Богодухновенность Писания А. Определение




страница1/7
Дата29.04.2016
Размер1 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7
Богодухновенность Писания
А. Определение
Среди тех, кто принимает Библию как Божье слово, есть разногласие по поводу степени ее богодухновенности, т.е. каждое ли слово в Библии от Бога или нет? Ответ на этот вопрос оказывает сильное влияние как на наше понимание Библии, так и на наше понимание доктрин, основанных на ней.

Начнем с разных определений концепции богодухновенности. Христианский богослов Карл Генри написал:


«Богодухновенность – это сверхъестественное влияние на Божьих избранных пророков и апостолов, посредством которого Дух Божий обеспечивает истинность и достоверность их устных провозглашений и написанных произведений».1
Б. Б. Варфилд предлагает похожее определение:
«Богодухновенность, таким образом, обычно определяется как сверхъестественное влияние, оказываемое на священных писателей Духом Божьим, в силу которого их писания являются достоверно божественно данными».2
Приведенные выше определения отображают так называемый консервативный евангельский взгляд на Священное Писание, т.е. что оно полностью богодухновенно.

Рассмотрим различные взгляды на характер Священного Писания с точки зрения его богодухновенности. Согласно консервативному евангельскому взгляду Библия является дословно Божьим словом. Но в то же время признается, что стиль, запас слов и намерения человеческого автора сохраняются. Другими словами, библейские писатели написали свои труды в соответствие со своим мышлением и своими целями, но Бог руководил этим процессом таким образом, что библейские писатели написали точно то, что Бог хотел, чтобы они написали. Другой взгляд – фундаментализм – тоже утверждает, что Библия является дословно Божьим словом. Но в отличие от консервативного евангельского взгляда предполагается, что библейские писатели писали под диктовку Духа Святого. Третий взгляд – это ортодоксальный. Здесь считается, что Библия дословно является Божьим Словом, но верно истолковывать его может только Церковь.



Умеренный евангельский взгляд состоит в том, что Библия является Божьим словом только частично. Библия всегда верна, когда дело касается духовных или религиозных вопросов. А в научных или исторических вопросах Библия не всегда верна. Богодухновенность не распространяется до степени безошибочности в научных или исторических делах. Либерализм утверждает, что Библия – это не слово от Бога, а слово о Боге. Она содержит мнения религиозных мыслителей относительно Божьей природы и Его плана. Далее, согласно неоортодоксальному взгляду Библия становится Божьим словом тогда, когда Дух Святой оживляет его в сердце верующего. Наконец, можно говорить о крайнем харизматическо-пятидесятническом взгляде. Согласно ему Библия дословно является Божьим словом, но Бог все еще открывает Себя особо избранным людям сегодня, писания которых авторитетны настолько же, как сама Библия.
Б. Механизм
В поисках понимания смысла богодухновенности нужно рассмотреть вопрос механизма богодухновенности. Вопрос состоит в том, каким образом Бог вдохновил библейских писателей. В связи с этим интересно заметить, что слово, переведенное в русском переводе словом «богодухновенно», – это θεόπνευστος (теопнюстос), которое буквально означает «Бог выдыхает». Итак, Варвилд говорит: Писание – это «продукт творческого выдыхания Бога».3 Слово θεόπνευστος находится во 2 Тим. 3:16, где написано: «Все Писание богодухновенно».

Вопрос в том, на что распространяется Божье «выдыхание», т.е. Его вдохновение? Другими словами, в процессе богодухновенности что оказывается под воздействием Духа Святого? Сам человек? Его мысли? Или его слова? Сначала нужно признать, что Бог вдохновил особо избранных людей, т.е. библейских писателей. К тому же, воздействие Духа касалось и их ума, чтобы их мысли соответствовали Божьим помыслам.

Теперь нужно доказать, что богодухновенность распространяется не только на мысли библейских авторов, но и на их слова. Богодухновенность не означает, что библейские писатели, получив Божьи мысли, выражали эти мысли своими собственными словами, а означает, что Бог руководил так же и выбором их слов, чтобы каждое слово, написанное ими, было от Него. Если бы Бог вдохновил всего лишь писателя, то могло бы случиться то, что предположил Поднюк: «Если бы вдохновлены были только писатели, можно было бы предположить, что их писания загрязнены соприкосновением с их собственными примитивными воззрениями».4

Теория, что богодухновенность распространяется на выбор слов в тексте, называется теорией «вербальная богодухновенность». Библия поддерживает такое понимание. Павел, например, написал: «Все Писание богодухновенно» (2 Тим. 3:16). Заметьте, что Павел приписывает богодухновенность не писателям Библии, а самим словам, написанным ими. Подобным образом Иисус заявил: «Не может нарушиться Писание» (Ин. 10:35), т.е. слова Писания. Павел говорит об Израиле, что ему было вверено «слово Божье» (Рим. 3:2). Снова подчеркивается мысль, что сами слова от Бога. Далее, при исследовании Нового Завета обнаруживается, что новозаветные писатели принимали всерьез все слова, написанные в Ветхом Завете.

Ветхий Завет, на самом деле, записывает Божью речь.5 Другими словами, Бог выражал Себя в словах. Пророки служили устами Божьими, дословно предавая Божью речь. Ведь по всему Ветхому Завету встречается формулировка: «так говорит Яхве». Также имеет значение и то, что описано несколько случаев, где Бог повелел пророкам написать Его откровение (Исх. 34:27; Ис. 8:1; 30:8; Иер. 36:28; Иез. 43:11; Авв. 2:2). Значит, не только мысли пророков важны, но и сами слова. Также встречаются случаи, когда было запрещено либо добавлять слова к тексту, либо отнимать их из текста (Втор. 4:2; Иер. 26:2; Откр. 22:18-19). Снова мы видим, что упор делается на слова Писания – слова обязательно надо сохранять без изменения или искажения.6

Также интересно отметить взаимозаменяемость выражений «Бог говорит» и «Писание говорит», что указывает на то, что слова Писания – это слова Самого Бога, а не только лишь человеческие слова. Сравнивая Быт. 12:1-3 с Гал. 3:8 узнаем, что слова, приписанные Богу в Быт. 12:1-3, приписаны «Писанию» в Гал. 3:8. То же самое наблюдается при сравнении Исх. 9:13-16 с Рим. 9:17 и Пс. 2:7 с Деян. 13:33. Значит, слова Писания – это слова Бога. В обратном случае, слова Писания, написанные Моисеем в Быт. 2:23-24, приписаны Богу в Мф. 19:4-5. То же самое встречается при сравнении Пс. 2:1 с Деян. 4:24-25 и Пс. 94:7 с Евр. 3:7.7

Если богодухновенность распространяется даже на выбор слов, то тогда возникает вопрос, каково участие человеческих авторов в написании Священного Текста? Как уже было сказано, учение «фундаментализма» считает, что Дух Святой диктовал библейским писателям то, что они должны были писать. Мы можем частично согласиться с этим предположением. Диктовка происходила именно в тех случаях, когда Бог напрямую говорил людям или через них, в частности, когда Бог дал закон Моисею и когда Он дал пророкам их послания. Но в других случаях лучше говорить не о диктовке, а о сотрудничестве между божественным и человеческим авторами. Для описания данного явления будем использовать термин «соотношение».8

Термин «соотношение» относится к тому, что Бог вдохновил человеческого автора таким образом, что в своем труде он использовал свой обычный стиль писания и запас слов, осознавал исторические обстоятельства своего адресата и написал свой труд с определенным намерением для осуществления конкретной цели. Но при этом Бог руководил процессом написания до такой степени, что каждое слово, написанное библейским писателем, было точно тем, что Бог хотел, чтобы он написал.

Можно выдвинуть следующие обоснования в пользу понятия «соотношение» как механизма богодухновенности. Во-первых, Лука известил, что до написания своего Евангелия он провел исследование жизни и служения Иисуса (Лк. 1:1-3). Значит, он не написал свое Евангелие под диктовку Духа, а пользовался результатами своего исследования. Далее, в нескольких местах Писания авторство библейских стихов приписываются не Богу, а людям. Взглянув на следующие примеры, где слова Священного Писания приписываются не Богу, а людям, можно убедиться в том, что человеческие авторы принимали реальное участие в процессе написания Священного Текста, что соответствует понятию «соотношение»:
- Давид говорит Духом Святым (Мк. 12:26; Деян. 1:16; 4:25);

- Давид «пишет» или «говорит» (Лк. 20:42; Деян. 2:25; Рим. 11:9; Мк. 12:36);

- Исаия «пишет» или «говорит» (Ин. 12:39; Рим. 9:27, 29; Ин. 1:23; Мк. 7:6; Мф. 15:7);

- Бог говорит «через пророков» (Мф. 2:5; 13:35);

- Моисей «пишет» или «говорит» (Рим. 10:5, 19; Мф. 22:24; Мк. 7:10; Деян. 3:22; Мк. 12:19; Лк. 20:28).
Это не значит, что эти стихи не богодухновенны, в них просто подчеркивается сознательное участие человеческого автора в этом процессе.

Богослов Джеймс Пакер хорошо выражает понятие вербальной богодухновенности путем соотношения следующими словами: «Бог действовал посредством деятельности самого писателя таким образом, что с одной стороны их мышление и написание были свободными и спонтанными, но с другой стороны – под Божьим водительством, так что написанное ими было не только их работа, но и Божья».9

Каким именно образом это сотрудничество между Богом-Духом Святым и человеческими авторами осуществилось, остается в тайне.10 Однако, можно рассмотреть несколько моментов, которые могут пролить немного света на этот вопрос. Во-первых, в Ис. 10:5-6 указано, что Бог может использовать человека, который даже не осознает этого. Ассур – это «жезл гнева Божьего» и «бич в Его руке». Но Ассур даже не признавал Бога Израиля.11 Подобным образом, библейские писатели, действующие по принципу «соотношения», были «Божьими устами», даже, может быть, не осознавая этого.

Во-вторых, повторим здесь приведенный в третьей главе пример, касающийся описания плана будущего храма Давидом. В 1 Пар. 28:19, говоря о строении храма, Давид утверждал: «Все сие в письмени от Господа, [говорил Давид, как] Он вразумил меня на все дела постройки». Как уже было доказано, данный стих более верно переводится: «Все сие в письменах от руки Господа на мне, Он вразумил (меня)». Выходит, что «рука Господа», которая в этом контексте символизирует влияние Духа Святого, вдохновила Давида составить план для храма. Давид получил не только мысли от Бога, но Бог вёл его при описании им деталей храма так, что письменные планы Давида имели статус богодухновенности.12

Если считать, что здесь описывается обычный способ вдохновения человека Богом, то нам открывается взгляд на механизм богодухновенности письменной работы. Божье влияние на Давида, и возможно на других святых писателей, распространялось не только на уровень умственного восприятия Его мыслей, но и на их выражение в письменной форме.
В. Степень
Изучив механизм богодухновенности, перейдем к обсуждению степени богодухновенности. Давайте рассмотрим вопрос о том, до какой степени библейские слова богодухновенны? Каждое ли слово в Писании от Бога или не каждое? Учение о том, что все содержание библейских книг является Божьим словом, называется «полной богодухновенностью». Данный взгляд встречается и под другим названием: «безошибочность Писания». Но как можно продемонстрировать, что во всех случаях и во всех отношениях Библия является дословно Божьим Словом? Другими словами, как доказать безошибочность Библии?
1. Защита безошибочности Писания
Часто в защиту доктрины о безошибочности Библии сслыаются на следующие моменты. Хотя они не доказывают полной богодухновенности, они все-таки говорят о том, что Библия – это очень особенная книга. Во-первых, наблюдается единство в учении и мировоззрении между 66-ю разными книгами, составляющими библейский канон. Во-вторых, Библия проявляет удивительную устойчивость. Новый Завет существует уже 2000 лет, а Ветхий Завет – еще дольше и это не смотря на то, что очень много раз Библию пытались уничтожить. В-третьих, Библия является самой популярной и распространенной книгой в истории мира, что свидетельствует о ее особенном характере. Далее, читатели Библии свидетельствуют о внутреннем подтверждении ее подлинности при чтении написанного в ней.

Также последователи библейского учения свидетельствуют о преобразовании жизни при применении в ней принципов Священного Писания. Уникальность Библии проявляется и тем, что она свидетельствует о многих чудесах, сотворенных Богом в подтверждение библейской веры. Далее, Библия содержит много пророчеств, которые уже исполнились на протяжении истории (см. чудесные примеры в Дан. 2:36-45; 9:24-27). Также, Писание предлагает очень высокий моральный стандарт, что может указывать на его божественное происхождение.

Наконец, Библия – это честная книга. Она не пропагандирует, а верно записывает историю Божьего народа, включая в свои повествования и те случаи, когда библейские герои ошиблись или согрешали. Но, тем не менее, вышеуказанные моменты показывают лишь то, что Библия – это особенная книга. Они не доказывают до конца полной богодухновенности или безошибочности Писания.

Исследуя данный вопрос будет полезно рассмотреть его с двух сторон. С одной стороны, если рассмотрим учение Иисуса и Его апостолов о степени богодухновенности Библии, то обнаружим, что они придерживались учения о безошибочности Писания. Но с другой стороны, в Библии замечаются так называемые «феномены». Под «феноменами» имеются в виду приведенные в ней научные и исторические данные, которые либо противоречат светской истории или научному исследованию, либо противоречат друг другу внутри самой Библии. Некоторые даже предполагают, что в Библии есть и неверные доктрины. Мы исследуем эти две стороны вопроса по отдельности.


а) Безошибочность Ветхого Завета

Защиту безошибочности Писания будет полезно разделить на две части – безошибочность Ветхого Завета и безошибочность Нового Завета. Безошибочность Ветхого Завета подтверждается учением Иисуса и апостолов. Но прежде, чем мы будем рассматривать библейские свидетельства по этому поводу, необходимо ответить на несколько возражений относительно употребления учения Иисуса и апостолов для подтверждения богодухновенности Библии.

Первое возражение заключается в том, что употребление Писания в защиту Писания – это круговая аргументация. Нужен ли нам другой источник помимо Библии, чтобы установить верность библейского учения? Дело в том, что на этом этапе мы обращаемся к Новому Завету не как к богодухновенному набору книг, а как к достоверному источнику исторической информации о жизни и служении Иисуса из Назарета.

Основание так смотреть на Новый Завет нам дают следующие моменты. Во-первых, учитывается большое количество и древность новозаветных рукописей, а так же согласованность между ними по содержанию. Во-вторых, во многих случаях новозаветную историю уже подтверждает археология. В-третьих, Новый Завет утверждает, что содержит свидетельства очевидцев тех исторических событий, о которых он повествует.

В-четвертых, по всему Новому Завету мы встречаем ту же самую историю о том, что Иисус и апостолы смотрели на Ветхий Завет, как на достоверный богодухновенный источник. Наконец, даже либеральные богословы, которые во многих отношениях отвергают историчность Нового Завета, не оспаривают новозаветного представления о том, что Иисус и апостолы думали о Ветхом Завете. Либералы обычно оспаривают только сверхъестественные явления в новозаветной истории или эсхатологические аспекты в нем.

По этому поводу Верклер делится результатами своего исследования:


«X. Дж. Кэдберри, профессор Гарвардского университета и один из наиболее радикальных критиков Нового Завета в нашем поколении однажды заметил, что он гораздо более уверен в историческом факте, что Иисус придерживался общего для евреев убеждения о непогрешимости Библии, нежели в том, что Иисус верил в Свое собственное мессианское достоинство. Адольф Гарнак, величайший историк Церкви нового времени, настаивает, что Христос был един со Своими апостолами, евреями и всей Ранней Церковью в том, что считал Библию безупречным авторитетом…. Рудольф Бультман, решительный противник сверхъестественного, но признанный многими крупнейшим специалистом современности по Новому Завету, утверждает, что Иисус разделял общее мнение Своей эпохи о безошибочности Писания».13
Некоторые возражают этому и говорят, что Иисус знал, что Ветхий Завет не полностью богодухновенный, но, снисходя к мнению тогдашних людей, Он не оспаривал этого мнения. Но в ответ на данное возражение необходимо принять во внимание тот факт, что нигде не написано, что либо у Иисуса, либо у Его учеников было другое мнение на этот счет. Если учение Иисуса о Ветхом Завете представляет собой снисхождение с Его стороны, то где же тогда написано Его реальное понимание этого вопроса? Даже когда Иисус был наедине, искушаемый дьяволом в пустыне, он обращался к Ветхому Завету, как к Божьему Слову. Также надо учитывать, что Иисус не стеснялся оспаривать неверные взгляды, выдвигаемые в то время, например такие, как вопрос о храмовом порядке и вопрос о дозволенной деятельности в субботу.

В этом отношении Варфилд правильно говорит, что неразумно предполагать, что учение Иисуса и апостолов (на счет Писания или любого вопроса) верно только тогда, когда оно отличается от тогдашнего общепринятого мнения. Но не может ли быть так, что порой учение Иисуса и фарисеев совпадали?14 Более того, Варфилд пишет: «Адаптировать преподавание истины для лучшей восприимчивости учеников – это одно дело, а принимать ошибки за то, чему нужно учить – вообще совсем другое дело».15

Третье возражение звучит так: Иисус и Его ученики сами придерживались неверного понимания безошибочности Ветхого Завета. Но такая позиция весьма неправдоподобна. Иисус, будучи Богом, не может ошибаться в Своем понимании характера Божьего Слова. Даже тот факт, что Иисус стал человеком, не делает данную позицию более убедительной. Когда Иисус в Своей ограниченности как человек о чем-нибудь не знал, например, о времени Своего второго пришествия, Он это открыто признавал.

Далее, ограниченность Иисуса как человека не обязательно приводит к допущению ошибки. Все то, что Иисус знал, Он знал точно и верно.16 Более того, Иисус о Себе свидетельствовал, что всегда говорил истину (Ин. 8:45-46). Наконец, если в вопросе богодухновенности Писания Иисус ошибся, то, может быть, Он ошибся и в Своем понимании Божьего плана спасения.17 В таком случае мы лишаемся уверенности в нашем спасении.

Есть еще возражение, что Иисус ссылался на ветхозаветную историю всего лишь с целью иллюстрации Своего учения, но на самом деле не верил в историчность Ветхого Завета. Но Верклер правильно отвечает, что аргументы Иисуса становились намного сильнее, если он говорил о реальных исторических фактах.18 Отрицание же историчности Ветхого Завета сделало бы Его доводы бессмысленными. Например, если не существовали Авраам, Исаак или Иаков (т.е. если они всего лишь персонажи легенды), то как Иисус, ссылаясь на Исх. 3:6, смог бы доказать воскресение мертвых? Или как можно побудить непокорные города к покаянию, если на самом деле не будет того, что «Ниневитяне восстанут на суд с родом сим и осудят его» (Мф. 12:41)?

Наконец, некоторые полагают, что в Евангелиях дается не истинная картина Самого Иисуса, а легенды и представления о Нем, созданные Ранней Церковью. Но для того, чтобы убедиться в историчности новозаветной истории, обратитесь к 15-ой главе «Высшая критика». Верклер пишет: «Гораздо более вероятно, что Иисусово понимание и использование Писаний обусловило понимание и использование Писаний авторами Евангелий, а не наоборот».19 Также примем к сведению, что все Евангелисты пишут то же самое об отношении Иисуса к Писанию.

Ответив на возражения относительно употребления учения Иисуса и апостолов для подтверждения богодухновенности Библии, мы готовы выяснить, как именно Иисус и апостолы смотрели на Ветхий Завет. В Новом Завете обнаруживается, что Иисус и Его ученики часто говорили о Ветхом Завете, как о Божьем Слове (Мф. 4:4; Мк. 7:13; Рим. 3:2; 9:6; Евр. 4:12; 5:12) или как о Божьей речи (Деян. 1:16; 3:18, 21; 4:25; 13:35).20 Далее, они полностью поддерживали учение Ветхого Завета. Посмотрите на несколько примеров:
- Закон в общем (Мф. 5:17);

- Десять заповедей (Мк. 10:19);

- заповедь о любви (Лк. 10:26-27);

- церемония для очищения прокаженного (Мк. 1:44);

- храм, как место для молитвы (Мк. 11:17);

- порядок в браке (Мк. 10:6-7);

- воскресение мертвых (Мк. 12:26);

- много свидетелей (Мф. 18:16);

- уважение к родителям (Мк. 7:10).
Также Иисус и апостолы принимали ветхозаветную историю за истину. Нет ни одного случая, когда они выразили бы сомнение в истинности ветхозаветной истории. Посмотрите на несколько примеров:21
- Иона и рыба (Мф. 12:40);

- разрушение Богом Содома и Гоморры (Мф. 11:23; Иуд. 7);

- Адам и Ева (Мф. 19:4-6; Рим. 5:12; 1 Тим. 2:13-14);

- потоп во времена Ноя (Лк. 17:26; 2 Пет. 3:6; Евр. 11:7);

- сатана (Мк. 3:23-25; Еф. 4:27);

- Авраам, Исаак, Иаков (Мк. 12:26; Рим. гл. 9; Лк. 3:34);

- змей Моисея в пустыне (Ин. 3:14);

- жена Лота слала соляным столпом (Лк. 17:32);

- Иов (Иак. 5:11);

- разрушение Иерихона (Евр. 11:30);

- разделение Чермного моря (Евр. 11:29; 1 Кор. 10:1-2);

- творение (Ин. 1:3; Кол. 1:16);

- манна и вода в пустыне (1 Кор. 10:3-5);

- трое евреев брошены в печь (Евр. 11:34);

- Даниил брошен в львиный ров (Евр. 11:33);

- Илия молится о дожде (Иак. 5:17).


В дополнение к этому Иисус и Его ученики ожидали исполнения ветхозаветных пророчеств (Мф. 26:54; Ин. 5:39; Лк. 24:44; Деян. 2:17, 25, 34; 3:22, 25). Павел заявил, что он верит «всему, написанному в законе и пророках» (Деян. 24:14).22

Особенно важен следующий момент. Три раза в Новом Завете Иисус или апостол Павел основывал свои аргументы только на одном слове из текста, что нельзя сделать, если богодухновенность не относится к каждому слову ветхозаветных писаний. Аргумент, основанный на одном слове, имеет силу только тогда, когда писатель уверен на сто процентов, что каждое слово в тексте является Божьим богодухновенным словом.


«Я (есмь) Бог Авраама, и Бог Исаака, и Бог Иакова? Бог не есть Бог мертвых, но живых» (Мф. 22:32).
В Мф. 22:32 Иисус доказывает саддукеям, что будет воскресение мертвых. Употребление глагола настоящего времени, т.е. «есть», указывает на то, что Бог все еще остается Богом Авраама, Исаака и Иакова, т.е. для Него они живы. Если бы стояло слово «был», то стих не поддержал бы доктрину о воскресении мертвых. Весь аргумент Иисуса зиждется на одном слове.
«Сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих? Итак, если Давид называет Его Господом, как же Он сын ему?» (Мф. 22:44)
Здесь Иисус ссылается на слова Давида, который в свое время назвал своего будущего сына «Господом». Далее, Иисус доказывает: «Итак, если Давид называет Его Господом, как же Он сын ему?». Опять, аргумент Иисуса зависит от одного слова, от слова «Господь».
«Но Аврааму даны были обетования и семени его. Не сказано: и потомкам, как бы о многих, но как об одном: и семени твоему, которое есть Христос» (Гал. 3:16)
В этом стихе Павел доказывает, что семя Авраама – это Иисус. Он обращается к Божьему обетованию Аврааму, которое так же унаследует и его «семя». Павел усматривает в употреблении слова «семя» в единственном числе указание на Иисуса, как на наследника обетования Авраама.

Примечательно, что хотя в Новом Завете наблюдается изменение в применении Ветхого Завета к верующим во Христа (напр. Деян. 15:19-21), новозаветные писатели все же полностью поддерживают и защищают его истинность и богодухновенность. Изменение в применении Ветхого Завета к Церкви никак не повлияло на их мнение о его духовном качестве.23

Далее рассмотрим несколько особенных мест, которые сильно поддерживают полную безошибочность Ветхого Завета.
- «Ибо истинно говорю вам: доколе не прейдет небо и земля, ни одна йота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все» (Мф. 5:18).

- «Если Он назвал богами тех, к которым было слово Божие, и не может нарушиться Писание» (Ин. 10:35).

- «Освяти их истиною Твоею; слово Твое есть истина» (Ин. 17:17).

- «Все Писание богодухновенно и полезно для научения, для обличения, для исправления, для наставления в праведности» (2 Тим. 3:16).

- «Никакого пророчества в Писании нельзя разрешить самому собою. Ибо никогда пророчество не было произносимо по воле человеческой, но изрекали его святые Божии человеки, будучи движимы Духом Святым» (2 Пет. 1:20-21).

По поводу Мф. 5:18 и Ин. 10:35 некоторые возражают, что в этих местах речь идет не о безошибочности Писания, а о его авторитете. Но Файнберг правильно отвечает, что авторитет Писания зависит от его качества, т.е. от его безошибочности.24 Также возражают, что в Мф. 5 Иисус не уважает, а изменяет закон Моисея. Но здесь надо учитывать, что Иисус никогда не говорил, что закон Моисея не от Бога. Просто изменяется его применение. Наконец, некоторые думают, что в Ин. 10:35 ради аргумента Иисус просто допускает, что «не может нарушиться Писание», но в действительности так не верит. Но то, что у Него было именно такое мнение, нигде в тексте не указано.25

Особое внимание уделим последним двум текстам: 2 Тим. 3:16 и 2 Пет. 1:20-21. По Синодальному переводу 2 Тим. 3:16 читается: «Все Писание богодухновенно и полезно для научения, для обличения, для исправления, для наставления в праведности». Выделим несколько ключевых фраз в этом стихе для более подробного разбора.

Фраза πᾶσα γραφὴ θεόπνευστος καὶ ὠφέλιμος переводится «Все Писание богодухновенно и полезно». Обратим внимание на слово πᾶσα. Когда это прилагательное стоит без артикля и определяет существительное, также не имеющее артикля, то оно обычно переводится словом «всякий» как, например, в Мф. 3:10. В переводе «Радостная весть» 2 Тим. 3:16 так и переводится, т.е. со словом «всякий». Но πᾶσα в этом положении все-таки может переводиться «всё», как в Рим. 11:26. В любом случае смысл стиха не изменяется. И тот и другой перевод может поддерживать учение о полной богодухновенности Писания.26

Второй момент для обсуждения в этом стихе – это функция прилагательного «богодухновенно». Стоит ли оно в атрибутивном или предикативном положении? Если оно – предикат, то переводим «Все Писание богодухновенно и полезно...». Если оно – атрибут, то переводим «Все богодухновенное Писание – и (т.е. также) полезно...». Первый перевод сильно поддерживает доктрину о безошибочности Ветхого Завета. Второй же перевод может иметь значение, что не все Писание, а только «богодухновенное» Писание полезно. Тем самым проводится разделяющая линия между богодухновенным Писанием и не богодухновенным Писанием. Разберемся в том, какой же перевод верен.27

Во-первых, по правилам греческого языка, если прилагательное πᾶς предшествует словосочетанию существительное-прилагательное, то, скорее всего, прилагательное, следующее за существительным, – это предикат. Можно сравнить данное место с тем, что написано в 1 Тим. 4:4. Там мы видим ту же самую грамматическую конструкцию, которая встречается в 2 Тим. 3:16: πᾶν κτίσμα θεοῦ καλὸν καὶ οὐδὲν ἀπόβλητον. Переводим: «Ибо всякое творение Божие хорошо и ничто не предосудительно». В 1 Тим. 4:4 прилагательное καλὸν занимает то же самое место в предложении, которое занимает прилагательное θεόπνευστος в 2 Тим. 3:16 и, очевидно, что в 1 Тим. 4:4 надо перевести прилагательное καλὸν как предикат, т.е. «хорошо».28

Еще отметим, что в самом контексте данного спорного места Писания Павел говорит о Писании как об одном целом. В 15-м стихе он не проводит разделяющей линии между богодухновенным и небогодухновенным Писанием. Поэтому сомнительно, что в 16-м стихе он так делает.29 Также надо учитывать, что второй вариант, т.е. «все богодухновенное Писание также полезно...», имеет смысл только при том, что союз καὶ переводится более необычным образом – словом «также». Обычное значение союза καὶ – это «и», которое подходит только к первому варианту.30

Также видно, что второй вариант не исключает доктрины о полной богодухновенности. Даже если допустим, что только богодухновенное Писание полезно, то это не обязательно означает, что есть и небогодухновенное Писание.31 Наконец, надо принимать во внимание, что во всех своих посланиях Павел подчеркивает учение о полной богодухновенности Писания. Поэтому следует ожидать, что он так учит и здесь.

Что касается отрывка 2 Пет. 1:20-21, то он чрезвычайно важен для правильного понимания механизма передачи Божьего откровения. Но до того, как мы будем готовы разобраться в отрывке, обязательно нужно исправить вариант, предлагаемый в синодальном переводе. По синодальному переводу читается:
«...никакого пророчества в Писании нельзя разрешить самому собою. Ибо никогда пророчество не было произносимо по воле человеческой, но изрекали его святые Божии человеки, будучи движимы Духом Святым».
Греческий текст таков:
τοῦτο πρῶτον γινώσκοντες ὅτι πᾶσα προφητεία γραφῆς ἰδίας ἐπιλύσεως οὐ γίνεται· οὐ γὰρ θελήματι ἀνθρώπου ἠνέχθη προφητεία ποτέ, ἀλλὰ ὑπὸ πνεύματος ἁγίου φερόμενοι ἐλάλησαν ἀπὸ θεοῦ ἄνθρωποι.
Для первой части отрывка предлагаются два варианта для перевода:
«…никакое пророчество Писания не возникало посредством личного истолкования», 32

«…никакого пророчества в Писании нельзя разрешить самому собою».


В пользу первого варианта выдвигаются следующие моменты. Глагол γίνομαι (гиномай, γίνεται в тексте) означает: становиться, оказываться, рождаться, происходить, начинать существовать, т.е. он указывает на происхождение чего-нибудь.33 Поэтому, лучше перевести его словом «возникло» или подобным словом. Далее, слово ἐπίλυσις (эпилусис, ἐπιλύσεως в тексте), которое в словосочетании с глаголом γίνομαι переводится в Синодальном переводе словом «разрешать», означает «истолкование, объяснение».34 Поскольку оно стоит в родительном падеже, то его следует переводить в том же падеже и на русский язык. Выходит, что ἐπιλύσεως в связи с прилагательным ἰδίος, которое означает «собственный», правильно переводится «личного истолкования».

Также в поддержку первого варианта отметим, что следующее предложение в тексте поясняет смысл рассматриваемого нами предложения. Читаем: «Ибо никогда пророчество не было произносимо по воле человеческой». Видно, что смысл этого предложения лучше соответствует переводу «никакое пророчество Писания не возникало посредством личного истолкования».

Также принимаем к сведению, что цель Петра в этом контексте – это не говорить о «разрешении» или истолковании пророчества, как говорится в Синодальном переводе, а ответить на вопрос, откуда появилось библейское пророчество. Видно, что вариант «никакое пророчество Писания не возникало посредством личного истолкования» лучше согласовывается с целью Петра.

Но вопрос возникает, что имеется в виду под словом «личного». Касается ли это слово читателя пророчества или самого пророка? Другими словами, смысл стиха в том, что (1) читатель не имеет право истолковывать уже изреченные пророчества, или в том, что (2) в своем изречении пророк не выражает своего понимания вопроса, а говорит прямо от Бога? В свете следующего стиха, где речь идет не об истолковании пророчества, а о его происхождении, лучше заключить, что слово «лично» относится к самому пророку. Ученые комментируют, что слово ἰδίος часто служит техническим термином для описания изречения пророка, особенно в писаниях Филона Александрийского.35

Также надо учитывать, что если бы целью Петра было запретить людям лично истолковывать Писание, то следовало бы ожидать, что он обосновал бы этот запрет тем, что истинный и единственный источник правильного истолкования Писания – это Дух Святой или Церковь. Но со стороны Петра не было такого заявления.36

Исходя из всего выше сказанного, совершенно очевидно, что вариант «никакое пророчество Писания не возникало посредством личного истолкования» является лучшим переводом и служит в качестве поддержки учения о полной богодухновенности.

Перейдем к обсуждению второй части отрывка. Здесь переводы отличаются друг от друга по причине наличия разночтений в разных древних манускриптах. Вот разночтения и их соответствующие переводы.
ἀλλὰ ὑπὸ πνεύματος ἁγίου φερόμενοι ἐλάλησαν ἀπὸ θεοῦ ἄνθρωποι.

«...но люди, Духом Святым движимые, изрекали от Бога»


αλλα υπο πνευματος αγιου φερομενοι ελαλησαν αγιοι θεου ανθρωποι

«...изрекали (его) святые Божии человеки, будучи движимы Духом Святым».


Заметьте, что разница между разночтениями состоит в одном слове: ἅγιοι или ἀπὸ. Наверное, ошибка была сделана при переписывании унциалов, так как они были написаны только прописными буквами, а когда слова ἅγιοι или απο пишутся большими буквами, они очень похожи друг на друга.37 Сравнивая рукописи, содержащие разные варианты, лучшая поддержка есть у первого варианта.
ἀλλὰ ὑπὸ πνεύματος ἁγίου φερόμενοι ἐλάλησαν ἀπὸ θεοῦ ἄνθρωποι.

«...но люди, Духом Святым движимые, изрекали от Бога»

рукописи, имеющие данный вариант: ��72 B P 614 1739 syrh copbo arm
αλλα υπο πνευματος αγιου φερομενοι ελαλησαν αγιοι θεου ανθρωποι

«...изрекали (его) святые Божии человеки, будучи движимы Духом Святым».

рукописи, имеющие данный вариант: א K Ψ 33 ��
Также учитываем, что второй вариант лучше походит к контексту, так как цель Петра – это сделать акцент не на святости пророков, а на то, что их слова от Бога. Итак, доказательства за первый вариант более убедительны и предпочтение отдается именно ему.

Разобравшись в данном месте в свете оригинального языка, мы вправе переводить его так: «Никакое пророчество Писания не возникало посредством личного истолкования, ибо никогда пророчество не было произносимо по воле человеческой. Но люди, Духом Святым движимые, изрекали от Бога». Такой перевод по сравнению с Синодальным даже сильнее поддерживает доктрину о полной богодухновенности Писания.

Наконец, в поддержку мнения, что апостолы придерживались безошибочности Писания, взглянем на то, как новозаветные писатели вводят ветхозаветные цитаты.38 Часто употребляются глаголы λέγει или φησίν, т.е. «Он говорит» (напр. Евр. 8:8; Деян. 13:35; 1 Кор. 6:16), что встречается и у Филона Александрийского для введения Писания. Писание – это λόγιον τοῦ θεοῦ, т.е. «оракулы Божие» (напр. Рим. 3:2; Евр. 5:12; Деян. 7:38), что тоже встречается у Филона. Варфилд утверждает, что слово λόγιον указывает не на простые слова, а на «божественные авторитетные сообщения». Самые часто встречаемые термины – это γραφή, т.е. «Писание», и однокоренной ему глагол γέγραπται, т.е. «написано». Слово γραφή встречается и в единственном, и во множественном числе. Это слово почти всегда стоит с артиклем или он подразумевается из контекста.

Такие термины были уже общепринятыми среди иудеев для указания на Божье Слово. В Новом Завете они редко сопровождаются указанием на то, из какой ветхозаветной книги материал был взят. Тем самым подчеркивается единство всего корпуса Ветхого Завета. Даже когда слово γραφή относится к одному конкретному месту Писания, оно все же носит оттенок значения, что весь Ветхий Завет говорит.

Итак, сверх всякого сомнения можно утверждать, что доктрина о безошибочности Ветхого Завета отталкивается от учения и практики Самого Христа и Его апостолов. Варвилд говорит, что это убеждение: «основано на том экзегетическом факте, что наш Господь и Его апостолы придерживались этой доктрины Священного Писания и везде относятся к Писаниям Ветхого Завета в соответствии с ней как к самому Слову Божьему, даже в их повествовательных частях».39

  1   2   3   4   5   6   7


База данных защищена авторским правом ©ekonoom.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница