Бюллетень судебной практики сахалинского областного суда 4 квартал 2014 года




страница1/2
Дата28.04.2016
Размер0.49 Mb.
  1   2
БЮЛЛЕТЕНЬ

СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ



САХАЛИНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

4 квартал 2014 года

Хищение путём мошенничества чужого имущества депутатом представительного органа местного самоуправления признано совершённым с использованием служебного положения.

Приговором Поронайского городского суда от 7 июля 2014 года Т. осуждён по ч.1 ст. 159 УК РФ за мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём злоупотребления доверием, к штрафу в размере 400000 рублей.

Судом апелляционной инстанции – судебной коллегией по уголовным делам Сахалинского областного суда 14 октября 2014 года указанный приговор отменён, постановлен новый приговор, которым Т. осуждён по ч.3 ст. 159 УК РФ к одному году трём месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Как следует из постановления о привлечении в качестве обвиняемого, Т. предъявлено обвинение в том, что он в период времени с 10 января 2013 года по 26 сентября 2013 года, будучи депутатом Собрания Поронайского городского округа, занимая должность заместителя председателя указанного Собрания, путем злоупотребления доверием похитил денежные средства в сумме 200 000 рублей, принадлежащие И. и И.В., его действия квалифицированы по ч.3 ст.159 УК РФ.

Суд первой инстанции счёл, что действия осуждённого подлежат квалификации по ч.1 ст.159 УК РФ, так как, по мнению суда, признак совершения мошенничества с использованием служебного положения подтверждения не нашёл.

Приходя к такому выводу, суд не учёл, что Т. путём мошенничества похитил денежные средства, выделенные учредителями ООО «К» - И. и И.В., муниципальному образованию в Поронайский городской округ для празднования 144-летия города Поронайска, и данные денежные средства были переданы Т. именно в связи с занимаемой им должностью заместителя председателя Собрания Поронайского городского округа.

(Дело №22-1573/2014).

Лицу, совершившему преступление в несовершеннолетнем возрасте, наказание в виде обязательных работ может быть назначено на срок, не свыше 160 часов.

Приговором Охинского городского суда от 7 августа 2014 года М. осуждён по п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ к 240 часам обязательных работ.

В апелляционном порядке уголовное дело не рассматривалось.

Постановлением президиума Сахалинского областного суда от 12 декабря 2014 года указанный приговор изменён, размер назначенного осуждённому наказания снижен до 140 часов обязательных работ.

Президиум указал следующее.

Суд первой инстанции пришёл к верному выводу о необходимости назначения М. наказания в виде обязательных работ, которые предусмотрены санкцией ч.2 ст.158 УК РФ. Вместе с тем, назначив несовершеннолетнему осуждённому обязательные работы на срок 240 часов, суд не учёл требования ч.3 ст. 88 УК РФ, согласно которой обязательные работы назначаются несовершеннолетним осуждённым на срок от 40 до 160 часов.

Указанное свидетельствует о неправильном применении судом первой инстанции уголовного закона, повлиявшем на исход дела, и в соответствии с ч.1 ст. 40115 УПК РФ является основанием для изменения приговора.

С учётом наличия иных, кроме несовершеннолетия виновного, смягчающих наказание обстоятельств, президиум пришёл к выводу о назначении М наказания в виде ста сорока часов обязательных работ.

(дело № 44у- 60,61/ 2014).

Выводы суда о виновности осуждённого в совершении преступления могут быть основаны лишь на допустимых доказательствах; при назначении осуждённому, содержавшемуся под стражей до судебного разбирательства основного наказания в виде штрафа суд обязан смягчить назначенное наказание либо освободить осуждённого от отбывания этого наказания.

Приговором Смирныховского районного суда от 6 августа 2014 года Р. осуждён по ч.3 ст. 256 УК РФ к штрафу в размере 200000 рублей, К. осуждён по ч.3 ст. 256 УК РФ к штрафу в размере 250000 рублей.

Апелляционным постановлением Сахалинского областного суда от 13 октября 2014 года указанный приговор изменён по следующим основаниям.

В соответствии с требованиями ч.11 ст.170 УПК РФ в случаях, предусмотренных статьями 115, 177, 178, 181, статьей 183 (за исключением случаев, предусмотренных частью третьей1), частью пятой статьи 185, частью седьмой статьи 186 и статьей 194 УПК РФ, понятые принимают участие в следственных действиях по усмотрению следователя. Если в указанных случаях по решению следователя понятые в следственных действиях не участвуют, то применение технических средств фиксации хода и результатов следственного действия является обязательным. Если в ходе следственного действия применение технических средств невозможно, то следователь делает в протоколе соответствующую запись.

Как усматривается из протокола выемки от 7 декабря 2013 года, при изъятии CD-диска с видеозаписью опросов К. и Р. понятые участия не принимали, технические средства фиксации хода и результатов следственного действия не применялись, соответствующей записи в протоколе о невозможности применения технических средств не имеется. В связи с этим доводы жалобы защитника о том, что указанный протокол выемки от 7 декабря 2013 года составлен, а изъятый в рамках этого следственного действия компакт-диск получен с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства, признаны обоснованными.

Согласно ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований данного Кодекса, являются недопустимыми.

Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания обстоятельств, перечисленных в статье 73 УПК РФ.

В соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ при назначении осуждённому, содержавшемуся под стражей до судебного разбирательства, в качестве основного наказания штрафа суд, учитывая срок содержания под стражей, смягчает назначенное наказание или полностью освобождает его от отбывания этого наказания.

29 июля 2014 года мера пресечения в отношении Р. изменена с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу.

6 августа 2014 года при провозглашении приговора Р. освобождён из-под стражи в зале суда в связи с отменой меры пресечения в виде заключения под стражу.

Таким образом, Р. находился под стражей с 29 июля по 6 августа 2014 года, то есть 9 дней.

Р. назначено наказание в виде штрафа в размере 200 000 рублей. Однако суд, назначив осуждённому, содержавшемуся под стражей до судебного разбирательства, в качестве основного наказания штраф, не разрешил вопрос о смягчении назначенного ему наказания.

Наличие в описательно-мотивировочной части приговора указания на определение Р. размера штрафа с учётом срока его содержания под стражей не свидетельствует о выполнении судом требований ч.5 ст. 72 УК РФ, поскольку данная норма материального права предусматривает смягчение штрафа или полное освобождение от его отбывания лишь после назначения данного вида наказания.

В связи с чем суд апелляционной инстанции исключил из приговора ссылку как на доказательство виновности осуждённых на протокол выемки от 7 декабря 2013 года CD-диска с видеозаписью опросов К. и Р., а также на указанное вещественное доказательство; на основании ч.2 ст. 72 УК РФ учитывая срок содержания Р. под стражей с 29 июня по 6 августа 2014 года, смягчил назначенное Р. наказание в виде штрафа до 150000 рублей.

(дело №22-1642/2-14)

Назначение осуждённой несправедливого вследствие чрезмерной мягкости наказания повлекло изменение приговора.

Приговором Южно-Сахалинского городского суда от 18 августа 2014 года К. осуждена по ч.1 ст. 109 УК РФ к одному году исправительных работ с удержанием из заработной платы 15% в доход государства; в соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком один год.

Апелляционным постановлением Сахалинского областного суда от 15 октября 2014 года указанный приговор изменён по следующим основаниям.

Согласно п.4 ч.1 ст.38915, ч.2 ст. 38918 УПК РФ основанием для отмены или изменения приговора в апелляционном порядке является его несправедливость; несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осуждённого, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьёй Особенной части УК РФ, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости.

В соответствии со ст. ст.6, 60 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым; при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и условия жизни его семьи. При этом степень общественной опасности содеянного определяется обстоятельствами содеянного (степенью осуществления преступного умысла, способом совершения преступления, размером вреда или тяжестью наступивших последствий и др.).

По настоящему делу указанные требования закона судом должным образом не выполнены, что повлекло назначение осуждённой наказания, явно несправедливого вследствие его чрезмерной мягкости.

Суд первой инстанции при назначении К. наказания признал смягчающими наказание осуждённой обстоятельствами её активное способствование раскрытию преступления, наличие на иждивении малолетнего ребёнка, данные о личности осуждённой, положительно её характеризующие, а также признание своей вины, раскаяние в содеянном и при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств применил правила ч.1 ст.62 УК РФ.

Мотивируя назначение осуждённой наказания с применением положений ст.73 УК РФ, суд сослался на то, что ранее она не судима, имеет постоянное место жительства, работает, характеризуется положительно, имеет на иждивении малолетнего ребёнка.

Вместе с тем, приходя к указанным выводам, суд не в полной мере оценил характер и степень общественной опасности содеянного К., данные о её личности, подтверждённые материалами дела сведения о наличии обстоятельств, отнесённых законодателем к отягчающим наказание.

Так, в соответствии с п.«з» ч.1 ст.63 УК РФ и п.1.1 ст.63 УК РФ отягчающими наказание обстоятельствами признаются совершение преступления в отношении малолетнего, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя.

Судом установлено, что 20 мая 2014 года К., находясь в состоянии алкогольного опьянения, действуя в нарушение своих родительских обязательств и проявив преступную небрежность в обращении с малолетним ребёнком, взяла в руки спящую в детской кроватке свою дочь, положила её на диван, легла с ребёнком рядом, накрыла себя и дочь одеялом, после чего уснула. Во время сна К. произвела однократное продолжительное сдавление своим телом грудной клетки и живота малолетней дочери, причинив ей телесное повреждение в виде механической асфиксии, квалифицируемое как причинившее тяжкий вред здоровью, отчего наступила смерть ребёнка. Перед этим К. добавила в бутылочку с детской смесью вещество, содержащее этиловый алкоголь, накормила полученной смесью свою малолетнюю дочь, тем самым ввела её в состояние алкогольного опьянения лёгкой степени, в котором ребёнок находился в момент причинения телесного повреждения.

Однако, установив факт совершения К. преступления в отношении малолетней (двухмесячной) дочери и в состоянии алкогольного опьянения, вызванного употреблением алкоголя, суд, вопреки положениям ст.63 УК РФ, данные отягчающие наказание обстоятельства фактически не учёл и отягчающими наказание осуждённой не признал, что, помимо прочего, повлекло необоснованное применение при назначении К. наказания положений ч.1 ст. 62 УК РФ.

С учетом требований ст.43 УК РФ, в соответствии с которыми наказание должно быть соразмерно содеянному, соответствовать принципу социальной справедливости, целям исправления осужденных и предупреждению совершения ими новых преступлений, а также с учетом характера, фактических обстоятельств и общественной опасности содеянного осуждённой, наличия отягчающих её наказание обстоятельств, необоснованным является и вывод суда о возможности исправления осуждённой без реального отбывания наказания.

Суд апелляционной инстанции признал обстоятельствами, отягчающими наказание К., совершение ею преступления в отношении малолетнего лица, а также в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя; исключил из приговора указание на применение при назначении К. наказания положений ч.1 ст. 62 УК РФ, назначил К. по ч.1 ст. 109 УК наказание в виде одного года лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении.

(Дело №22-1647/2014).

В особом порядке, предусмотренном главой 40 УПК, уголовное дело может быть рассмотрено только при отсутствии к тому возражений потерпевшего, которому должна быть предоставлена надлежащая возможность высказать мнение по указанному вопросу.

Приговором Холмского городского суда от 24 июня 2014 года С. осуждён по ч.1 ст. 111 УК РФ к двум годам десяти месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением Сахалинского областного суда от 24 сентября 2014 года указанный приговор отменён, уголовное дело направлено на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда по следующим основаниям.

В соответствии со ст.6 УПК РФ уголовное судопроизводство имеет своим назначением защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений; защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения её прав и свобод. При этом в соответствии с ч.1 ст. 11 УПК РФ суд обязан разъяснять обвиняемому, потерпевшему и другим участникам уголовного судопроизводства их права, обязанности, ответственность, обеспечить возможность осуществления этих прав.

Исходя из принципа равенства сторон, предусмотренного ст.244 УПК РФ, потерпевший пользуется равными со стороной защиты правами при судебном разбирательстве уголовного дела.

Согласно ст.ст.314 и 316 УПК РФ суд вправе постановить приговор без проведения судебного разбирательства в особом порядке принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением, если придёт к выводу о том, что обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, и если по делу соблюдены иные необходимые для этого условия.

К таким условиям закон относит осознание подсудимым характера и последствий заявленного ходатайства, отсутствие оснований для прекращения уголовного дела, а также соблюдение порядка заявления и рассмотрения ходатайства о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства, в частности, выяснение мнения потерпевшего по поводу рассмотрения уголовного дела в особом порядке.

Указанные требования закона судом по настоящему делу не выполнены.

Из материалов дела следует, что 18 июня 2014 года потерпевший Б. посредством телефонной связи извещался о дате судебного заседания, однако в соответствии со справкой, представленной ГКУЗ Сахалинская областная психиатрическая больница №2, в период с 17 июня 2014 года по 10 июля 2014 года Б. находился на лечении в данном медицинском учреждении и в соответствии с правилами внутреннего распорядка медучреждения, использование пациентами мобильных телефонов в отделениях запрещено.

Придя к выводу о возможности применения особого порядка принятия судебного решения, суд не учёл, что последствия рассмотрения уголовного дела в особом порядке, предусмотренные ст.316 УПК РФ, потерпевшему Б. разъяснялись только на стадии предварительного следствия, судом согласие на особый порядок судопроизводства у него не получено, поскольку тот в судебном заседании не участвовал, сведения о его надлежащем извещении отсутствуют. При таких обстоятельствах у суда не имелось оснований для рассмотрения дела в особом порядке судебного разбирательства.

(Дело №22-1477/2014)

Суд необоснованно возвратил уголовное дело прокурору в установленном ст. 237 УК РФ порядке, посчитав, что обвиняемому предъявлено обвинение в совершении преступления, уголовное дело по которому не возбуждалось.

Постановлением Корсаковского городского суда от 8 августа 2014 года уголовное дело по обвинению М. в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст. 291.1 УК РФ, возвращено Сахалинскому транспортному прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Апелляционным постановлением Сахалинского областного суда от 22 сентября 2014 года указанное постановление суда первой инстанции отменено, уголовное дело направлено на новое рассмотрение со стадии назначения судебного заседания в тот же суд по следующим основаниям.

Согласно ч.1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения или акта.

При этом согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 года №18-П, уголовное дело может быть возвращено прокурору при наличии существенных процессуальных нарушений, являющихся препятствием для рассмотрения дела, которое суд не может устранить самостоятельно, и которое, как повлекшее лишение или стеснение гарантируемых законом прав участников уголовного судопроизводства, исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора и фактически не позволяет суду реализовать возложенную на него Конституцией Российской Федерации функцию осуществления правосудия.

Так, суд первой инстанции в качестве нарушения уголовно-процессуального закона, неустранимого при разбирательстве уголовного дела судом, а потому препятствующего вынесению судом приговора либо иного решения по делу, счёл возбуждение уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 159 УК РФ, и предъявление обвинения в рамках этого уголовного дела М. по ч.5 ст. 291.1 УК РФ.

В соответствии с ч.1 ст. 146 УПК РФ при наличии повода и основания, предусмотренных ст. 140 УПК РФ, следователь в пределах компетенции, установленной УК РФ, возбуждает уголовное дело, о чём выносит соответствующее постановление.

Согласно ч.1 ст. 156 УК РФ предварительное расследование начинается с момента возбуждения уголовного дела.

В соответствии с ч.1 ст. 171 УПК РФ при наличии достаточных доказательств, дающих основания для обвинения лица в совершении преступления, следователь выносит постановление о привлечении данного лица в качестве обвиняемого.

Из неоднократно высказанных Конституционным Судом РФ правовых позиций следует, что установление того, является ли вновь обнаруженное преступное деяние составной частью события преступления, по которому ранее уже было возбуждено уголовное дело, или оно образует самостоятельное событие преступления, по признакам которого должно быть возбуждено новое уголовное дело, относится к компетенции правоприменительных органов (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 октября 2008 года N 600-О-О, от 20 октября 2011 года N 1386-О-О и от 24 декабря 2012 года N 2242-О, №1296-О от 24 сентября 2013 года).

Из постановления о возбуждении уголовного дела следует, что данное дело возбуждено по следующему событию: «в феврале 2013 года в отношении З. сотрудниками УФСКН России по Сахалинской области возбуждено уголовное дело по факту совершения последним преступления, предусмотренного ч.4 ст. 228.1 УК РФ. В апреле 2013 года к З. обратился оперуполномоченный отдела МВД России на транспорте М., пообещав за денежное вознаграждение решить вопрос о переквалификации деяния З. с ч.4 ст. 228.1 УК РФ на ч.2 ст. 228.1 УК РФ. 16 апреля 2013 года М., находясь в автомобиле, получил от З., введённого в заблуждение относительно возможности М. повлиять на ход и результаты расследования уголовного дела в отношении З., денежные средства в размере 100000 рублей».

28 января 2014 года заместителем руководителя Сахалинского следственного отдела на транспорте Дальневосточного следственного управления на транспорте Следственного комитета РФ М. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст. 291.1 УК РФ, при следующих обстоятельствах: 8 февраля 2013 года следственным отделом Управления ФСКН по Сахалинской области в отношении З. возбуждено уголовное дело по признакам составов преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 30, п. «г» ч.4 ст. 228.1, п. «г» ч.4 ст. 228.1, ч.1 ст. 228, ч.2 ст. 228, ч.2 ст. 228, ч.2 ст. 228 УК РФ. Располагая данной информацией, в период времени с 19 февраля по 20 февраля 2013 года к З. обратился ранее знакомый ему М., проявляя интерес к ходу и результатам расследования уголовного дела в отношении З. В период времени с 20 февраля по 25 февраля 2013 года у М. возник преступный умысел, направленный на предложение посредничества во взяточничестве. С целью реализации данного преступного умысла в указанный период времени М., находясь в районе стадиона, устно предложил З. выступить посредником в передаче через него денежных средств в сумме 250000 рублей в качестве предмета взятки должностному лицу УФСКН России по Сахалинской области, которое может повлиять на ход и результаты расследования уголовного дела, а именно на переквалификацию деяния З. по данному уголовному делу на менее тяжкий состав преступления, заверив З. о достигнутой с данным должностным лицом УФСКН России по Сахалинской области предварительной договорённости. 12 апреля 2013 года М., находясь в районе стадиона, продолжая реализовывать свой преступный умысел, направленный на предложение посредничества во взяточничестве, подтвердил З., что за денежное вознаграждение должностному лицу УФСКН России по Сахалинской области последний сможет решить вопрос о переквалификации деяний последнего по уголовному делу на менее тяжкий состав преступления. 16 апреля 2013 года М., находясь в автомобиле, в соответствии с достигнутой договорённостью, получил от последнего, действующего в условиях оперативно-розыскного мероприятия, денежные средства в сумме 100000 рублей для дальнейшей передачи должностному лицу УФСКН России по Сахалинской области, не осведомлённому о преступном намерении М., в качестве взятки за переквалификацию деяний З. по уголовному делу на менее тяжкий состав преступления.

Таким образом, очевидно, что уголовное дело возбуждено, и обвинение М. предъявлено исходя из одного события преступления. Деяние, вменённое в вину М., вновь обнаруженным преступлением фактически не является.

Возбуждение уголовного дела является начальным этапом предварительного расследования уголовного дела. Именно в ходе расследования выясняются детали преступления, в том числе и его надлежащая юридическая оценка. В связи с чем изменение юридической оценки деяния в ходе производства предварительного расследования не только не запрещено, но прямо предусмотрено уголовно-процессуальным законом.

(Дело №22-1562/2014)

Уголовно-процессуальный закон не предусматривает возможность восстановления срока на обжалование судебных решений, вступивших в законную силу до 1 января 2013 года, в порядке, установленном главой 48 УПК РФ.

Постановлением Смирныховского районного суда от 3 сентября 2014 года Ф. отказано в удовлетворении ходатайства о восстановлении пропущенного срока на обжалование приговора Смирныховского районного суда от 17 марта 2008 года, кассационного определения судебной коллегии по уголовным делам Сахалинского областного суда от 21 мая 2008 года и постановления президиума Сахалинского областного суда от 23 января 2009 года.

Апелляционным постановлением Сахалинского областного суда от 22 октября 2014 года указанное постановление суда отменено, производство по ходатайству осуждённого о восстановлении срока на подачу надзорной жалобы прекращено по следующим основаниям.

В соответствии с ч.5 ст. 3 Федерального закона от 29 декабря 2010 года №433-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» пересмотр вступивших в законную силу судебных решений в порядке, установленном главами 47.1 и 48.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона), осуществляется в отношении приговоров, определений и постановлений суда, вступивших в законную силу после дня вступления в силу настоящего Федерального закона; пересмотр судебных решений, вступивших в законную силу до 1 января 2013 года, осуществляется в порядке, установленном главой 48 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона). Лица, перечисленные в статье 402 указанной главы, которые не воспользовались правом на обжалование в порядке надзора судебных решений, вступивших в законную силу до 1 января 2013 года, либо осуществили его не в полном объеме, вправе обжаловать такие судебные решения в срок до 1 января 2014 года.

Соответствие указанного законоположения требованиям Конституции Российской Федерации проверялось Конституционным Судом Российской Федерации, которым в Определении от 22 апреля 2014 года №882-О изложена следующая правовая позиция.

Часть 5 статьи 3 Федерального закона от 29 декабря 2010 года N 433-ФЗ (в редакции Федерального закона от 23 июля 2013 года N 217-ФЗ), предусматривая, что пересмотр вступивших в законную силу судебных решений в порядке, установленном главами 47.1 и 48.1 УПК Российской Федерации, осуществляется в отношении приговоров, определений и постановлений суда, вступивших в законную силу после дня вступления в силу этого Федерального закона, не устанавливает и не отягчает уголовную ответственность. Данная норма, согласуясь с общим принципом действия закона во времени, конкретизированным статьей 4 УПК Российской Федерации, направлена на обеспечение правовой определенности и стабильности закона и сама по себе права граждан не затрагивает.

Пересмотр же судебных решений, вступивших в законную силу до 1 января 2013 года, осуществляется согласно части 5 статьи 3 Федерального закона от 29 декабря 2010 года N 433-ФЗ в порядке, установленном главой 48 УПК Российской Федерации (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу этого Федерального закона). Распространение на лиц, перечисленных в статье 402 указанной главы, которые не воспользовались правом на обжалование в порядке надзора судебных решений, вступивших в законную силу до 1 января 2013 года, либо осуществили его не в полном объеме, права обжаловать такие судебные решения в срок до 1 января 2014 года направлено на обеспечение их права на пересмотр судебных решений - с учетом особенностей его реализации, связанных с изменением порядка такого пересмотра.

Вводя новое правовое регулирование апелляционного, кассационного и надзорного производства по уголовным делам и устанавливая порядок вступления в силу Федерального закона от 29 декабря 2010 года N 433-ФЗ, федеральный законодатель не вышел за пределы своих полномочий. При этом введение нового правового регулирования само по себе не может рассматриваться как нарушающее правовое равенство между теми лицами, которые были участниками правоотношений по ранее действовавшему законодательству, и лицами, являющимися участниками правоотношений, регламентированных вновь принятыми правовыми нормами. Иное исключало бы возможность реализации закрепленного в статье 71 (пункты "а", "о") Конституции Российской Федерации полномочия федерального законодателя по изменению законов, в том числе в области уголовно-процессуального законодательства (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2013 года N 2016-О, от 22 января 2014 года N 120-О и N 129-О, от 20 февраля 2014 года N 415-О и др.).

Кроме того, вступившие в законную силу приговор, определение и постановление суда могут быть отменены и производство по уголовному делу возобновлено ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств в порядке, предусмотренном главой 49 УПК Российской Федерации. Такой пересмотр в том числе обвинительного приговора ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств в пользу осужденного, выступающий в системе действующего уголовно-процессуального регулирования в качестве дополнительного способа обеспечения правосудности судебных решений, в силу указания части первой статьи 414 данного Кодекса никакими сроками не ограничен.»

Таким образом, законодателем определён срок, до которого возможно было подавать жалобы на вступившие в законную силу до 1 января 2013 года судебные решения для рассмотрения их в процедуре, предусмотренной главой 48 УПК РФ. Возможность восстановления указанного срока законом не предусмотрена.

(дело №22-1724/2014).

Судебная практика по гражданским делам.

  1   2


База данных защищена авторским правом ©ekonoom.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница