История экономических учений цели и задачи курса «История экономических учений» Цель изучения курса




страница6/9
Дата29.04.2016
Размер2.51 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9
Тема 7. Социально-институциональное направление
7.1. Основные направления американского "классического" институционализма

Институционализм – новое направление экономической мысли ХХ в., которое изучает и описывает формы организаций, регулирования, упорядочения общественной жизни, деятельности и поведения людей с учетом совокупности принятых социальных норм, обычаев, образцов поведения. Институционалисты исходили из наличия острых социальных противоречий капитализма и необходимости их реформирования. Они отвергали революции, были сторонниками эволюционного развития.

Институционально-эволюционная теория возникла в США на рубеже XIX-XX вв. как реакция на внеисторическую и механическую трактовку экономической деятельности в рамках классической доктрины. Предшественниками институционализма была немецкая историческая школа, марксизм, учение М. Вебера и К. Менгера, взгляды Э. Дюркхейма об общественной системе, которая опирается на фундамент, состоящий из социально обусловленных и исторически ограниченных законов, норм, привычек и стереотипов.

Представителями «старого» институционализма были Торстен Веблен (1857–1929), Джон Коммонс (1862–1945) и Уэсли Митчелл
(1874–1948).

Методологически принципы институционализма состоят в следующем:

1) неудовлетворенность высоким уровнем абстракции и статическим характером, присущим неоклассической теории;

2) стремление к интеграции экономической теории с другими общественными науками; требование усилить «контроль общества над бизнесом».

В отличие от неоклассики, рассматривающей экономическую систему как механическую общность изолированных друг от друга индивидов («атомизм»), институционалисты подчеркивают важность связей между элементами системы. Этот подход обозначается понятием «хомизм» (целостность) или «организм». Эта идея была важной у Маркса.

Основоположником институционализма был амери­канский ученый Т. Веблен. Его главный труд – «Теория праздного класса. Экономическое изучение институтов» (1899).

Институционализм Веблена носит социально-психологический характер, так как он выводит ряд экономических явлений из общественной психоло­гии. В основе его взглядов лежит своеобразное понимание человека как биосоциального существа, руководимого врожденными инстинктами: самосо­хранения и сохранения рода, склонности к соперни­честву, подражанию, праздному любопытству, пред­расположение к эффективным действиям (инстинкт мастерства) и т.д. Полемизируя с неокласси­ками, Веблен писал, что предметом политической экономии является человеческая деятельность во всех ее проявлениях, общественные науки призваны заниматься изучением отношений между людьми.

Экономика рассматривается Вебленом как эволюционная открытая система, испытывающая постоянные воздействия внешней среды, культуры, политики, природы и реагирующая на них. Поэтому институционализм отрицает важнейший постулат неоклассической
теории – стремление экономики к равновесию, рассматривая его как нетипичное и очень кратковременное состояние. Есть факторы внутри и вне системы, порождающие состояние «напряженности», бесконечный процесс изменений и развития. Он называется «кумулятивным» (усиливающимся). Веблен считал, что «современная наука все в большей мере становится теорией последовательных изменений, понимаемых как изменения самоподдерживающиеся и не имеющие конечной цели».

Однако процесс может завершиться, если действует эффект блокировки, который может быть создан политическими и другими структурами.

Веблен вводит в науку научные понятия: «институция» (обычай, заведенный порядок) и «институт» (порядок, закрепленный в форме закона или учреждения). Впрочем, часто «институтами» называют и то, и другое.

Веблен делает упор на культурные нормы и традиции, подчеркивая, что институты не столько ограничивают, сколько направляют, облегчают и поощряют человеческую деятельность. Институты формируют связи между людьми, стирают различия в индивидуальном поведении и делают поведение индивида понятным и предсказуемым.

Будучи общепринятыми, институты стабильны, но эта стабильность время от времени нарушается, сменяясь периодом распада одних институтов и появления других. Источниками изменения являются «праздное любопытство» (творчество) и конфликты. Первый источник порождает научные, технические и социальные изменения,
второй – трения между институтами, особенно сложившиеся в разные исторические эпохи.

Другое важное понятие институционалистской теории – эволюция институтов. Веблену принадлежит идея о том, что институты могут быть уподоблены генам и что эволюция в хозяйственной системе и в живой природе протекает если не по общим, то по близким законам. Эволюционная экономика в той или иной мере опирается на дарвиновские принципы селекции: наследственность, изменчивость и естественный отбор. Веблен описывает механизмы реализации этих принципов.

Согласно Веблену, институт по своей природе обладает свойствами «непрерывности» (наследственности), поскольку представляет собой самовоспроизводящийся социальный феномен. Как и биологический ген, институт тоже передает информацию, но в экономической среде и путем имитации и обучения. Этим и объясняется огромное значение, которое Веблен придавал социокультурной среде.

Как и биологические гены, институты обладают изменчивостью под влиянием социальной, культурной, политической и природной среды. Однако институты могут мутировать и случайно, при этом могут возникать устойчивые случайные траектории развития. Этим признанием случайных процессов институцонально-эволюционная теория отличается от других учений, которые исходят из принципа детерминированности экономических процессов и явлений.

Кроме того, институционалисты вводят в свою теорию критерий «выживания» наиболее приспособленного, т.е. сохранения и распростра­нения тех или иных институтов, которые обладают наибольшим набором «социально целесообразных» признаков. Такие институты помогают выживанию групп людей или всего общества. «Выживают» те из них, которые в конечном счете ведут к росту богатства, свободы и благополучия всего общества. Социально нецелесообразные институты со временем заходят в тупик и прекращают свое существование.

Анализируя капиталистическое общество, Веблен создает концепцию «индустриальной» системы. Согласно этой теории капитализм («денежное хозяйство») проходит две ступени развития: господство предпринимателя и господство финансиста. На второй стадии характерно противостояние между индустрией (сфера материального производства) и бизнесом (сфера обращения). Деятели индустрии (предприниматели, инженеры, рабочие) – носители прогресса, бизнесмены же ориентированы только на прибыль, производство их не интересует. Бизнес персонифицирован в «праздном классе»: это финансовые магнаты, спекулянты. Бизнесмены не принимают непосредственного участия в производстве, собственность стала «абсентеистской» (неосязаемой), главным средством извлечения прибыли в ХХ в. является кредит.

В книге «Инженеры и система цен» (1921), Веблен развивал концепцию «саботажа» и вы­ражал надежду, что новое поколение инженеров откажется от роли послушных «лейтенантов бизнеса» и, пригрозив «всеобщей стачкой» предпринимателям, передаст власть «Генеральному штабу инженеров и техников», который выведет общество на «третий путь» между «плу­тократией капитализма и диктатурой пролетариата», к рациональ­ной промышленной системе, избавленной от искажающего вмеша­тельства корпоративных финансов. Эту работу он заканчивал меморандумом «Практический совет техников».

Утопия перехода власти к инженерно-технической элите в 1930-е годы получила название «технократической» (впоследствии гамма значений слова «технократия» заметно расширилась), благодаря ей Веблен занял видное место в истории социологии, но инженеры и экономисты сочли ее нелепостью.

В своей последней книге «Абсентеистская собственность» (1923) Веблен подчеркнул процесс расширения собственности на неосязае­мые финансовые титулы богатства, отделенной от реального участии в производстве материальных благ. Критицизм Веблена в отношении «мира бизнеса» выразился в анализе «absentee ownership» в наиболее желчных излияниях. Но на преобразование экономического строя общества в более рациональный Веблен смотрел без оптимизма, кон­статировав, что американский «средний класс» стремится подражать образу жизни «праздного класса».

«Персона нон грата» в среде теоретиков-экономистов, Веблен оставил в наследство институционалистам «дух несогласия». Его идеи остаются привлекательными для сторонников нетрадиционных под­ходов к экономической теории.

Среди последователей Т. Веблена наиболее известны Джон Коммонс (1862—1945) и Уэсли Митчелл (1874— 1948).

Коммонс, в отличие от Веблена, уделял основное внимание не технологическим факторам производства и их носителю — инженерно-техническому персоналу, а социально-правовым институтам. Свои идеи он изложил в работах: «Правовые основания капитализма»(1924), «Институциональная экономическая теория» (1934), «Экономика коллективных действий»(1951) и др.

Коммонс предложил так называемую теорию сделок. Основной категорией экономической науки он провозгла­сил сделку (трансакцию). Сделка, по Коммонсу, это триединство сле­дующих моментов: 1) конфликта, т. е. столкновения инте­ресов субъектов; 2) взаимозависимости или взаимообус­ловленности этих интересов; 3) разрешения конфликта, т. е. установления порядка, устраивающего участников сделки. В качестве субъектов сделки на стадии финансо­вого капитализма все чаще выступают не индивидуумы, а их объединения, институты: профсоюзы, ассоциации пред­принимателей и т. п. Поэтому необходимо изучение кол­лективных действий, а не действий индивидуумов, чем традиционно занималась экономическая наука. Коллек­тивные действия — единственный способ примирения различных интересов участников экономической жизни. Но путь к примирению лежит через юридические процеду­ры. Роль арбитра берет на себя государство в лице его постоянных органов, правительственных комиссий и т. п. Государство - не только арбитр, но и сила, принуждающая к выполнению обязательств, принятых на себя участ­никами сделки.

Если по Веблену на смену финансовому капитализму придет технократизм, то по Коммонсу современный по­рядок сменится административным капитализмом.

Коммонс настаивал на том, что задача экономиче­ской науки должна состоять не в абстрактных объяснениях реалий, а в разработке рекомендаций по перестройке экономической жизни на разумных основаниях.

Свои взгляды на роль коллективных действий Ком­монс пытался реализовать на практике, активно сотруд­ничая с Американской Федерацией Труда и администра­цией президента Ф.Рузвельта. Под его влиянием в 1935 г. был принят «Акт о социальной защищенности» — за­кон, заложивший основы пенсионного обеспечения в США.



У. Митчелл вошел в историю науки, прежде всего как исследователь экономических циклов. Об этом свидетельствуют и его основные работы – «Экономические циклы» (1913), «Измерение экономических циклов» (1946) и «Что происходит во время экономических циклов» (1951).

Он и его сотрудни­ки создали систему прогнозирования экономической конъюнктуры на базе обработки рядов динамики. Мит­челл был фактическим основателем Национального бюро экономических исследований, где он проработал четверть века. Результатом деятельности в этом бюро стала работа «Деловые циклы»(1927), признанное образцовым исследованием.

Своей приверженностью к эмпирическим исследова­ниям он более других институционалистов напоминал де­ятелей новой исторической школы. Критики Митчелла саркастически именовали его подход «измерением без теории». Но вряд ли это справедливо.

Подъемы и спады экономической активности Мит­челл связывал со стремлением предпринимателей к при­были. Прибыльность зависит от ряда факторов: цен и издержек, объема продаж, размеров кредита, движения денежной массы и т. п. Огромную роль во взаимодей­ствии отдельных элементов, обусловливающих состояние и динамику хозяйственной жизни, играет асинхронность («опережения» и «запаздывания»). Так, например, при общем повышении цен на стадии оживления розничные цены «запаздывают» по отношению к оптовым, оптовые цены на потребительские товары отстают в своем росте от оптовых цен на блага производственного назначения, заработная плата имеет тенденцию отставать от продаж­ных цен. На стадии депрессии оптовые цены понижаются быстрее розничных, цены на сырье падают стремитель­нее, чем оптовые цены на потребительские блага и т.д.

Как правоверный институционалист Митчелл крити­кует и классическую школу и маржиналистов за сосредо­точение внимания на механических законах спроса и предложения и игнорирование внутренних движущих сил поведения человека. Для Митчелла едва ли не решающей такой силой является денежная система. Деньги навязы­вают беззаботной человеческой природе жесткую дис­циплину, они стандартизируют потребности, меняют пси­хологические установки людей.

Несмотря на некоторые колебания, Митчелл скло­нялся к необходимости государственного регулирования экономики. Во времена проводившегося Ф. Рузвельтом «нового курса», призванного вывести страну из тяжелой экономической депрессии, Митчелл участвовал в созда­нии Совета национальных ресурсов, который должен был стать центральным планирующим экономику США орга­ном


7.2.. «Новое индустриальное общество» Дж. Гэлбрейта

Вновь институционализм возродился в послевоенный период. Основ­ной подъем его приходится на 50— 60-е гг. XX столетия. В этот период ин­ституционализм представляют такие известные экономисты, как: Г. Минз, А. Берли, Дж.М. Кларк (теории трансформации капитализма); Дж. К. Гэлбрейт, Р. Хейлбронер (теории технократического детерминизма); Ф. Перру, Ж. Фурастье (концепции социологического направления); Г. Мюрдаль, К. Виттфогель, У. А. Льюис (исследования проблем третьего мира).

Важнейшим определяющим признаком институционализма является критическое отношение к неоклассической концепции рынка. Институ­ционалисты критикуют неоклассическую школу, во-первых, за узость ис­ходной методологии, игнорирующей роль социологических, политических, социально-психологических факторов в функционировании экономического механизма; во-вторых, за игнорирование важнейших структурных и институциональных особенностей реальной экономики; в-третьих, за иде­ологическую предвзятость неоклассической теории. Институционалисты выступали против методологического индивидуализма экономистов нео­классической школы, берущих за основу поведение абстрактного индиви­дуума, а также против исходной посылки об атомистичности рыночных структур и о совершенной конкуренции как всеобъемлющем механизме регулирования экономики. В этой связи они критиковали идею детерми­нированной целевой функции, максимизируемой рациональным эконо­мическим субъектом при заданных ограничениях.

Послевоенный институционализм отличался от институционализма 30-х гг. как в области методологии, так и в области теории. Основная проблематика 30-х гг. — монополизация экономики и конфликты интересов - после окончания второй мировой войны отодвинулась на вто­рой план. Эволюция институционализма на новом этапе выразилась в явном преобладании индустриалистско-технократического подхода.

Господство техноструктуры корпорации - главная отличительная черта нового индустриального общества Дж.К. Гэлбрейта (1908-2006). Техноструктура — это совокупность большого числа ученых, инженеров и техников, специалистов по реализации, рекламе и торговым опе­рациям, экспертов в области отношений с общественностью, лобби­стов, адвокатов и людей, хорошо знакомых с особенностями прави­тельственного бюрократического аппарата, а также посредников, ад­министраторов.

Наиболее важные работы Дж. К. Гэлбрейта: «Американский капита­лизм» (1952), «Общество изобилия» (1958), «Новое индустриальное обще­ство» (1967), «Экономические теории и цели общества» (1973).

В своих работах Гэлбрейт делит американскую экономику на две качественно разнородные системы — «планирующую» и «рыночную». Основными критериями деления являются технико-организационные факторы производства: наличие передовой тех­ники и сложной организации. «Имеется глубокое концептуальное разли­чие, — утверждает Гэлбрейт, — между предприятием, находящимся пол­ностью под контролем отдельного лица... и фирмой, которая не может су­ществовать без организации». Это различие стеной отделяет «двенадцать миллионов мелких фирм» (т.е. рыночную систему) от тысячи гигантов, входящих в планирующую систему.

В характеристике различий между планирующей и рыночной система­ми Гэлбрейт большое внимание уделяет категории экономической власти, то есть контролю над ценами, издержками, потребителями, над экономи­ческой средой. Он считает, что в современном обществе такая власть со­средоточивается только в крупных корпорациях. Неравномерное развитие секторов экономики порождает большие различия «во власти и, следова­тельно, в социальных последствиях».

Рыночная система, включающая в себя мелкие фирмы и индивиду­альных предпринимателей, несовершенна по сравнению с планирующей системой, — считает Гэлбрейт. Она не может влиять на цены или на поли­тику правительства; здесь нет мощных профсоюзных организаций; рабочие здесь получают более низкую заработную плату. Рыночная система пред­ставляет, таким образом, некую зону отчуждения, отделенную от привиле­гированной планирующей системы.

Главным в концепции Гэлбрейта является анализ планирующей системы и ее основного звена — «зрелой корпорации», т.е. той, в которой власть перешла к техноструктуре. Переход власти опре­делил и изменения корпорационной стратегии: техноструктура уже не ста­вит своей целью получение максимальной прибыли.

Гэлбрейт делит цели техноструктуры на две группы: защитные цели, преследующие, прежде всего самосохранение техноструктуры, и положитель­ные — преследующие упрочение и расширение власти.

Первая группа целей направлена на сведение к минимуму риска внеш­него вмешательства в процесс принятия решений (со стороны владельцев капитала и кредиторов, рабочих — через профсоюзы, потребителей и пра­вительства). Основным способом ограждения процесса принятия решений от внешних воздействий он считает обеспечение каждому определенного уровня доходов.

Главной положительной целью техноструктуры, по мнению Гэлбрейта, служит рост фирмы, который в свою очередь становится важнейшей целью индустриальной системы и всего общества, где ведущую роль играют круп­ные корпорации. Кроме того, основным ориентиром для крупной фирмы является минимизация риска, то есть достижение минимума зависимости от рынка: «Фирма должна осуществлять контроль над продукцией, кото­рую она продает, и над продукцией, которую она покупает. Она должна поставить на место рынка планирование».

Гэлбрейт приходит к выводу, что планирование — объективная потреб­ность современной промышленности. Потребность в планировании он объясняет усложнением технологии производства, значительным увеличени­ем капиталовложений в новую технику, повышением требований к орга­низации производства.

Идея замены рыночной стихии промышленным планированием широ­ко используется Гэлбрейтом в обосновании процесса трансформации ка­питализма в новое индустриальное общество. Основой и главным инстру­ментом замены рынка планированием он считает развитую корпорацию, а экономическую деятельность государства рассматривает как необходимый элемент, «венчающий здание планирования».

Вмешательство государства, с точки зрения Гэлбрейта, необходимо для решения главных проблем американского капитализма, в основе которых лежит противоречие между планирующей системой, олицетворяющей мир гигантских корпораций, и рыночной системой, куда входит мелкий биз­нес, сельское хозяйство, образование, здравоохранение, транспорт и другие сферы социального обслуживания. Для решения этих противоречий аме­риканской экономист предлагает общую теорию реформ. Осуществить реформы предполагается в несколько этапов.

Наиболее важной задачей является эмансипация убеждений. По мне­нию Гэлбрейта, этот процесс уже начался среди молодежи и выражается в бунте против общепринятых стандартов, насаждающих культ потребления.

Следующий шаг реформы — эмансипация государства, которое прича-стно к проблеме неравенства двух систем и одновременно служит главным средством его устранения. Эмансипация правительства необходима для того, чтобы обрести свободу от контроля плановой системы. Главной зада­чей правительства Гэлбрейт считает проведение мероприятий, способст­вующих улучшению условий развития рыночной системы и уменьшению ее эксплуатации плановой системой. Для этого рекомендуется провести регулирование цен, обеспечить гарантированный минимум дохода, под­держку организации рабочих профсоюзов, увеличить заработную плату, проводить льготную политику в обеспечении рыночной системы капита­лом, новой техникой и т.д.

Такие отрасли, как здравоохранение, городское строительство, транс­порт Гэлбрейт предлагает организовать на основе государственной струк­туры. Все это будет представлять собой новый социализм. Если старый со­циализм был идеологическим, то новый социализм, по мнению Гэлбрейта, результат обстоятельств.

Одновременно с мероприятиями по развитию рыночной системы пред­лагаются меры для реформы плановой системы: введение прогрессивного налогообложения с целью сокращения разрыва в доходах, мероприятия по стабилизации цен и заработной платы, межотраслевая координация, на­ционализация крупных военных фирм, борьба с загрязнением среды, воды и т.д. Политика в отношении плановой системы, подчеркивает Гэлбрейт, состоит в том, чтобы дисциплинировать ее цели и поставить на службу об­щественным задачам. Таким образом, Гэлбрейт конкретизировал содержание своей реформаторской программы. Выявив одновременно понятие «социализм» как средство управления и контроля.



7.3. Новая институциональная теория

«Неоинституционализм» - это название может породить ошибочное представление о родстве но­вой институциональной теории со «старым» институционализмом Т. Веблена, Дж. Коммонса.Дж. К. Гэлбрейта. На самом деле связь между ними в основном чисто внешняя (например, понятие «сделки» (transactions) явля­ется центральным как для теории Дж. Коммонса, так и для новой институ­циональной теории). И по своей методологии, и по теоретическому содер­жанию неоинституционализм опирается на традиции неоклассического направления, хотя и значительно реформирует их.

Статья Р. Коуза «Природа фирмы», положившая начало анализируе­мой теории, была опубликована в 1937 г., но до середины 70-х гг. неоин­ституциональное направление находилось на периферии экономической науки. Лишь на консервативной волне конца 70-х—начала 80-х гг. оно выдвинулось на передний план. С этого времени новая институцио­нальная теория начинает осознаваться как особое течение экономичес­кой мысли. На первых порах она разрабатывалась почти исключительно в США. В 80-е гг. в этот процесс включились западно-, а с начала 90-х гг. и восточно-европейские экономисты. Признание заслуг нового направ­ления выразилось в присуждении Нобелевской премии по экономике двум его виднейшим представителям — Рональду Коузу (1991) и Дагласу Норту(1993).

Благодаря последовательно проводимому принципу «методологическо­го индивидуализма» в центре внимания новой институциональной теории оказываются отношения, складывающиеся внутри экономических орга­низаций, тогда как в неоклассической теории фирма и другие организа­ции рассматривались просто как «черный ящик», внутрь которого иссле­дователи не заглядывали. В этом смысле подход новой институциональ­ной теории может быть охарактеризован как микроэкономический.

Стандартная неоклассическая теория знала два вида ограничений: фи­зические, порождаемые редкостью ресурсов, и технологические, отражаю­щие уровень знаний и практического мастерства экономических агентов. Неоинституционалисты вводят еще один класс ограничений, — обус­ловленных институциональной структурой общества, — также сужающих поле экономического выбора. Они отказываются от всевозможных упро­щающих предпосылок, подчеркивая, что экономические агенты действу­ют в мире больших трансакционных издержек, плохо или недостаточно оп­ределенных прав собственности, в мире жестких институциональных реаль­ностей, полном риска и неопределенности.

Рассмотрим некоторые концепции неоинституционалистов.



Теория трансакционных издержек. В 1937 г. Р. Коуз ввел в экономическую теорию но­вый класс издержек, получивших название трансакционных. Тогда же им была предпринята попытка объяснить закономерности, управляющие про­цессом возникновения и роста фирм. Фирма растет до того предела, пока экономия на издержках, связанных с заключением рыночных сделок, не начнет перекрываться увеличением издержек, связанных с использовани­ем административного механизма.

Позднее трансакционным издержкам стали относить любые виды из­держек, сопровождающих взаимодействие экономических агентов незави­симо от того, где оно происходит — на рынке или внутри организаций.

Развивая анализ Коуза, современные экономисты предложили несколь­ко классификаций трансакционных издержек. В соответствии с одной из них выделяются:


  1. издержки поиска информации — затраты времени и ресурсов на полу­чение и обработку информации, а также потери от несовершенной инфор­мации;

  2. издержки ведения переговоров;

  3. издержки измерения — затраты на промеры, измерительную технику, потери от ошибок и неточностей и т. д.;

  4. издержки по спецификации (точному определению) и защите прав соб­ственности — расходы на содержание судов, арбитража, органов государ­ственного управления, затраты времени и ресурсов, необходимые для вос­становления нарушенных прав, а также затраты на воспитание «консен-сусной идеологии» — в духе соблюдения неписанных правил и норм;

  5. издержки оппортунистического поведения, представляющие наиболее трудно определимый элемент трансакционных издержек.

Экономическая теория прав собственности, основоположником которой считается А. Алчиан. Под системой прав собственности в неоинституционализме понима­ется все множество норм, регулирующих доступ к редким ресурсам. Эти нормы могут санкционироваться не только государством, но и общест­вом — в виде обычаев, моральных установок, религиозных заповедей. Со­гласно имеющимся определениям, права собственности охватывают как физические объекты, так и объекты бестелесные (скажем, результаты ин­теллектуальной деятельности).

С точки зрения общества, права собственности выступают как травила игры», которые упорядочивают отношения между отдельными агентами. С точки зрения индивида, они предстают как «пучки правомочий» на приня­тие решений по поводу того или иного ресурса. Каждый такой «пучок» может расщепляться так, что одна часть правомочий начинает принадлежать одному агенту, другая — другому и т. д. Права собственности имеют поведенческое значение; одни способы действий они поощряют, другие — подавляют (через запреты либо повышение издержек) и в этом своем ка­честве влияют на экономический выбор.

К основным элементам пучка прав собственности обычно относят: 1) право на исключение из доступа к ресурсу других агентов; 2) право на использование ресурса; 3) право на получение от него дохода; 4) право на передачу всех предыдущих правомочий. Чем шире набор правомочий, закрепленных за ресурсом, тем выше его ценность.

Согласно неоинституциональной теории, любой акт обмена есть не что иное как обмен «пучками прав собственности». Каналом, по которому они передаются, служит контракт. Контракт фиксирует, какие именно право­мочия и на каких условиях подлежат передаче. Тем самым он ограничива­ет будущее поведение сторон, причем эти ограничения принимаются ими добровольно. Контракт тем сложнее, чем сложнее вовлеченные в обмен блага и чем сложнее структура относящихся к ним трансакционных издер­жек.

Необходимым условием эффективной работы рынка является точное определение, или «спецификация», прав собственности. Чем яснее опреде­лены и надежнее защищены права собственности, тем теснее связь между действиями экономических агентов и их благосостоянием. Тем самым спе­цификация подталкивает к принятию экономически наиболее эффек­тивных решений. Обратное явление — «размывание» прав собственности — имеет место тогда, когда они неточно установлены и плохо защищены либо подпадают под разного рода ограничения.

Принципиальный тезис новой институциональной теории состоит в том, что спецификация прав собственности не бесплатна. Подчас она тре­бует огромных затрат. Степень ее точности зависит поэтому от баланса выгод и издержек, сопровождающих установление и защиту тех или иных прав. Отсюда следует, что любое право собственности проблематично — в реальной экономике оно не может быть с исчерпывающей полнотой опре­делено и с абсолютной надежностью защищено. Его спецификация — это всегда вопрос меры.

Неоинституциональная теория не ограничилась признанием неполноты реально существующих прав собственности. Она пошла дальше и подвергла сравнительному анализу различные правовые режимы — общей, частной и государственной собственности. Это выгодно отличает ее от традицион­ной неоклассической теории, в которой обычно предполагались идеали­зированные условия режима частной собственности.

Теорема Коуза изложена в статье Коуза «Проблема социальных издержек» (1960) и посвящена проблеме внешних эффектов (экстерналий). Так называют побочные результаты любой деятельности, которые касаются не непосредственных её участников, а третьих лиц.

Примеры отрицательных экстерналий: дым из фабричной трубы, кото­рым вынуждены дышать окружающие, загрязнение рек сточными водами и т. п. Примеры положительных экстерналий: частный цветник и лужайка которыми могут любоваться прохожие, мощение улиц за свой счет, уста­новка индивидуального освещения в дачном проулке и др. Существование экстерналий приводит к расхождению между частными и социальными издержками (по формуле — социальные издержки равны сумме частных и экстернальных, т.е. возлагаемых на третьих лиц). В случае отрицательных внешних эффектов частные издержки оказываются ниже социальных, в случае положительных внешних эффектов — социальные издержки ниже частных.

Такого рода расхождения исследовались еще А. Пигу в книге «Эконо­мическая теория благосостояния» (1920). Он характеризовал их как «про­валы рынка» и в связи с этим обосновывал государственное вмешательство в экономику. Против позиции Пигу о необходимости государственного вмеша­тельства и была направлена «теорема Коуза».

С его точки зрения, в условиях нулевых трансакционных издержек (а именно из этих условий неявно исходила стандартная неоклассическая теория) рынок сам сумеет справиться с внешними эффектами. Теорема Коуза гласит: «Если права собственности четко определены и трансакци­ей ные издержки равны нулю, то аллокация ресурсов (структура произ­водства) будет оставаться неизменной и эффективной независимо от из­менений в распределении прав собственности». Сегодня теорема Коуза считается одним из наиболее ярких стижений экономической мысли послевоенного периода.

Из нее следует несколько важных теоретических и практических выводов.

Во-первых, она раскрывает экономический смысл прав собственности. Согласно Коузу, экстерналии (т.е. расхождения между частными и со­циальными издержками и выгодами) появляются лишь тогда, когда права собственности размыты. Когда эти права определены четко, тогда все экстерналии «интернализируются» (внешние издержки становятся внут­ренними). Не случайно главным полем конфликтов в связи с внешними эффектами оказываются ресурсы, которые из категории неограниченных перемещаются в категорию редких (вода, воздух) и на которые до этого прав собственности в принципе не существовало.

Во-вторых, теорема Коуза отводит обвинения рынка в «провалах». Путь к преодолению экстерналии лежит через создание новых прав собствен­ности в тех областях, где они были нечетко определены. Поэтому внешние эффекты и их отрицательные последствия порождаются дефектным зако­нодательством; если кто здесь и «проваливается», так это государство. Тео­рема Коуза по существу снимает стандартные обвинения в разрушении окружающей среды, выдвигаемые против рынка и частной собственности. Из нее следует обратное заключение — к деградации внешней среды ведет не избыточное, а недостаточное развитие частной собственности.

В-третьих, теорема Коуза выявляет ключевое значение трансакционных издержек. Когда они положительны, распределение прав собственности перестает быть нейтральным фактором и начинает влиять на эффектив­ность и структуру производства.

В-четвертых, теорема Коуза показывает, что ссылки на внешние эффекты - недостаточное основание для государственного вмешательства. В случае низких трансакционных издержек оно излишне, в случае высоких — далеко не всегда экономически оправдано. Ведь действия госу­дарства сами сопряжены с положительными трансакционными издержками, так что результат лечения вполне может быть хуже самой болезни.



Экономика права. Наряду с Р. Коузом ключевыми фигурами в ее формировании и развитии были про­фессора Р. Познер и Г. Калабрези. Огромное значение имели также работы Г Беккера по экономическому анализу внерыночных форм поведения, в частности — преступности.

Экономика права не стала ограничиваться какими-то отдельными от­раслями права, имеющими дело с явными рыночными отношениями, а попыталась распространить экономические понятия и методы на весь кор­пус юридического знания. Она исходит из того, что агенты ведут себя как рациональные максимизаторы при принятии не только рыночных, но и внерыночных решений (таких, например, как нарушать или не нарушать закон, возбуждать или не возбуждать судебный иск и т. д.).

Правовая система, подобно рынку, рассматривается как механизм, регулирующей распределение ограниченных ресурсов. Например, в случае кра­жи, как и в случае продажи, ценный ресурс перемещается от одного агента к другому. Разница в том, что рынок имеет дело с добровольными сделка­ми, а правовая система — с вынужденными, совершаемыми без согласия одной из сторон. Многие вынужденные сделки возникают в условиях на­столько высоких трансакционных издержек, что добровольные сделки ока­зываются из-за этого невозможными. Например, водители автомобилей не могут заранее провести переговоры со всеми пешеходами о компенса­ции за возможные увечья. К числу вынужденных «сделок» можно отнести большинство гражданских правонарушений и уголовных преступлений.

Однако, несмотря на вынужденный характер, такие «сделки» соверша­ются по определенным ценам, которые налагаются правовой системой. В качестве таких неявных цен выступают судебные запрещения, денежные компенсации, уголовные наказания. Поэтому аппарат экономического анализа оказывается приложим не только к добровольным, но и к недобро­вольным сделкам.

В экономике права подробно анализируется, как реагируют экономические агенты на различные правовые установления. Однако наиболее интересный и спорный аспект экономики права свя­зан с обратной постановкой вопроса: как меняются сами правовые нормы под воздействием экономических факторов? Предполагается, что в осно­ве развития и функционирования правовых институтов лежит экономи­ческая логика, что их работа в конечном счете направляется принципом экономической эффективности. Разными авторами он формулируется по-разному: как принцип максимизации богатства, как принцип минимизации трансакционных издержек и др.

Теория общественного выбора. Истоки теории общественного выбора можно найти в открытых в 1948 г. исследованиями Д. Блэка (р. 1908) работах математиков XVIII—XIX вв., интересовавшихся проблемами голосования: Ж.А.Н. Кондорсэ, Т.С. Ла­пласа, Ч. Доджсона (Льюиса Кэрролла). Однако в качестве самостоятель­ного направления экономической науки она сформировалась только в 50— 60-х гг. XX в. Дж. Бьюкенен и Г. Таллок в книге «Исчисление согласия» (1962) проводили аналогию между госу­дарством и рынком. Отношения граждан с государством рассматривались при этом согласно принципу «услуга за услугу» (quid pro quo). Именно эти идеи, получившие дальнейшее развитие в работе Дж. Бьюкенена «Границы свободы» (1975), легли в основу теории общественного выбора. Важную роль в ее разработке сыграли также Д. Мюллер, У. Несканен, М Олсон, Р. Толлисон и др.

Теорию общественного выбора называют иногда «новой политической экономией», так как она изучает политический механизм формирования макроэкономических решений. Критикуя кейнсианцев, представители этой теории поставили под сомнение эффективность государственного вмешательства в экономику. Последовательно используя принципы клас­сического либерализма и методы микроэкономического анализа, они сде­лали объектом анализа не влияние кредитно-денежных и финансовых мер на экономику, а сам процесс принятия правительственных решений. В сво­ей Нобелевской лекции Дж. Бьюкенен сформулировал три основные предпосылки, на которые опирается теория общественного выбора: методологический индивидуализм, концепция «экономического человека» и ана­лиз политики как процесса обмена.



Теория об­щественного выбора (public choice theory) — это теория, изучающая различ­ные способы и методы, посредством которых люди используют правитель­ственные учреждения в своих собственных интересах.

«Рациональные политики» поддерживают прежде всего те программы, которые способствуют росту их престижа и повышают шансы одержать по­беду на очередных выборах. Таким образом, теория общественного выбора пытается последовательно провести принципы индивидуализма, распро­странив их на все виды деятельности, включая государственную службу.

Рациональность индивида имеет в данной теории универсальное зна­чение. Это означает, что все — от избирателей до президента — руководст­вуются в своей деятельности, в первую очередь, экономическим принци­пом: сравнивают предельные выгоды и предельные издержки (и прежде всего выгоды и издержки, связанные с принятием решений).

Сторонники теории общественного выбора рассматривают политический рынок по аналогии с товарным. Государство — это арена конкуренции людей за влияние на принятие решений, за доступ к распределению ресур­сов, за места на иерархической лестнице. Однако государство — это рынок особого рода. Его участники имеют необычные права собственности: из­биратели могут выбирать представителей в высшие органы государства, депутаты — принимать законы, чиновники — следить за их исполнением. Избиратели и политики трактуются как индивиды, обменивающиеся голо­сами и предвыборными обещаниями. Основными сферами анализа инте­ресующей нас теории являются при этом сам избирательный процесс, дея­тельность депутатов, теория бюрократии, политика государственного регу­лирования.

Последователи теории общественного выбора, в частности, наглядно показали, что нельзя целиком полагаться на результаты голосования, по­скольку они в немалой степени зависят от конкретного регламента приня­тия решений. Сама демократическая процедура голосования в законода­тельных органах также не препятствует принятию экономически неэффек­тивных решений.
Самостоятельная работа

1. Написать эссе на тему (по выбору студента):


  • Детерминированность экономи­ческого развития правовыми, этнографическими, психоло­гическими и нравственно-религиозными факторами.

  • Менталитет как фак­тор специфики экономического развития "национальных моделей" рыночных экономик

2. Составить конспекты следующих статей:

Кузьминов Я., Радаев В., Яковлев Ф., Ясин У. Институты: от заимствования к выращиванию (опыт российских реформ и возможность культивирования институциональных изменений)//Вопр. экономики. 2005. № 5.



3. Выполните задание: установите соответствие


Веблен

социально-правовой институционализм

Митчелл

теория прав собственно­сти

Дж. Коммонс

психолого-технократическая концепция

Дж. К. Гэлбрейт

исследователь экономических циклов

Р. Коуз

концепция техноструктуры

Г. Мюрдаль

Теория общественного выбора

Д. Бьюкенен

"Иде­алы модернизма"


4. Написать реферат на тему (по выбору студента)

  1. Влияние идей Ф. Листа на российс­кую экономическую теорию и политику.

  2. В. Зомбарт и экономическая платформа фашизма.

  3. Роль институцио­нализма в интеграции наук об обществе.

  4. Позиции Гэлбрейта по узловым проблемам экономической теории.

  5. Концепция «техноструктуры и индустриальной системы» Гэлбрейта

  6. Теория общественного выбора Д. Бьюкенена.

5. Выполните тестовые задания

1. Историческая школа Германии рассматривает в качестве предмета экономического анализа:

1)сферу производства;

2) сферу производства и сферу обращения;

3) экономические и неэкономические факторы.



2. Понятие «эффект Веблена» характеризует ситуацию влияния потре­бительского поведения на рост спроса в связи:

1) с неизменными ценами;

2) со снизившимся уровнем цен;

3) с возросшим уровнем цен.



3. В результате рекомендуемых реформ Т. Веблен предвещает:

1) сохранение приоритетной роли финансовых слоев «бизнеса»;

2) переход к «индустриальной системе»;

3) переход к социалистическому обществу.



4. «Коренным пороком экономической теории, - писал он, - был ее отказ признать своим подлинным предметом человеческие действия как нечто заведомо более сложное, чем пресловутые уравнения предложения и спроса»

1) Э.Жамс

2) Т.Веблен

3) Ф. Лист

4) В. Ротер

5. Согласно Дж. Коммонсу стоимость формируется:

1) затратами труда;

2) соотношением спроса и предложения;

3) юридическим соглашением «коллективных институтов».



6. Из ниженазванных этапов в эволюции «капитализма» Дж. Коммонс выделяет следующие:

1, 2, 4;


1, 3, 5;

1) капитализм свободной конкуренции;

2) денежное хозяйство;

3) финансовый капитализм;

4) кредитное хозяйство;

5) административный капитализм.



7. Экономическое учение У.К. Митчелла явилось основой:

1) теории предельной полезности;

2) концепции бескризисного цикла;

3) теории эволюции природы Ч. Дарвина.



8. Антимонопольные концепции Т. Веблена и Дж. Коммонса были впер­вые апробированы:

1) до мирового экономического кризиса 1929-1933 гг.;

2) в период «нового курса» Ф. Рузвельта;

3) после второй мировой войны.



9. У.К. Митчелл — родоначальник одного из течений институциолизма, получившего название:

1) социально-психологическое;

2) социально-правовое;

3) конъюнктурно-статистическое.



10. Кто из представителей институциального направления разработал теорию социальных конфликтов:

а) А. Ноув

б) Т. Веблен

в) Дж. Коммонс

г) У. Митчелл

11. Отличие теорий институционализма периода 70-80х годов от теорий 40-60х годов заключается:

1) в изменение взглядов на роль крупных корпораций в экономике

2) в изменение взглядов на роль НТР
3) в изменение взглядов на сферу услуг

4) все ответы верны



ОСНОВНАЯ ЛИТЕРАТУРА

    1. Бартенев С. Л. История экономических учений. –М.: Юрист, 2001.Гл. 6-7, 22.

    2. Белоусов В.М., Ершова Т.В. История экономических учений: Учебное пособие. Ростов н/Д: изд-во «Феникс», 1999. Тема 9, 14.

    3. История экономических учений. Учебное пособие. Под ред. В.Автономова, О.Ананьина, Н.Макашевой. М.: ИНФРА-М, 2006. Гл. 8, 19, 38.

    4. Ядгаров Я.С. История экономических учений: Учебник. -4-е изд, перераб. и доп. – М.: ИНФРА-М, 2006.Гл. 13, 17.

    5. Титова Н.Е. История экономических учений: Курс лекций. – М.: Владос, 1997 г. Лекция 20.

    6. История экономических учений (современный этап) Учебник /Под общ. Ред. А.Г. Худокормова. – М.: ИНФРА-М, 2002. Гл. 5,11

Источники:

  1. Веблен Т. Теория праздного класса. Пер. с англ. / Вступ. ст. С. Сорокиной. — М.: Прогресс. — 1984 — (Эконо­мическая мысль Запада).

  2. Митчелл У. К. Экономические циклы. Проблема и ее постановка: Пер. с англ. — М. — Л.: Гос. изд-во, 1930.

  3. Гэлбрейт Дж. К. Новое индустриальное общество: Пер. с англ. — М.: Прогресс, 1969.

  4. Гэлбрейт Дж. К. Экономические теории и цели обще­ства: Пер. с англ./Под общ. ред. и предисл. Н. Н. Иноземцева и А. Г. Милейковского. — М.: Прогресс, 1976.

  5. Гэлбрейт Дж. К. Жизнь в наше время: Пер. с англ./Общ. ред. и предисл. С. М. Меньшикова. — М.: Прогресс, 1986.

  6. Гэлбрейт Дж. К., Меньшиков С. Капитализм, социализм, сосуществование: Пер. с англ./Предисл. С. Меньшикова. — М.: Прогресс, 1988.

  7. Коуз Р. Фирма, рынок и право: Пер. с англ. — М.: "Дело ЛТД", 1993.

  8. Коуз Р. Г. Природа фирмы. В кн.: Теория фирмы/Под ред. В. М. Гальперина. — СПб.: Экономическая школа, 1995 ("Вехи экономической мысли"; Вып. 2), с. 11 — 32.

  9. Бъюкенен Дж. М. Минимальная политизация рыночно­го порядка. В кн.: От плана к рынку: будущее посткоммуни­стических республик. Пер. с англ., под ред. Б. С. Пинскера/ Сост. Л. И. Пияшева и Дж. А. Дорн. - М.: 1993, с. 105 - 116.

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ЛИТЕРАТУРА

  1. Горячева Л. Экономические проблемы и национальное самосознание // Вопросы экономики — 1993, № 8, с. 44 — 53.

  2. Корацциари Г. Этика и экономика: вопрос открыт // Вопросы экономики — 1993, № 8, с. 17 — 27.

  3. Косолапое Р. Россия: в чем же все-таки суть историчес­кого выбора? / МЭиМО - 1994, № 10, с. 5 - 15, № 11, с. 5 - 18.

  4. Олсон М. Роль нравственности и побудительных мо­тивов в обществе // Вопросы экономики — 1993, № 8, с. 28 - 31.

  5. Олъсевич Ю. Хозяйственная система и этнос // Воп­росы экономики — 1993, № 8, с. 7 — 16.

  6. Сорокина С. Торстейн Веблен: его место в науке // Эко­ном, науки - 1990, № 7, с. 90 - 94.

  7. Сэмюэлс У. Торстейн Веблен как экономист-теоретик // Вопросы экономики . 2007. № 7

  8. Капелюшников Р. И. Экономическая теория прав соб­ственности. — М.: 1990.

  9. Макашева Н. Гэлбрейт о прошлом, настоящем и буду­щем экономической теории.//МЭиМО. — 1989, № 11, с.148 – 151

  10. Мюрдалъ Г. Современные проблемы "третьего мира"/ Пер. с англ. — М.: Прогресс, 1972.

  11. Петросян Д. Психологические методы модернизации институциональной системы экономики России // Общество и экономики – № 7 – 2007 – С. 80-98.

1   2   3   4   5   6   7   8   9


База данных защищена авторским правом ©ekonoom.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница