Перспективы и проблемы россии №26 угол атаки выступления, публицистика, постановки вопросов




страница9/10
Дата09.05.2016
Размер0.62 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

Как определять, успешны или не успешны реформы?

Подчеркнем важнейший момент, отличающий революционные реформы от реформ эволюционных (таких, которые обычно повсюду проводятся в пределах стабильного общественного устройства). Когда в стране происходит революция, смена типа политической власти открывает реальную возможность устроить жизнь общества иначе, коренным образом (до самого фундамента) перестроить жизнь, качественно изменить систему отношений. При таких исторических возможностях реформы касаются не только экономики. Они касаются всех важнейших сфер жизни. Но экономика в этом случае оказывается одним из самых существенных направлений, потому что экономика закрепляет перемены в социальном положении людей. Если тип власти меняется, это должно проявиться в изменении типа социальной структуры. Те или иные социальные группы должны начать устойчиво выполнять некие функции в обществе, которые обеспечивают воспроизводимость в обществе этой новой системы. Так вот: изменение социальной структуры в период революционных реформ — это как бы результирующий показатель того, идут реформы или нет.

Если мы будем говорить о так называемых рыночных экономических реформах, то каков критерий их успеха? Главное в том (и для самих реформаторов это не секрет), сформируются ли те новые социальные фигуры, общественные группы, которые станут иначе, по другой системе воспроизводить всю жизнь общества, руководить хозяйством и другими сторонами жизни. Это подведение функционального хозяйственного фундамента (хозяйственной системы) под намерения новой власти. Власть декларирует, пользуется доверием, авторитетом, или наоборот - против нее кто-то работает. Но решается успех всех перемен тем, будет ли в обществе создан иной механизм действия, возобновления жизни? Так вот: этот новый механизм действия обеспечивают новые социальные силы, новые классы, новые социальные группы.

Поэтому если взять российских реформаторов, то их главная забота с самого начала была такая: кто станет новым хозяином России? У Гайдара это отливалось в этакую американскую форму — “средний класс”. Сказать так - значит ничего не сказать. Это такое же малозначащее понятие, как “рынок”. Средним классом все социологи в мире называют такое общественное состояние, которое в уже налаженных обществах присуще для довольной части населения. Они вполне довольны сложившимся состоянием дел и готовы, чтобы так продолжалось.

В этом отношении все социологи говорят, что в Советском Союзе средний класс составлял 70-80%. Да, в том обществе были люди, которые воспринимали его как естественное и подлежащее продолжению, и таких людей, которые принимали ту действительность без всякой борьбы и намерения бороться с тем строем, таких людей было 70-80%. Потом эти же 70-80% выходили на демонстрации и выступали за рыночные реформы.

Другими словами, класс — это характеристика стабильного состояния. В условиях, когда происходят революционные реформы, средних классов не бывает. Больше того, в условиях революционных реформ рушится среднее состояние, то есть масса довольных исчезает, потому что исчезает основа её удовлетворенности в сложившемся положении, меняются сами основы жизни. По мере формирования новых устойчивых основ жизни опять может возникать более или менее значительная прослойка тех, кто согласен с переменами, считает своё социальное положение нормальным. Поэтому обозначение цели реформ как “формирование среднего класса” - оно весьма пустое, такое же пустое, как и “рыночные реформы”.

Но по существу задача любых революционных реформ (несмотря на её неудачное отображение) всегда состоит в создании социальной базы нового порядка в обществе. Что она должна из себя представлять?

Б.Н.Ельцин, выступая в 28 октября 1991 года и объявляя о начале глубоких реформ в очень короткие сроки, пытался изобразить благополучие таким образом: нам, дескать, нужны, не тысячи миллионеров, а сотни миллионов собственников. Он, видимо, предполагал, что благополучная страна после реформ будет состоять из собственников, частных собственников, которых никто не будет эксплуатировать, и потому они так и будут собственниками. Они работают, они и собственники. Это, конечно, очень утопическое представление, никаких основ ни в какой истории - давней или недавней - не имеющее. Но тем не менее так провозглашалось. Провозглашались многие другие лозунги. Все они крутились вокруг проблемы общественного положения людей после и в ходе реформ, вокруг того, как и насколько существенно оно изменится.

То, что говорил Гайдар о среднем классе, то, что говорил Ельцин, возглавивший правительство реформ, о сотнях миллионов собственников, - всё это, конечно, крайне непрофессионально, с точки зрения передового, марксистского обществознания. Все это - взятые напрокат у буржуазной социологии словесно-понятийные декорации. Но декорировалась тем не менее вполне реальная проблема: кто станет хозяином, кто станет социальной опорой, центральной социальной фигурой нового экономического и общественного порядка в России?


Какова реальная установка, которой следовали

реформаторы, стоявшие у власти в России?

Тут требуется маленькое вступление. Совершилась политическая революция (1990-й, 1991-й год, август 1991 года - завершение этого процесса). И вот уже видно, что возникают, как говорится на Западе, новые политические элиты, то есть новые власти, с новыми идеями, с намерением делать не как было, а иначе. И покуда они еще не раскрывают скобки, не объясняют, каким конкретно будет это “иначе”, - до тех пор все за них. Потому что все (ну, точнее, большинство) против прежнего порядка вещей. А те, кто за прежний порядок вещей, - в очевидном меньшинстве. Остальные все против той старой номенклатуры, которая хотела бы, чтобы было так, как было при Сталине, при Брежневе, при Суслове, при Андропове, при Горбачеве.

Большинство знает, что будет “иначе”, но “иначе” оно видит по-разному, принципиально по-разному. Трудящееся большинство и те, кто идеологи трудящихся или отражают эту позицию трудящихся, - они себе представляют, что будет снижена мера эксплуатации, которая сложилась при тоталитарном режиме, что народы перестанут быть в колониальной зависимости от сильного центра, что степень экономической эксплуатации ослабнет.

Пример, чтобы представить себе какой уровень эксплуатации достижим при помощи тоталитарного государства. СССР в 1970 году не по советской статистике, которую мы можем заподозрить в необъективности, а по международной ООНовской статистике, был на третьем месте в мире по эффективности общественного производства. То есть приложение усилий народа в хозяйстве были эффективны, мы были на третьем месте. Перед нами были Соединенные Штаты и Франция. К 1980 году по ряду причин вперед СССР вышли еще также ФРГ и Англия. На пятки наступала Япония. Но мы были на пятом месте в 1980 году.

Однако, если говорить об уровне жизни, включая уровень дохода, обеспеченность услугами, качество услуг, качество образования, весь комплекс жизненных средств, средств существования и развития, то по этому комплексному показателю мы, видимо, не входили в 30 передовых стран. Даже внутри социалистического лагеря все время возникал вопрос: где всё-таки лучше жизнь — в Румынии или в Советском Союзе? В остальных странах было точно лучше, чем в Советском Союзе. Хотя СССР был, повторим, в 1980 году на пятом месте по эффективности национального производства.

Другой показатель измерения эксплуатации в тоталитарном СССР, сделанный трудовиками - экономистами, такой. Была замерена плата за труд, сопоставимый по квалификации, по результативности, ответственности. То есть брались важнейшие параметры труда, включая результативность, скажем, инженера в Западной Европе и инженера в СССР; квалифицированного рабочего в Западной Европе и в СССР; ученого там и здесь. И измерялась их зарплата. Так вот: за один и тот же или примерно одинаковый труд в 1970 году в СССР платили от 25% до 30% западноевропейского уровня. При этом, я повторяю, большинство западноевропейских стран уступало Советскому Союзу по эффективности общественного производства.

Естественно: те, кто не хотел, чтобы так продолжалось, полагали, что революция и реформы по крайней мере могут обеспечить ну пусть не 90%, не100% за сопоставимый труд, но хотя бы 50-60% от западноевропейского уровня. Полагали, что с уходом от тоталитаризма хотя бы вдвое увеличатся реальные доходы населения. Тем самым заметно ослабнет степень эксплуатации. Это было вполне реально, с точки зрения тех, кто хотел, чтобы плодами больших политических перемен и революционных реформ воспользовались трудящиеся.

Совершенно иначе видели результаты реформ, результат выхода из тоталитаризма те, которые стояли у власти в новой России - Ельцин и его окружение. Не устану повторять: они пользовались огромным доверием масс, ибо они убрали с исторической сцены тоталитарный режим. По их понятиям, результатом должно было стать формирование в России такой социальной структуры, какая типична для стран, лидирующих в капиталистическом мире. Там генеральные агенты социальных отношений - капитал и наёмный труд, а также государство, которое следит, чтобы процесс эксплуатации наёмного труда капиталом шёл в более или менее цивилизованных, взаимоприемлемых формах, не приводил бы к открытым и тем более разрушительным столкновениям.

В связи с этим задача реформаторов вырастала в задачу возникновения крупных частных собственников, которые могли бы по-капиталистически на основе наёмного труда руководить рабочей силой, трудом в России. Это генеральная задача. Значит, главная установка состояла в том, что хозяевами новой России должны стать не просто частные собственники, а крупные частные собственники, пускающие в оборот свою собственность через наёмный труд. Вот это главное. Вот в чём социальное существо реформ. Это — ген, основа, определяющий момент тех революционных реформ, которые у нас принято называть рыночными. Кстати, по степени решения этого главного вопроса только и можно судить, успешны реформы или нет.


1   2   3   4   5   6   7   8   9   10


База данных защищена авторским правом ©ekonoom.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница