимании того, насколько правильно устроено наше общество, между представителями его верхней, зажиточной, и нижней, бедной, частей. Те, кто нашел свое место в изменившемся обществе, уверены, что это является заслуженной наградой за их знания, ум, талант, личную активность. Те же, кто остался в социальных низах, полагают, что все дело в отсутствии у них необходимых связей и финансовых возможностей, а образование, талант, другие личные достоинства в нашем обществе продвигаться вперед и вверх практически не помогают. Такому убеждению способствует ситуация, когда к бедным относится большинство работников бюджетного сектора, лиц с высшим образованием, обладающих высокой квалификацией и опытом работы.

Есть основания полагать, что со временем социальная структура России будет выправляться, приобретать вид, более соответствующий стандартам информационного общества. Общий экономический подъем приводит к улучшению социально-экономического положения абсолютного большинства россиян. Государство через бюджетные механизмы усиливает финансовую поддержку тех, чье благосостояние зависит от власти непосредственно, — пенсионеров, служащих бюджетной сферы, госслужащих, военных, льготников.

Кроме значительной группы бедных, не ощущающих возможности улучшения своего положения без поддержки со стороны государства, существует немало тех, кто рассчитывает только на себя и способен в благоприятных социально-экономических условиях к самостоятельному решению своих жизненных проблем. Именно они и могут составить основу отечественного массового среднего класса. Речь идет не о новых социальных гарантиях и льготах для них, а о таком общественном порядке, который позволил бы большинству граждан самим обеспечить себе достойную жизнь. Важную роль в этих процессах играет развитие образования как инвестиции в человеческий капитал. Неуклонно растут образовательный уровень и информационная культура молодого поколения, которые прямо влияют на качество жизни и социальную самоидентификацию с группами нарождающегося среднего класса. Без этого и социальный мир, и демократия в России надолго останутся несбыточной мечтой.

Лишенное общей идейной базы, согласия по поводу принципов жизни и «правил игры», российское общество развивается гораздо медленнее, чем могло бы, непроизводительно тратит массу ресурсов, не использует имеющиеся в нашем распоряжении широчайшие возможности для экономического и социального строительства. Мы отстаем в глобальной гонке, мировом соревновании стран прежде всего потому, что совокупность граждан России пока не образует единой нации. Как система — всегда нечто большее, чем просто совокупность ее частей, так и нация — это что-то большее, чем количественная общность жителей страны. История знает множество примеров влияния количественных факторов на качественные изменения социальных систем, но эти процессы всегда шли медленно, иногда — столетия. Современная постиндустриальная эпоха отличается мощным ускорением всех жизненных процессов. В связи с этим появляется надежда на то, что при благоприятных условиях существенные количественные изменения в социуме — демографический прогресс, сокращение безработицы, пополнение квалификационных ресурсов общества, суммы новых технологий и другие — приведут к становлению гражданского общества в России, объединенного яркой и понятной национальной идеей.

Нацию характеризуют глубокие внутренние связи, ментальное и культурное единство ее представителей, их способность работать как сплоченная команда, вместе решать те задачи, которые не по плечу каждому в отдельности. Только сверхусилия всех членов общества позволили СССР, потерявшему половину населения, индустрии, сельскохозяйственного производства, выстоять в схватке с гитлеровской Германией. Только слаженная работа граждан разоренных Японии и Германии обеспечила этим странам возможность восстановиться после сокрушительного поражения в 1945 г., а затем занять лидирующие позиции в мире по экономическому, научному, технологическому развитию.

Главное, чего не хватает сейчас россиянам, — это доверие. Доверие друг к другу, к государству, к бизнесу. Дистанция нашего доверия, как правило, ограничивается членами нашей семьи. В меньшей степени — друзьями. Очень редко — коллегами по работе. Везде мы видим гигантскую разницу между прочной моралью, которой руководствуемся в своем кругу, и аморальной, не заслуживающей одобрения жизнью страны и общества. Сохранились довольно высокие стандарты нравственности «для своих» — на уровне семьи, друзей, соседей. Совершенно иная ситуация — за пределами этих маленьких общностей, где мы усматриваем в действиях других только коррумпированность, лживость, корыстный интерес, аморализм. Двойные стандарты — это типично для современного мира.

Между тем доверие — это не просто моральная ценность. Это мощная экономическая сила, на влиянии которой во многом была построена успешная российская экономика периода промышленного подъема конца XIX — начала XX в. Американский мыслитель Фрэнсис Фукуяма установил, что в долгосрочном измерении быстрее и успешнее развиваются не те нации, которые исповедуют более либеральные идеи, или имеют более прогрессивные общественные институты, или владеют большими природными ресурсами. Ресурс, который дает самую значимую «прибавку» ко всем прочим, — это высокий уровень межличностного доверия в обществе.

Он позволяет существовать банковской системе, основанной на понятии кредита (а что такое кредит, как не следствие доверия банка своему заемщику?), а банковская система многократно увеличивает объем финансовых ресурсов, которым располагает экономика. Чем больше средств и чем меньше вероятность обмана со стороны деловых партнеров, тем больше тяга предпринимателей открывать новое дело и развивать уже существующее, тем выше темпы экономического роста. Чем лучше обстоят дела в экономике, тем больше собирается налогов, тем лучше государство может организовать бюджетную, правоохранительную, социальную сферу, тем большую безопасность оно обеспечивает всем гражданам страны. А это, в свою очередь, еще больше повышает уровень общественного доверия.

В России пока все складывается совершенно иначе. Люди не доверяют свои деньги банкам, не покупают ценных бумаг — и не потому, что у них мало денег, но прежде всего потому, что их не раз обманывали и никто не понес за это реальной ответственности. Они боятся потерять даже то немногое, что у них есть. Банки не доверяют компаниям больших средств надолго — потому, что самих средств у них не так много, как хотелось бы, и потому, что сомневаются в честности заемщиков и их способности со временем отдать взятое в долг. Бизнесмены стараются держаться определенного, довольно узкого круга партнеров и клиентов, чтобы не потерять свои деньги, став жертвой обмана и излишнего доверия. И почти уж никто не верит суду, прокуратуре, милиции, призванным защищать и охранять нас от криминала и мошенничества, незаконных действий власти.

Не верит — а значит, не готов защищать такое государство, в тяжелую минуту скорее отойдет в сторону, чем подставит ему, государству, плечо. А если дела страны пойдут совсем плохо, то эмигрирует, если найдет для того силы и возможность. Такая участь уже постигла немало стран.

Так, Армению за последние 15 лет покинуло больше половины населения, постоянно или временно живет за рубежом до трети грузин и молдаван. Почти каждая бывшая европейская колония, а ныне независимое африканское, латиноамериканское или азиатское государство ежегодно экспортирует в бывшую метрополию огромное количество своих граждан. Причем уезжают, как правило, самые образованные, квалифицированные, востребованные, трудоспособные. И поток этот ограничивается только готовностью страны, куда они направляются, их принять. Такое будущее может ожидать и Россию.

В этом и состоит социальный и моральный вызов, перед которым стоит наша страна. Как превратить совокупность жителей России в российскую нацию? Как раскрепостить жизненную энергию и творческую силу людей? Как дать им уверенность в себе, вдохнуть в них доверие друг к другу и к обществу, в котором они живут? Как сделать жизнь в своей стране более достойной и комфортной? Как оправдать все жертвы и потери, которые мы понесли из-за перехода от административной экономики — к рыночной, от общества принудительного равенства — к свободному обществу, от авторитарного государства — к демократическому?

Все это станет возможным, только если новая социальная система обеспечит возможность достойно жить не ничтожному меньшинству, а абсолютному большинству граждан. Только в этом случае станет возможным формирование общей структуры ценностей, национальной идеологии россиян, освящающей и поддерживающей новый общественный порядок. Место такой идеологии сегодня пустует, его занимает внутренне противоречивая и малопродуктивная смесь старорусских, советских и либерально-демократических идей и стереотипов. Идеологически наша страна разоружена и деморализована, не готова к решительным испытаниям. Чтобы обрести новую моральную базу, российское общество должно усвоить и творчески объединить лучшие, наиболее продуктивные и гуманистические ценности разных эпох. Сюда относятся: патриотизм, издавна присущий русской культуре; здоровый коллективизм, подвижничество, готовность к подвигам и героизму ради общего дела, нашедшие наиболее яркое выражение в советской культуре; дух свободы и соревновательности, созданный рыночными реформами и ставший основанием новой, демократической российской традиции.

Краткие выводы к главе

Будущее России в XXI в. определяется множеством разнообразных факторов. Это общая ситуация в мире и положение в нем нашей страны, ее отношения с соседями и другими крупнейшими мировыми державами. Тенденции развития мирового рынка, способность России найти перспективное, устраивающее нас место в международном разделении труда. Соотношение военных сил, наша способность дать отпор любой внешней агрессии или исходящим изнутри попыткам дезинтеграции, расчленения страны. Демографическая ситуация, устойчивость нашего общества к растущим внешним иммиграционным потокам, размыванию традиционного языкового и этнического состава российской нации. Эффективность государственных институтов, их способность реализовать право народа на достойную жизнь и участие в управлении страной. Спектр факторов и ситуаций, от которых зависит успех или поражение страны на мировой арене, постоянно расширяется. Какая судьба в этой связи уготована России, зависит от всех нас, от нашей способности разглядеть новые исторические вызовы и достойно ответить на них.

Словарь ключевых понятий и терминов, использованных в главе

Вызов — проблемная ситуация, от способности разрешить которую зависит выживание или гибель конкретного общества или цивилизации в целом.

Высокие технологии — совокупность информации, знаний, опыта, материалов при разработке, создании и производстве новой продукции и процессов на высшем мировом уровне.

Демография — наука о закономерностях воспроизводства населения в конкретных общественных, исторических и географических условиях.

Депопуляция — абсолютная убыль, сокращение численности населения страны.

Доверие — моральная категория, выражающая готовность людей действовать в соответствии с общепризнанными нормами, залог стабильности экономических отношений и социальной структуры общества в условиях информационной стадии ее развития.

Инновации — технические, технологические, организационные нововведения, основанные на использовании научных достижений.

Качество жизни — совокупность показателей, характеризующих условия жизни, образования, здравоохранения, экологическую ситуацию и другие факторы, влияющие на удовлетворенность людей своей жизнью.

Конкурентоспособность страны — способность страны выдерживать конкуренцию в международных экономических отношениях.

Ксенофобия — навязчивый страх, неприязненное отношение к иностранцам и чужакам.

Миграция населения — перемещение людей в пространстве, связанное с переменой места жительства.

Общественный прогресс — развитие человеческих обществ от низших — к высшим формам организации, от более простых — к более сложным, от примитивных — к более совершенным.





База данных защищена авторским правом ©ekonoom.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница